СССР. Зловещие тайны великой эпохи - Николай Непомнящий

…После взрыва линкора, когда еще не были известны истинные причины взрыва и размеры катастрофы, командование флота должно было предполагать как прямое военное нападение, так и крупную диверсию, направленную не только против одного линкора «Новороссийск», но и против других крупных кораблей, стоявших на рейде (еще 1 линкор, 5 крейсеров и 8 эсминцев). Для этого по военно-морской базе должна была быть объявлена тревога с введением или «Положения № 1» (полная боевая тревога) или «Большой сбор», по которому весь офицерский состав должен был прибыть с берега на стоявшие на рейде корабли. Этого сделано не было…»

Из Постановления правительства СССР от 8 декабря 1955 года № 2049–1108 ее (совершенно секретно):

«…В ночь с 28 на 29 октября 1955 года на Черноморском флоте в Севастопольской бухте произошла тяжелая катастрофа с линейным кораблем «Новороссийск». Линейный корабль получил тяжелые повреждения, предположительно от взрыва мины, и через 2 часа 44 минуты после взрыва затонул. Вместе с кораблем погибло 603 человека — матросов, старшин и офицеров. Действительные причины взрыва, повлекшего затопление корабля и гибель людей, не установлены…» Подпись: председатель Совета министров Н. Булганин.

Несомненно, у советского правительства и после проведенного расследования этой беспрецедентной катастрофы не было ясности в ее первопричине. Но тем не менее никаких мер по выявлению подлинной причины подрыва «Новороссийска» ни тогда, ни в дальнейшем власти не предприняли. Почему?

Но полностью осуществить задуманное диверсантам не удалось: из-за того, что «Новороссийск» в отсутствие командира линкора, управляемый недостаточно опытным в швартовке старпомом, при заходе в гавань в сумерках вечера 28 октября неудачно ошвартовался к бочкам «чужой» якорной стоянки, в результате чего корпус корабля оказался на несколько метров сдвинутым от носовой бочки к кормовой, подводный заряд взорвался не совсем в том месте днища, в котором намечалось: до района носовых артиллерийских погребов главного калибра линкора, где хранились самые крупнокалиберные и тяжеловесные в советском ВМФ корабельные снаряды и заряды к ним, не хватило десятка метров… Попадание в них, с детонацией боеприпасов в соседних и остальных артиллерийских погребах «Новороссийска» (их было до дюжины), могло привести к такому мощнейшему взрыву, соизмеримому с атомным, который способен был уничтожить не только линкор, но и соседние собранные в Главную базу Черноморского флота для участия в морском параде 7 ноября крейсеры, вызвав детонацию их боекомплектов с частью прилегающих к Северной бухте гавани важнейших береговых объектов Главной базы Черноморского флота.

Незаметно доставить подводный заряд к якорным бочкам № 3, ранее принадлежавшим линкору «Севастополь», переведенному к причалу морзавода в Южной бухте и расположенных у южного берега Северной Севастопольской бухты, опытным подводным диверсантам было несложно, ведь «Новороссийск» до своего последнего выхода в море непрерывно простоял на них более месяца… За это время они могли не только беспрепятственно доставить заряд и по морю, и по суше к якорной стоянке линкора, но и примерить его к выбранному месту на днище и, сделав пометину на грунте под ним, до времени держать взрывное устройство поблизости — на дне бухты, в готовности к использованию.

При установке же его под корпусом вставшего на якорь корабля, ориентируясь под ним по отметине на грунте, диверсанты совершили «промашку», видимо, как раз на те несколько метров, на которые линкор оказался ближе к кормовой бочке № 3… А то обстоятельство, что взрыв, несмотря на допущенную ими неточность, все же произошел в одном из самых уязвимых мест подводной части корпуса корабля, не прикрытом системой его противоминной защиты, убедительно свидетельствует о том, что люди, осуществившие диверсию, знали «Джулио Чезаре» — «Новороссийск» до тонкостей.

А это, в свою очередь, указывает на их принадлежность к тем, кто строил или обслуживал линкор до передачи его нам. То есть, скорее всего, главными исполнителями дьявольского замысла явились итальянские специалисты «темных дел», наподобие головорезов 10-й флотилии диверсионно-штурмовых средств, созданных «черным князем» В. Боргезе в ВМС Италии, действовавших в ходе Второй мировой войны и сохранившихся в засекреченном виде в послевоенное время. Ведь именно ее подразделения в Великой Отечественной войне базировались в портах Крымского побережья и участвовали в обеспечении боевых действий немецких и итальянских ВМС на Черном море (где, как недавно выяснилось, ими были потоплены две наши подводные лодки Щ-214 и С-32). Это позволило им всесторонне освоить местные условия и особенности, облегчившие осуществление — самостоятельно или во взаимодействии с соответствующими специальными формированиями других стран НАТО — давнего намерения итальянских реакционеров-реваншистов: не допустить плавание их кровного корабля под советским флагом…

А опыта в использовании подводных боевых пловцов («людей-торпед») и других средств для морских диверсий — вспомним лишь подрыв в декабре 1941 года на Средиземном море в охраняемой гавани. Александрии английских линкоров «Куин Элизабет» и «Велиент» — у итальянских военно-морских спецслужб было предостаточно. Как, впрочем, и у их английских коллег, успешно действовавших во время Второй мировой войны: с помощью своих сверхмалых подводных лодок «Миджет субмарино» — их длина составляла всего 17 метров, а дизель-электрическая двигательная установка обеспечивала подводную скорость до 5 узлов. Экипаж — четыре человека: командир, его заместитель, механик и водолаз.

Лодка несла на себе две двухтонные мины с часовым механизмом подрыва и могла погружаться до 100 метров. В район действия она доставлялась на буксире большой подводной лодки и обладала достаточным автономным радиусом боевого применения (удалось подорвать немецкий линкор «Тирпиц», подложив под его днище мины). В Средиземном море английские подводные диверсанты сумели потопить два итальянских крейсера — «Трайано» и «Больцано», а в войне против Японии — ее тяжелый крейсер «Токао».

После выхода Италии из войны англичане долгое время удерживали на Мальте интернированный ими линкор «Джулио Чезаре» и имели возможность детально ознакомиться с его устройством и особенностями… К 1955 году только у них и у итальянских военно-морских спецслужб имелись соответствующие средства для своей деятельности, создаваемые и испытываемые в глубокой тайне в послевоенное время.

В частности, в Италии продолжалась разработка и усовершенствование устройств для подводных диверсий: создавались «плавающие автомобили», внедрялись дыхательные аппараты на сжатом воздухе, позволившие увеличить глубину погружения до 55 метров.

Не отставали от итальянцев и англичане в создании подводных средств для морских диверсий и американцы. Они имели к тому времени, когда происходили описываемые события, одноместные — доставляемые к месту действий и по морю, и по суше — микроподводные лодки «Мурисаб», длиной всего 2,55 метра и диаметром корпуса 0,55 метра… Приводимые в движение винтом от педалей водителя, что давало им ход до 9 километров в час, или от электромотора, работавшего от аккумуляторной батареи и позволявшего плавать со скоростью до 14 километров в час. При этом водитель размещался в водонепроницаемой прозрачной кабине, имея с собой индивидуальный дыхательный аппарат, необходимые взрывные устройства крепились на корпусе лодки.