Джованна I. Пути провидения - Рамази Митаишвили

– Дорогой, что случилось? – спросила Джованна, подойдя к нему и мгновенно заметив удручённое состояние супруга. С минуту он стоял в нерешимости, не зная, что ответить.

– Моя королева… Я даже не знаю, с чего начать, – подняв глаза и сразу опустив их, пробормотал Отто. – К такому мы были не готовы…

И он рассказал ей о своей поездке, не упустив ни одной детали.

Джованна вспыхнула от негодования, но благоразумно сдержалась и внимательно выслушала супруга.

– Этот мерзкий святоша плюнул на руку, протянутую мной! Он даже не принял Вас, он отверг предложение дружбы и преданности! – воскликнула королева. Глаза её сверкнули отчаяньем и гневом.

– Джованна, ради Святой Девы, умоляю вас, успокойтесь! – мягко сказал Отто. – Сейчас мы не в том положении, чтобы отвечать конфронтацией на конфронтацию: мы теряем сторонников и приобретаем врагов. Вражда с папой сыграет на руку нашим неприятелям, так что мы не должны дать им повода торжествовать. Дай несколько дней остыть эмоциям! Личные чувства не должны руководить поступками. Мы встретимся со сторонниками и решим, как поступать в дальнейшем… Если вражда с ним объединяет наших врагов, то не забудь, что его действия приведут к консолидации и его недругов. Наша задача – спокойно наблюдать за развитием событий и собирать силы для решающей атаки, тщательно выбирая соратников. Время покажет, кто есть кто и кто есть с кем… Клянусь Богом, не доверяю я ему! Но не могу понять, почему этот мошенник с духом религиозной гордыни с первого же момента пошёл на конфликт, когда всё могло быть совершенно иначе. Ведь мы сделали бы всё для урегулирования, помогли бы уладить все спорные вопросы…

– Я слышала о нём и раньше, но не верила сплетням… Выходит, отвратительный характер сделал его притчей во языцех повсеместно, а избрание вскрыло фальшивое нутро. Ах, это вероломная гиена… Но ты, пожалуй, прав: попробуем его образумить – это будет лучшим выходом. Кажется, в первый раз в жизни я теряю самообладание и контроль, гнев затуманил мой разум. Мне порядком надоели сражения, сделки, покупки… Эта вечная необходимость хитрить! Хочется просто любить, дружить, доверять… Спасибо тебе, родной, за твою преданность, мне это очень нужно, – сказала Джованна, доверчиво улыбнувшись и нежно обняв возлюбленного. – Отдохни и умойся с дороги, а я распоряжусь об ужине.

– С Божьей помощью всё обойдётся. Не ослабляйте Вашу святую добродетель и не лишайтесь снисходительности. И кстати, вам тоже надо отдохнуть после пережитых волнений, моя любовь. Да-да, неплохо было бы перекусить – я, оказывается, ужасно голоден! – улыбнулся Отто, пытаясь согнать с лица угрюмое выражение и разрядить обстановку.

– Знаете ли Вы, моя прекрасная королева, что красивее Вас нет никого на свете? Ни у одного человека во Вселенной нет прекраснее жены, чем у меня! Я отмечен Божьим благословением, любовь к Вам всецело захватила меня, – продолжил он, взяв её руку и прильнув к ней губами. Её ответная улыбка и тревога в глазах болью отозвались в его сердце.

– Само небо послало мне Вас! Ваше присутствие придаёт мне сил. Благодаря Вам я готова поверить, что счастье на этой земле для меня ещё возможно, мой любимый, единственный верный и преданный друг, – сказала Джованна, лаская его лицо. Слова Отто вдохнули надежду в её душу.

…Джованна была глубоко оскорблена поведением папы и с того момента стала его заклятым врагом. Папа открыто и бесповоротно отогнал её от себя, сразу же показав, насколько безнадёжной и бесцельной была попытка склонить его к дружбе. Джованна с трудом перевела дыхание – кровь бросилась ей в лицо, сердце сильно билось… Да, неизвестность хуже всего. Ей хотелось исчезнуть куда-нибудь, оказаться совсем одной на краю какой-нибудь заброшенной деревушки – там, где никто не знает её, где нет дворцов, пап и кардиналов, нет ни врагов, ни друзей. Ей захотелось опять стать ребёнком, беспечно сидеть на коленях у своего деда, который, прижимая её к себе и нежно гладя по волосам, осыпал бесконечными поцелуями и показывал в небе кудрявые облака, раскрашенные заходящим солнцем, рассказывал смешные истории про принцесс и принцев, в которых всегда был счастливый конец…

Разговор их кончился, но Отто не уходил, погрузившись в размышления. Затем он поднял голову и пристально посмотрел на Джованну, пытаясь разгадать мысли жены. Потом герцог нежно поцеловал её в плечо и вышел. Королева проводила его грустной улыбкой.

В тот день Джованна после пережитых волнений долго не могла уснуть. Безудержная радость и пьянящие надежды, которыми она была полна совсем недавно, уступили место тревоге. Она лежала с открытыми глазами и думала, как решить эту столь неожиданно возникшую проблему. Королева уже ни о чём не мечтала, а просто старалась представить, что принесёт завтрашний день.

Назавтра она проснулась поздно, и отдых не подкрепил её. Отто же с раннего утра готовил встречу с кардиналом Орсини в Замке дель Ово – подальше от любопытных глаз. На этом совещании также должны были присутствовать несколько доверенных знатных особ. Голова Джованны была как в тумане – раньше она яснее представляла ход любых и даже не менее серьёзных событий, у неё всегда была уверенность в успехе, но не сейчас…

* * *

В то время как тайные эмиссары папы были направлены к Карлу Дураццо, кардинал Орсини под предлогом посещения своего родственника, графа Нолы, отправился ко двору Неаполя и попытался убедить Джованну отречься от Урбана и использовать всё своё влияние на кардиналов, чтобы назначить папой его самого. Но такое предложение королева однозначно отвергла, несмотря на свою ненависть к Урбану. Она предупредила Орсини, что это может привести к серьёзному расколу, и предложила вновь попытаться убедить Урбана провести переговоры. Женщина говорила так убедительно, а предложение её было столь заманчивым, что Орсини не смог не дать своего согласия. Он согласился с Джованной, хотя и напомнил, что Урбан – существо дикое и невменяемое.

Джованна и Орсини договорились, что дождутся делегацию из Рима и по итогам встречи с понтификом решат вопрос о дальнейших действиях. Так что кардинал велел подать свою лошадь и, тепло простившись с королевой, отправился в резиденцию графа Нолы.

Не теряя времени, Джованна вновь отправила делегацию в Рим. На этот раз, помимо Отто, в неё входил и верховный канцлер королевства Николас Спинелли, который с давних пор был близким другом Урбана. Миссия Николаса заключалась в том, чтобы стать посредником между папой и кардиналами и по возможности предотвратить окончательный раскол. В душе правительница все ещё надеялась, что сможет убедить Урбана в своих добрых намерениях… Но в интересы Урбана это не входило. В его понимании та была препятствием для осуществления его планов относительно племянника: юная наследница королевства Тринакрии с её собственного согласия была обручена сицилийской знатью с маркизом Монферратом, племянником Отто, и Джованна во второй раз просила согласия Урбана на их союз. У него же были свои виды на эту девушку: он хотел женить на ней своего любимого родственника. Для святого отца азартная погоня за невестой не была нежным семейным событием – в ней было заключено безоблачное будущее его безнравственного племянника, тяготеющего ко всем земным благам.