Древний Восток и Азия - Владимир Миронов

Г. Доре. Моровая язва в Израиле

Правда, Лурье утверждает, что откупщиков среди евреев было немного (только 5 %, а это «процент ничтожный»). Но ростовщиков и банкиров среди них, мол, «было не мало». Он даже готов допустить, что, «ввиду большей умелости евреев в торговых и финансовых делах вообще», они превалировали и в экономической жизни страны. Лурье отмечал, что «в то время как евреи составляли ²/₅ населения Александрии, евреи ростовщики и банкиры составляли, скажем, ³/₅ общего числа ростовщиков и банкиров». А это значит, говоря современным языком, у них был «контрольный пакет акций». За пятьдесят лет до падения Иерусалима географ Страбон, известный своей точностью, отмечал: «Трудно найти хоть одну область обитаемой земли, которая не впустила бы это племя и не стала его собственностью», и где бы тот ни стал хозяином. Согласитесь, нелепо обвинять Страбона в антисемитизме. Филон Иудей (30 г. до н. э. – 40 г. н. э.) писал, что в рассматриваемый период 40 % населения Александрии были евреи. Большинство из них занято в промышленности и торговле. Немало среди евреев насчитывалось купцов-ростовщиков. Другие так богаты, что могли иметь места и в правительстве. Изначально составляя пятую часть городского населения, еврейская община вскоре столь разрослась, что составила ²/₅ от общего числа жителей.

Птицелюди. Рельеф из Каркемиша

Только принимая в расчет этот захват экономики города, можно понять и судьбу евреев. Хотя надо, конечно, отделять фарисейскую идеологию синедриона, спекулянта, ростовщика, олигарха-жулика, «избранного народа», от веры, взглядов еврея-труженика (землепашца, ученого, учителя). Понятно, что между теми и другими лежит пропасть. Хотя надо заметить, что евреи-богачи в первую очередь помогают своим, не позволяя тем очутиться в тенетах нищеты. Примерно это же говорит Бертолет, трактуя Страбона: «Ведь трудно придумать, что еще могло бы означать (страбоновское) «владычество евреев над миром», как не владычество евреев прежде всего в денежной сфере; о каком-либо другом виде господства не может быть и речи». Евреи в Александрии не были, как известно, коренными жителями города. Примите во внимание и тот немаловажный факт, что те почти всегда поддерживали чужеземцев-завоевателей (Перса, Александра, Цезаря). Так какие же еще «веские причины» нужны для объяснения того, почему в ряде стран дан толчок постоянному и устойчивому росту антисемитизма?!

М. Зичи. Еврейские мученики. 1914 г.

Правда, далее говорится и о том, что исключительные торговые дарования финикийцев, греков и римлян, да и других народов, равно как и чрезвычайно редкое в ту пору появление еврейских имен в дошедших многочисленных торговых документах эпохи эллинизма, по его мысли, «не позволяет думать, что роль евреев в торговле была преобладающей». Но так ли это на самом деле? Откуда же тогда их богатство и влияние? Конечно, на рынках они не стоят, это не их «царское дело». Тогда откуда такие деньги? Значит, как ни крути, а в основе их – банки и ростовщичество. Лурье утверждал, что источники древности не выдвигали евреям прямого обвинения в ростовщичестве. Это не так. Оказывается, все же выдвигали. В письме купца Серапиона к разорившемуся коллеге Гераклиду дается совет занять денег, но при этом особо подчеркивается: «остерегайся евреев». Можно привести и массу других случаев, как то: организация нехватки продуктов ради взвинчивания цен (ныне обычная практика всех мировых спекулянтов) и т. д. и т. п., но, полагаю, что этого вполне достаточно… Немецкий экономист, историк и социолог В. Зомбарт (1863–1941) косвенно подтвердил эту мысль. Он указал, что уже в Талмуде евреями была разработана вся терминология и систематика заемного дела. В дальнейшем они сумеют блестяще использовать эти свои преимущества в жизни.

