Асы против асов. В борьбе за небесное господство. 1941–1945 - Олег Смыслов

Для справки: Ханс Хан — майор из 54-й эскадры. Всего 108 побед. 20 во Франции и «Битве за Англию», 40 — на Восточном фронте, 48 — на Западном. Первый воздушный бой провел во Франции в 1940 г. Всего совершил 560 боевых вылетов. Рыцарским крестом награжден 24 сентября 1940 г., а 14 августа 1941 г. — Дубовыми листьями. По немецким источникам, 21 февраля 1943 г. в ходе боевого вылета у командира 2-й группы 54-й эскадры майора Ханса Хана отказал двигатель. Совершив вынужденную посадку в районе г. Демянска Новгородской области, Хан попал в плен и был освобожден только в 1950 г. После возвращения в Германию он стал преуспевающим бизнесменом. Умер 8 декабря 1982 г.

Герой Советского Союза, генерал-майор Г. А. Баевский в своей книге, касаясь темы астрономического счета сбитых самолетов истребителями люфтваффе, считает: «Известно, что мы не единственные, кто выражает сомнение в правильности указанного количества сбитых самолетов у ведущих немецких асов. Эти сомнения высказывали и некоторые служившие с ними пилоты, о чем пишут американские авторы. Об этом же говорили и английские летчики-истребители, участвовавшие еще в операции «Морской лев» (август 1940-го — май 1941-го), которые не могут понять абсолютно несравнимые цифры количества сбитых самолетов за Вторую мировую войну лучшими летчиками Англии (38), Америки (40) и Германии (352).

Известно, что в указанной операции люфтваффе потерпели поражение, потери немцев вдвое превышали потери англичан. Англия была спасена от вторжения (...). Что же происходило на Восточном фронте? Чем сложнее для немцев становилась обстановка (особенно после Курской битвы) и чем выше становилось наше мастерство, тем (удивительно!)... количество побед у немецких асов становилось все больше. Скорее всего, это «успех» пропаганды доктора Геббельса. Непрерывно отступая, как могли они указывать место падения якобы сбитого самолета? Очевидно, главным «арбитром» становится фотокинопулемет (ФКП). Туг следует привести воспоминание командира 52-й истребительной эскадры Д. Храбака, приведенное Толивером и Констеблом: «Я летел в составе моей эскадрильи и наблюдал, как один из четырех Ме-109 атаковал одиночный Ил-2. Атака за атакой он расходовал боезапас с кратчайших дистанций по русскому самолету. Однако Ил-2 невозмутимо продолжал полет. Я остолбенел: что же там внизу происходит — запросил по радио, на что получил классический ответ: «Господин полковник, этого дикобраза никак невозможно укусить в задницу». Я не видел другого самолета, который мог выдержать такой обстрел и еще держаться в воздухе, как «Ил-2», — заключал Д. Храбак.

Возникает вопрос: сколько же раз ФКП фиксировал в этом эпизоде поражение Ил-2, или сколько этих Ил-2 смог записать как «сбитых» пилот Ме-109? Наверное, много! А по существу, это хорошее подтверждение живучести нашего Ил-2. И не только Ил-2. Автору этих строк не раз приходилось после боя благополучно возвращаться на аэродром на своем Jla-5 ФН с многочисленными пробоинами, а через несколько часов на этом же самолете вновь вылетать на боевое задание. Таким образом, подтверждение побед немецких истребителей в ходе наступления наших войск практически могло осуществляться на основе докладов заинтересованных лиц и ФКП без подтверждения свидетелей с земли, что существенно ограничивало достоверность этих данных. В английском журнале «Летное обозрение» (4, 1965) приводится высказывание немецкого автора: «Большинство самолетов, сбитых в последние месяцы, не могли быть проверены официально. Однако их утверждение в министерстве было предрешено».

Вместе с тем мы не пытаемся принизить высокую профессиональную подготовку и боевые качества немецких истребителей-асов, чему случалось быть свидетелем. Немецкие асы могли иметь больший, чем советские, счет побед, особенно до 1943 г., когда люфтваффе имело количественное и качественное превосходство в самолетах, а также более эффективно использовало их тактически (по прямому предназначению — для уничтожения самолетов противника в воздушных боях). Нашим же истребителям, особенно в первый период войны, приходилось выполнять очень много заданий по разведке и штурмовке наземных целей.

Пилоты — асы люфтваффе — были исключительно сильным противником, но двух- и трехсотенные претензии на победы мы отклоняем как совершенно бездоказательные.

Можно лишь сожалеть, что авторы подобных книг не пытаются критически оценить приводимые ими цифры количества самолетов, якобы сбитых ведущими летчиками, и найти более достоверные подтверждения этих цифр.

С. А. Микоян также размышляет о «немецких астрономических счетах»: «Однако, как рассказали мои товарищи Г. А. Баевский и А. А. Щербаков, изучающие литературу по этому вопросу, они не нашли в библиографии ни одного немецкого источника, который подтвердил бы эти числа...

Хартман свой первый самолет сбил в ноябре 1942 г., к началу Курской битвы (к июлю 1943) имел на счету 18 побед, а в августе — 90. Значит, основное количество он сбил в последней трети войны, когда наша авиация не только не уступала немецкой, но и имела превосходство в воздухе!

Например, число сбитых самолетов, приведенных в журнале боевых действий германского 1-го Воздушного флота в марте 1943 г., в несколько раз превосходит потери противостоявшей ему нашей 13-й Воздушной армии: 357 против 44».

Герою Советского Союза маршалу авиации Ивану Ивановичу Пстыго (с 1943 г. командир штурмового авиаполка, за войну совершил 96 боевых вылетов) задали вопросы: «Вы, конечно, читали о рейтинге асов. Во всех списках первым стоит Эрих Хартман. Как он мог сбить три сотни самолетов? Может быть, у немцев была другая система подсчета?» Ответил он, видимо, с раздражением: «Все это вранье. Почему 50 с лишним лет Хартмана никто не знал? В войну немцы кричали: «Ас Покрышкин в воздухе!» О Хартмане же ни на земле, ни в воздухе никто не слышал. Он 1921 г. рождения, «сопляк». Начал воевать в 1943 г. Когда успел столько насбивать? А самый главный мой довод такой: у летчика есть документ выше паспорта — его летная книжка. Покажите мне летную книжку Хартмана, и я поверю. Но ее нет. У Покрышкина все сбитые самолеты зафиксированы. Хартман, кстати, был два года у нас в плену. Сбежал. А через полвека его возвели на пьедестал славы».

Если уже говорить об Эрихе Хартмане, то, оказавшись в советском плену, его судили и приговорили к 20 годам исправительных лагерей именно «за нанесение ущерба советской экономике, выразившееся в уничтожении 347 самолетов».

В Главной военной прокуратуре это дело было оформлено под № 463.

Это во-первых. Во-вторых, первая летная книжка этого самого результативного аса люфтваффе благополучно сохранилась в Германии до наших дней. В ней пунктуально отражены все 150 побед и 391 боевой вылет с указанием каждой победы, каждого вылета, даты, времени, типа сбитого самолета противника и места, где это произошло.

Поэтому, если кто-то хочет ее посмотреть и ознакомиться с ней, то нужно выехать в Германию, а там обратиться за помощью в Ассоциацию бывших летчиков-истребителей люфтваффе. Вторая летная книжка Хартмана пропала при аресте американцами, что, собственно, и не удивительно. Другое дело, если мы не верим остальным победам, то можем поверить первой книжке, а значит, 150 победам. Ведь этот документ, как известно, у летчика считается выше паспорта!