Дочь кардинала - Филиппа Грегори

Когда в комнату входит Ричард вместе со своим братом, королем, – оба лучатся улыбками – и берет меня под руку, чтобы вести к столу, я прижимаюсь к нему и шепчу, что Джордж прибыл ко двору и пообещал мне найти убийцу моей сестры.

– И как же он собирается сделать это из Фландрии? – иронично спрашивает Ричард.

– Он туда не поедет, – отвечаю я. – Он отказывается туда ехать.

Ричард разражается таким громким смехом, что к нему с ухмылкой оборачивается король.

– Над какой шуткой смеетесь? – спрашивает он.

– Да так, ничего особенного, – отвечает Ричард брату. – Это жена рассказывает мне шутки про Джорджа.

– О нашем герцоге? – спрашивает король, улыбаясь мне. – О нашем герцоге Бургундском? О нашем принце Шотландском?

Услышав эти слова, королева громко смеется и шлепает его по рукаву, словно порицая за шутки над братом на глазах у общества, но в ее глазах плещется радость. И я начинаю понимать, что здесь я единственная, кто не понимает смысла этого бурного веселья. Ричард отводит меня в сторону, чтобы процессия проследовала к столу мимо нас.

– Это неправда, – говорит он мне. – Скорее, правда в обратном смысле. Это Джордж требовал шанса получить герцогство Бургундии. Он надеется стать герцогом одной из богатейших стран Европы и жениться на Марии Бургундской. Или если на ней не получится, то на принцессе Шотландии. Ему все равно на ком, главное, чтобы невеста была богата и возглавляла целое королевство.

Я качаю головой:

– Он сам мне сказал, что никуда не поедет. Он все еще оплакивает Изабеллу. Он не хочет ехать во Фландрию, это король пытается выставить его за пределы страны, чтобы он замолчал.

– Чушь! Эдуард никогда этого не позволит. Он не доверяет Джорджу настолько, чтобы сделать его правителем Фландрии. И земли, находящиеся под рукой герцога Бургундского, просто необъятны. Никто из нас не доверил бы Джорджу такую власть и такое состояние.

– Кто тебе об этом сказал? – спрашиваю я, насторожившись.

Через плечо Ричарда я вижу, как королева усаживается за свой высокий стол, стоящий лицом ко всему залу. Она поворачивается, замечает, что я склонилась к уху мужа, и шепотом произносит пару слов на ухо своему супругу, а затем снова поворачивается, чтобы посмотреть на нас обоих. Мне кажется, что она словно указывает на меня, словно пытается его обо мне предупредить. Когда я ловлю ее равнодушный взгляд, меня снова охватывает дрожь.

– В чем дело? – спрашивает Ричард.

– Кто тебе сказал, что Джордж пытается уехать во Фландрию или Шотландию и что король этого не допустит?

– Брат королевы, Энтони Вудвилл, лорд Риверс.

– О, – только и говорю я. – Ну, тогда это точно правда.

Королева смотрит на меня через весь зал и награждает своей непостижимой улыбкой.

По двору ходят слухи, и мне кажется, что все говорят именно обо мне, Изабелле и Джордже. Всем стало известно, что моя сестра умерла внезапной смертью, успешно справившись с родами, и начинают подозревать, что ее смерть могла стать следствием отравления, и размышлять о том, кто мог это сделать. По мере того как Джордж отказывается есть в обеденном зале со всеми, отказывается разговаривать с королевой, снимает шляпу, но не кланяется ей, когда она проходит мимо, скрещивает пальцы за спиной, чтобы все стоящие позади него видели, что он использует знак, защищающий от зла в ее присутствии, слухи множатся, обрастая все более ужасающими подробностями.

Его поведение тоже пугает королеву. Она бледнеет, когда видит его, и сразу бросает взгляд на мужа, словно спрашивая, как ей реагировать на подобную безумную грубость. Она ищет поддержки у своего брата, Энтони Вудвилла, который раньше смеялся, когда видел, как Джордж шествовал по галерее, ни с кем не здороваясь и никого не признавая, но теперь и он просто пристально смотрит на брата короля, словно прикидывая, как глубоко в его душе закрепились изменнические мысли. Двор явно раскололся на две части: на тех, кто выиграл от долгого пребывания Риверсов у власти, и тех, кто всей душой их ненавидел и был готов обвинить во всех смертных грехах. Все больше и больше людей стали смотреть на королеву, размышляя о том, какими силами она может обладать и как далеко ей позволят зайти.

Мы живем в Лондоне, поэтому я вижусь с Джорджем каждый день, хотя мне очень хочется как можно скорее вернуться домой, в Миддлем. Но дороги сейчас плохи, да и сам Миддлем занесло снегом. Я вынуждена остаться при дворе, но каждый раз, когда я вхожу в комнаты королевы и делаю перед ней реверанс, она встречает меня открыто враждебным взглядом, а ее дочь, принцесса Елизавета, подбирает платье, с точностью копируя жест ее бабушки – ведьмы.

Теперь я боюсь королеву, и она об этом знает. Я не знаю, насколько сильны ее колдовские способности и что именно она собирается со мной сделать. Я не знаю, сыграла ли она какую-нибудь роль в смерти моей сестры или подозрения Изабеллы были безосновательными тенями ее собственных, а теперь и моих страхов. В своих страхах я одинока. И это одиночество среди полного весельем, разноцветными одеждами, флиртом и празднествами двора мне кажется особенно невыносимым. Здесь слишком много сплетен и слов, произносимых шепотом. Я не могу поговорить со своим мужем, Ричардом, потому что он отказывается слушать что-либо, хоть отдаленно касающееся его брата Эдуарда, и я не смею прилюдно заговорить с Джорджем, который на одной из наших тайных встреч клянется мне разыскать и уничтожить убийцу моей сестры. Почему-то говоря об убийце, он все время говорит «она», хотя ни у кого из нас не возникает сомнений в способностях женщины, владеющей злыми колдовскими силами.

Джордж заезжает к нам, в лондонский замок Байнард, чтобы попрощаться со своей матерью, герцогиней, собиравшейся отбыть к себе в Фотерингей. Некоторое время он проводит с ней в ее комнатах за запертой дверью. Он – ее любимый сын, а ее враждебное отношение к королеве ни для кого не было секретом. Она не призывает его сдержать свои неприязненные речи по отношению к брату, королю или его королеве. Эта женщина много повидала за свою жизнь, и теперь она готова поклясться, что королева женила Эдуарда на себе с помощью колдовства и что она продолжала им пользоваться и в то время, когда ее голову украшала корона английского королевства.

Выходя в общую залу, Джордж заметил меня у порога моих личных апартаментов.

– Я надеялся встретить тебя, – поспешил он ко мне.

– Я тоже рада тебя видеть, брат. – Я вхожу в свои комнаты, и он следует за мной. Мои дамы выстраиваются вдоль одной стены и опускаются в реверансе Джорджу. Глядя на этого весьма видного мужчину, я с болью понимаю, что он стал одним из самых завидных женихов. Когда я осознаю, что мне, возможно, доведется вскоре увидеть другую женщину на месте Изабеллы, мне приходится опереться об оконную раму, чтобы не покачнуться. Ее дети побегут к другой женщине и будут звать ее мамой. Они сейчас еще такие маленькие, что забудут, как Изабелла их любила и какой судьбы для них желала.

– Ричард говорит, что ты не женишься на Марии Бургундской, – тихо говорю ему я.