Легенда братьев Крэй - Елизавета Бута

– Хватит, – раздался громкий голос Джимми Ли. Соседи, случайно оказавшиеся в зале, вовремя донесли отдыхавшему в соседнем пабе Джимми о поединке братьев. Сложно представить, насколько громким был голос Джимми, раз он смог заглушить ликование толпы.

«Ронни был спокоен, как никогда, а вот Реджи выглядел взвинченным. Раздался удар гонга и начался бой, какого я доселе не видел. Реджи более точный, Ронни – невероятно сильный и резкий. Бой был на равных. Остановить их смог только Джимми Ли. Это немного отрезвило их. Потом мама орала, как никогда. Близнецы разрыдались и больше никогда не выходили на ринг, чтобы сразиться друг с другом». (Чарльз Крэй)

Ведущий объявил окончание боя. Ничья. В награду за устроенное представление Ронни и Реджи получили по пять шиллингов каждый. Вечером Вайолетт устроила душераздирающую истерику и запретила братьям выходить из дома дальше, чем к Роззи. Братья не преминули воспользоваться этим допущением и тут же сбежали к тете. Здесь их любили и понимали. Конечно, Ронни и Реджи нежно любили свою мать, но ведь на расстоянии, как известно, эта любовь только крепче. Причем чем расстояние больше, тем и любовь к родителям сильнее.

* * *

Постепенно Ист-Энд оживал. Рядом с разрушенными войной зданиями и мостами тут и там стали появляться ниссеновские бараки. Эти хрупкие домики облегченной конструкции строили в качестве временных жилищ для людей, чьи квартиры пострадали во время войны. Сборно-разборные бараки с крышей из рифленого железа должны были простоять пару лет, до тех пор, пока не отреставрируют старые здания. Нет ничего более постоянного, чем временное решение. Такие бараки строили несколько лет подряд. Их крыши мгновенно ржавели, а краска со стен облуплялась чуть ли не на следующий день. Впрочем, несмотря на все это, бараки служили жителям Ист-Энда еще многие десятилетия. Домики составили достойную конкуренцию старинным двухэтажным особнякам из мутно-желтого кирпича.

Проект по выселению жителей за черту города благополучно провалился. После войны правительство объявило о начале программы по расселению жителей Ист-Энда. Им обещали разные дотации и поблажки за переезд за черту города. Жители Ист-Энда всегда с настороженностью относились к решениям правительства, а на сей раз и вовсе проигнорировали программу. Кокни любили Ист-Энд. Мутно-грязные дома казались таковыми только случайным людям. Чужаков здесь вполне могли обворовать, но на то они и чужаки. Местные же прекрасно знали, какой яркой и насыщенной может быть жизнь Ист-Энда. Достаточно было лишь приглядеться, чтобы увидеть разбросанные по углам домов пабы и заново открывшиеся мюзик-холлы. Постепенно стали открываться и мелкие лавочки. Мастерские по ремонту часов, обивке мебели или штопке носков открывались повсюду. Если серьезно, штопкой носков здесь, конечно, не промышляли, но мелкие лавочки по продаже всякой всячины действительно встречались чуть ли не в каждом доме.

Отец Хазерингтон приехал сюда в 1947-м году. Настоятель церкви понравился жителям Бетнал-грин-роуд. Церковь святого Джеймса в годы войны опустела, а в Ист-Энде практически все жители исповедовали католичество. Появление отца Хазерингтона сочли началом эры возрождения.

Вайолетт настаивала на том, чтобы близнецы каждое воскресенье посещали церковь. Нестандартно мрачный и немногословный священник братьям понравился. Он без конца курил, а если не находился в стенах церкви, то мог и употребить пару крепких словечек. Свой человек, одним словом.

Однажды он вышел покурить и с сожалением заметил, что сигареты заканчиваются. Через полчаса он должен был начать проповедь, так что времени на поход в магазин не было. Он беззвучно выругался и пошел обратно. Через тридцать минут он вновь вышел на улицу, в надежде встретить кого-нибудь с сигаретой в руках.