Развалины иудейской синагоги

Немудрено, что их стремление захватить в «оккупированной стране» все посты вызывала погромы. История еврейских погромов до сих пор сокрыта в тени. Известно, что первыми действия такого рода совершали евреи (жители Иудеи и Галилеи), а затем уже шли греки. «Именно Греция – мать всех демократий и народных движений – стоит у истоков погромов», – пишет Ковельман. Стоит ли винить одну Грецию? А разве меньше ненависти и враждебности к евреям проявлял имперский Рим? Важно понять: что лежало в основе вражды. Одной экономики (и ростовщичества), видимо, недостаточно для возникновения ненависти и отчуждения к еврейскому народу. Попробуем приблизиться к пониманию этой ситуации.

И тут уж, в-третьих, возникает острейшая тема политики. Что могли сделать евреи «такого» в политике, чтобы вызывать регулярные взрывы антисемитизма и даже погромы? В основе политической системы любого нормального государства должна лежать власть коренных этносов. Это факт очевидный и бесспорный. Любое другое правление – тирания и рабство. Этого не хотели понимать лишь в России (в силу особенностей русского народа, который в XXI в. должен многое понять и зажить по-человечески) и в США, вообще не имеющих коренного народа, собравших беглецов и изгнанников со всего мира, не приемлющих самого слова «родина».

Евреи – народ рассеяния, птицелюди. Родина их – «весь населенный ими мир» (С. Лурье). «Евреи так многолюдны, что их не может вместить одна какая-нибудь страна», – говорил Филон Александрийский. «Вот почему они населяют большую часть и притом богатейшие из стран Европы и Азии, как на суше, так и на островах. Своей метрополией они считают Священный город, в котором находится храм Всевышнего Бога; но родиной своей они считают те страны, которые достались им как местожительство от отцов, дедов, прадедов и еще более древних предков и в которых они сами родились и были воспитаны». Аргумент вполне понятный и естественный. Если еврей в России родился и вырос, завел семью и получил образование, если тут находятся могилы его предков, то, конечно, он русский и имеет все права быть гражданином. Дело ведь в другом. Почему-то именно в России иные из них не только не служат родине, но способствуют ее ограблению и гибели… Видимо, так же думали народы тех стран, куда эмигрировали евреи и где они зачастую прибрали к рукам экономику. Надо признать, что столь единодушная реакция в отношении евреев не была случайной.

Ведь они вскоре стали оказывать такое влияние на ход экономической жизни, что в их обличье стали чаще видеть не «мучеников», а «мучителей». Вот пример. Филон приводит письмо царя Иудеи Агриппы Калигуле. Тот обещает поддержку цезарю и указывает, что влияние евреев вышло далеко за границы собственно самого Израиля или Иерусалима и распространяется на Египет, Финикию, Сирию, Памфилию, Киликию, на большую часть провинций Азии, на земли за Евфратом и даже в Европе… Мы видим, как во время осады римлянами Иерусалима помощь к евреям шла отовсюду, не только от евреев Империи, но со всего Востока. Им помогала иудейская диаспора, занявшая высокие посты в управлении финансами, правительстве, силовых структурах. Они втайне остались верны своей религии и своему народу. Ведь о прочих народах их философия говорит с презрением: «они ничто», «подобны слюне» (3 Езд. 6: 56). И даже римский чиновник должен был вести себя очень аккуратно, имея дело с евреями. Вспомните, как долго и терпеливо препирался Понтий Пилат в своем споре с Синедрионом по поводу казни Христа! И все же вынужден был им уступить, хотя сделал это, скрепя сердцем. Или же вот Цицерон высказывает другу Лелию свое мнение о евреях: «Ты знаешь, Лелий, что это за шайка, как они держатся вместе, какое влияние оказывают на собраниях. Поэтому я буду говорить тихим голосом, чтобы меня могли слышать только судьи, потому что найдется много людей, готовых натравить эту толпу на меня и на каждого порядочного человека, а мы не хотим этого облегчить…» В другом месте Цицерон пишет, что евреи стали преследовать таможенника Флакуса за то, что он пытался остановить незаконный поток золота из Рима в Иерусалим, сетуя на то, что даже его евреи запутали: «Спокойно! Я только хочу, чтобы судьи слушали меня. Евреи меня запутали, как и многих других честных граждан». Римский философ Сенека говорил о евреях как о самой преступной нации (хотя, как позже увидим, уж не ему следовало бы «кидать каменья»).