Беспокойное лето 1927 - Билл Брайсон

Затем произошла катастрофа. 18 и 19 сентября 1926 года на Флориду обрушился сильнейший за двадцать лет ураган, опустошивший весь Майами-Бич и многие районы за его пределами. Погибло более четырехсот человек, восемнадцать тысяч остались без крова. По всей Флориде недвижимость резко упала в цене, даже в местах, не затронутых ураганом. Многие инвесторы разорились. Чистый капитал Карла Фишера, бизнесмена из Индианы, благодаря которому, в основном, и начался бум, сократился с 500 миллионов долларов до менее чем 50 000. Не повезло и Джейкобу Руперту. Когда шторм закончился, у него осталось только «десять тысяч акров аллигаторов и чаек», как выразился один современник. «Руперт-Бич» так и не был построен.

Из-за урагана в 1927 году Руперт в финансовых отношениях предпочитал соблюдать осторожность и обратил внимание на новую страсть американцев, обещавшую высокий доход: бокс.

В каком-то смысле бокс был феноменом 1920-х годов. Люди и до этого, на протяжении более чем двухсот лет, колотили друг друга на специально огороженной площадке, но в 1920-х годах этот вид спорта шагнул на новую ступень благодаря трем факторам: новообретенной респектабельности, широкой популярности и Джеку Демпси. Вместе они превратили бокс в невероятно увлекательное и при этом прибыльное занятие. Именно поэтому он и привлек внимание таких людей, как Джейкоб Руперт.

В качестве начала современной истории бокса можно указать разные фигуры и события, но логично рассматривать ее с Джесса Уилларда. Джесс родился и вырос в Канзасе и остался бы там навсегда, если бы на этого гигантского фермера, с легкостью перебрасывавшего пятисотфунтовые кипы сена, словно они были подушками, не обратил внимание некий промоутер, убедивший его попробовать себя в боксерских поединках. Это произошло примерно в 1910 году. Уиллард, ростом шесть футов и шесть дюймов и весом 225 фунтов, определенно был рожден для бокса. Удары у него отличались совершенно убойной силой. В пятом раунде боя против многообещающего молодого боксера Джона Янга по прозвищу «Бык» он ударил его в челюсть так, что челюсть проломила череп и вошла в мозг незадачливого парня, отчего тот скончался на месте. Уиллард проложил себе путь среди многочисленных противников до самой вершины и стал чемпионом мира в тяжелом весе, победив великого (но слишком несдержанного на язык, да к тому же и чернокожего) Джека Джонсона в серии из двадцати шести матчей в Гаване.

Победа Уилларда сыграла решающую, если не исключительную роль для развития бокса: она дала этому виду спорта белого чемпиона в тяжелом весе, а по тем временам, каким бы это ни казалось постыдным сегодня, это было необходимым условием для популярности. До той поры бокс оставался практически единственным видом деятельности в Америке, в котором чернокожие могли на равных соперничать с белыми. Сейчас этот факт кажется даже немного забавным, но до 1920-х годов бокс в какой-то степени считался недостойным и вульгарным занятием именно потому, что он не был расистским. И своим превращением в уважаемый вид развлечения в 1920-х годах он во многим обязан тем, что в нем, как и в других видах спорта, стали доминировать белые. Чернокожие спортсмены не становились чемпионами в тяжелом весе целое поколение.

Теперь, когда Уилларду противостояли только белые боксеры, он стал казаться непобедимым. Но потом он встретился с Джеком Демпси. Их поединок, происходивший 4 июля 1919 года в Толидо, штат Огайо, привлек необычайное внимание. Демпси был молодым и горячим боксером с запада. Уиллард однажды убил человека на ринге. Естественно, публика не могла противиться такому соблазну.

Толидо был выбран не потому, что это было популярное место проведения боксерских матчей, а потому, что они в нем считались легальными, а таких мест в 1919 году было не так уж и много. В большинстве городов и штатов – в том же Нью-Йорке – бокс был полностью запрещен, а где он не был запрещен, его обставляли ограничениями, делавшими его смешным и нелепым. Если где-то и допускались матчи за призы, то их рекламировали как «показательные бои» или «иллюстрированные лекции по кулачному бою», а участников иногда даже называли «профессорами». На «показательных» боях запрещалось отправлять противника в нокдаун или объявлять победителя. Как следствие, профессиональный бокс оставался маргинальным видом спорта, и профессиональные матчи проходили в маргинальных местах (конечно, это нисколько не умаляет достоинства самого города Толидо).

В Толидо не было стадиона, способного вместить девяносто тысяч человек, поэтому был наспех построен такой стадион, который использовали только один раз, а потом снесли. Чтобы в него не проникли безбилетники, промоутер Текс Рикард предложил соорудить его с одним входом и одним выходом. Если бы в нем возник пожар, то последствия были бы катастрофическими, но какому-то чиновнику, к счастью, пришла мысль запретить курение во время состязания.

Уильям вышел на бой, преисполненный уверенности в своих силах. Демпси выглядел слишком худощавым и стройным для тяжеловеса и вовсе не походил на «гору мышц». Уиллард был на голову выше его и на шестьдесят фунтов тяжелее. «Для меня это будет самый легкий матч», – уверял Уиллард журналистов и в порыве бахвальства, неприятного даже для того времени, добавил: «Сейчас я нахожусь в лучшей форме, чем когда вернул звание чемпиона белой расе». Чтобы показать свою уверенность, он потребовал, чтобы его освободили от ответственности на тот случай, если он убьет соперника.

Но, несмотря на кажущуюся худощавость, Демпси был на удивление крепким, словно сделанным из железа – говорили, что ударить его – это все равно что ударить дерево, и он налетал на противника, как сорвавшийся с цепи бульдог, осыпая его градом безжалостных ударов. Он только что выиграл двенадцать боев подряд, девять с нокаутом в первом раунде, и один – в первые четырнадцать секунд. В общем, Демпси был необычайно разрушительным боксером, и он собирался в очередной раз доказать это.

Сразу же после начала поединка он выскочил из своего угла и нанес такой сильный удар по челюсти Уилларда, что сломал ее в тринадцати местах, после чего последовал хук, от которого на брезент посыпалось шесть зубов Уилларда. В первом раунде Демпси уложил своего противника семь раз и не унимался следующие два раунда, сломав Уилларду скулу и по меньшей мере два ребра. В отчаянии Уиллард отказался подниматься и выходить на четвертый раунд. Всю последующую жизнь он утверждал, что бинты под перчатками Демпси были пропитаны цементом. Вполне возможно, ему действительно так казалось.

В том поединке Демпси получил приз в 27 500 долларов. Через два года он будет сражаться уже почти за миллион долларов, а его аудиторией будет весь мир. Бокс изменился навсегда.

Деймон Раньон прозвал Демпси «Манасским костоломом» (или «кувалдой», «Manassa Mauler» – англ.), но это прозвище было верно лишь отчасти. Демпси не бил противника, как кувалда, он наносил частые и точные удары, а в Манассе, небольшом сельскохозяйственном поселении в Южном Колорадо неподалеку от мексиканской границы, он прожил всего первые десять лет своей жизни. В дальнейшем он постоянно переезжал – в Денвер, а потом в маленькие городки в Колорадо, Юте и Западной Виргинии – вместе с алкоголиком отцом, который никак не мог удержаться на одной работе.