– Здравствуйте, святой отец, – поздоровался Реджи. Священник отрешенно кивнул и стал всматриваться вдаль.

– Мы можем вам чем-нибудь помочь? – поинтересовался Ронни

Отец Хазерингтон сжал в кармане пустую пачку, чуть помедлил, но все же покачал головой. Близнецы попрощались и побежали внутрь, случайно задев его. Служитель церкви чуть не упал. Спустя мгновение он вновь засунул руку в рясу и нашел там новую пачку сигарет.

«Мы знали, что отец Хазерингтон ни за что не пошлет нас в магазин за сигаретами. Это неправильно. Поэтому мы решили просто подкинуть ему пачку. Он был хорошим человеком, а мы всегда старались помогать хорошим людям». (Реджинальд Крэй)

Ист-Энд всегда был царством подростковых банд, а уж в послевоенные годы особенно. Как считал Джимми Ли, эпоха настоящих гангстеров, уважаемых всеми преступников, давно прошла. Таких людей больше не делали. Остались лишь мелкие мошенники вроде тех, что орудовали в пабе неподалеку, или столь же мелкие бизнесмены вроде Чарли Крэя, которые старались балансировать на грани закона. В криминальной среде они быстро пропадали, а честный бизнес особенных доходов не приносил.

Подростковые банды как были тридцать-сорок лет назад, так и остались. Процесс взросления ведь никто не отменял. Естественно, банды конкурировали друг с другом, делили территорию и то и дело устраивали драки.

«Когда им стукнуло по четырнадцать они стали меняться в худшую сторону. Они убегали рано утром и никогда не говорили, куда идут. Стали очень скрытными. Мама беспокоилась, но молчала. Она списывала все на возраст. Позже я заметил, как перед возвращением домой, они забегают к тете Роззи. Я сразу понял, в чем дело. Они дрались. Зная, что мама закатит истерику, они старались скрыть следы недавней драки. Тихие, послевоенные годы Ис-Энда закончились. Четырнадцатилетние подростки уже забыли об ужасах войны и шатались по улицам в поисках порции адреналина. Жестокие, властные и уже легендарные близнецы быстро нашли себе соратников». (Чарльз Крэй)

Ронни и Реджи всегда были бандой двоих. Оказавшись в школе, братья быстро нашли близких себе по духу друзей, а контингент секции по боксу укрепил позиции только что образовавшейся банды. Ронни стал непререкаемым авторитетом школы, повлиять на которого мог только Реджи. К шестнадцати годам они были лидерами одной из крупнейших банд Ист-Энда. Не было недели, чтобы они не подтверждали свое звание какой-нибудь потасовкой.

Почти каждый вечер они говорили матери, что идут к тете Роззи, и отправлялись на поиски приключений. Долго искать обычно не приходилось. Банда Ватни – вечный враг Бетнал-грин-роуд, без конца посягала на их территорию. Близнецы, правда, тоже частенько оказывались в неположенных местах.

Однажды Чарли пришел домой и застал там Ронни со своим приятелем Пэтом Баттлером. Они как раз собирались уходить. Чарли больше для проформы, нежели из интереса, спросил, куда они направляются. Ронни пожал плечами и сказал название бара. Чарли кивнул и занялся своими делами.

Ронни и Пэт прошли пару кварталов и увидели недавно открывшееся заведение. Они зашли туда. Внутри оказалось, что место не самое удачное. В зале сидело всего несколько человек, а у барной стойки толпились подростки из банды Ватни. Они заметили Ронни первыми. Пэт Баттлер буквально побелел от ужаса, но Ронни железной хваткой остановил его при попытке к бегству. Их было одиннадцать человек. Никаких шансов на победу. Лидер банды уже противным голосом интересовался, какого черта они пришли в их бар, как дверь вдруг распахнулась, и в бар вбежал Реджи. Он быстро нашел глазами брата и подскочил к нему.