Самое опасное море. Минная война в годы Второй мировой - Арнольд Лотт

Вместе с коммандером Дефорестом Арчер обосновался в гавани Сасебо на флагманском корабле адмирала Смита «Дикси» и, не мудрствуя лукаво, объявил о наборе добровольцев. В результате была сформирована группа, в которую вошли: эсминец «Форрест Роял», тральщики-эсминцы «Томпсон» и «Кармик», малые тральщики «Пеликан», «Ласточка» и «Чайка», прибывшие из Пёрл-Харбора, корейские «YMS-502, -306, -513 и -503», вертолет с пилотом, а также «LST Q-007», на палубу которого упомянутый вертолет мог сесть, и еще несколько кораблей.

Траление началось 29 октября в Желтом море, в 39 милях к западу от района, где предполагалось наличие мин. 5 ноября к кораблям присоединился «Катамаунт», став первым десантным транспортом-пристанью, использовавшимся в тралении мин. Рядом с мелкими тральщиками он выглядел настоящим гигантом, имея длину 458 футов и водоизмещение 4960 тонн. Через открывающиеся в его корме ворота сновали маленькие «LCVP», оборудованные всем необходимым для поиска якорных и контактных мин.

А пока коммандер Арчер собирал флот, коммандеру Клею удалось отыскать корейца по кличке Коротышка, помогавшего устанавливать мины. К работе снова подключилась авиация. Военно-морские летчики на «мартах», базировавшихся на «Гардинерз-Бей», начали облет района 28 октября. Чуть позже к ним присоединились британские «сандерленды». За шесть недель летчики заметили 340 мин, причем многие из них уничтожили пулеметным огнем.

Благодаря осторожности и предусмотрительности коммандера Арчера за время операции не произошло ни одного несчастного случая. Правда, работа была скучной, однообразной и неприятной по причине ненастной и очень холодной погоды. Двигатели на маленьких лодках после морозных ночей приходилось долго отогревать. Экипаж вертолета каждый вечер сливал из двигателя масло и уносил его в теплое помещение, чтобы к утру оно оставалось теплым.

Еще больше, чем холод, изнуряла монотонность. Бесконечной чередой проходили дни, ничем не отличавшиеся друг от друга, приливы сменялись отливами, а траление продолжалось. Под конец иссякли даже темы для разговоров, и за неимением лучшего люди начали обсуждать Германа. Это имя дали одному из полудюжины тел, которые приливом мотало к берегу и выносило обратно в море. Они стали безымянными жертвами вооруженного конфликта, приговоренными к пребыванию в ледяном чистилище Желтого моря. Прилив не выбрасывал их на берег, по которому они когда-то ходили, но и не позволял найти успокоение в темных морских глубинах. Герман, при жизни бывший одним из миллионов азиатов, теперь был мертвым телом, а тот, кто сделал его таковым, не поленился предварительно связать его руки за спиной. В ледяной воде тело хорошо сохранилось и было вполне узнаваемым. Ему дали имя Герман, и он дал матросам тральщиков какую-то тему для беседы. Каждое утро люди просыпались, понимали, что живы и находятся в положении несравненно лучшем, чем плававший в море труп, после чего спрашивали: «Интересно, где сейчас Герман?»

В гавани Чхиннампо противник установил 212 мин, заблокировав один из подходных каналов. Их могло быть больше, но самолеты с британского авианосца «Тезей» потопили некое плавсредство, заподозрив в нем баржу с минами. «Лягушки» потом разыскали затонувшую баржу и обнаружили на борту 15 мин.

Чтобы проверить качество траления, коммандер Клей отправил в море из дока Чхиннампо северокорейский буксир. Затем в порт вошел корейский «YMS-503», за ним – «LSU-1402» и другие мелкосидящие плавсредства. Спустя три дня Клей принял первый «LST». 12 ноября канал был открыт для крупнотоннажных судов, и первым в порт вошел плавучий госпиталь «Репозе». К концу ноября траление в Чхиннампо завершилось. Было уничтожено 80 мин.

В результате операций в Вонсане и Чхиннампо флот вновь был поставлен перед фактом, который за пять мирных лет был благополучно забыт: для траления мин недостаточно наличия нескольких младших офицеров, которые организовали бы шоу. Чтобы траление было эффективным, оно должно вестись специально подготовленными людьми при поддержке кораблей других типов и авиации, а также многочисленного специального оборудования. Конечно, никто не умаляет значения противолодочных кораблей и авианосцев, но о минном флоте тоже нельзя забывать.

Тральщики еще не успели закончить работу в одном месте, как срочно понадобились в другом. Теперь их ждали в Хунгнаме, где планировалась погрузка войск на корабли. Те же люди, которые несколько недель назад с радостью покинули перегруженные корабли в Вонсане, теперь с нетерпением ожидали, когда смогут снова попасть на борт.

Вскоре после высадки в Вонсане американцы направили свои войска вдоль обоих берегов Корейского полуострова, рассчитывая на быструю победу над Северной Кореей. Но в начале ноября ситуация неожиданно осложнилась – китайцы начали наступление из Маньчжурии. Война началась снова.

Ночью 27 ноября более 100 тысяч китайских коммунистов атаковали 1-ю дивизию морской пехоты в районе Чхосана. В течение нескольких дней морпехи храбро сражались, но 2 декабря всем стало ясно: единственный выход – отойти к Хунгнаму. 8-я и 10-я армии тоже отступили.

Флот был наготове. 90-е оперативное соединение кораблей вышло в Корею 30 ноября. Погрузка войск и техники 3 декабря началась в Вонсане, 6 декабря – в Чхиннампо, 7 декабря – в Инчхоне. В Хунгнаме первые транспорты приняли людей 10 декабря. Спустя две недели накануне Рождества из гавани, наполненной огнем и грохотом орудий, ушел последний корабль.

Канун Рождества… Дома в это время в ярко освещенных окнах висели нарядные венки из остролиста, повсеместно звучала музыка, люди желали друг другу веселого Рождества. А в Хунгнаме заканчивалась эвакуация: от причала отошел последний транспорт, эсминцы выпускали оставшиеся снаряды, на берегу ревело пламя пожаров. Перегруженные корабли «LST» выстроились друг за другом, как вереница игрушечных слоников, и двинулись на юг к Пусану, самому грязному и перегруженному корейскому порту, неся туда еще больше сумятицы. За две прошедших недели 180 кораблей погрузили 200 тысяч человек, 350 тысяч тонн грузов, 17 500 единиц колесной техники. Противник не препятствовал погрузке. Скорее всего, коммунисты решили не соваться сквозь стену заградительного огня, созданную вокруг Хунгнама кораблями огневой поддержки, которые несли вахту у берегов.

Независимо от того, в какую сторону шли транспорты с войсками и техникой, если им приходилось двигаться в пределах опасных корейских вод, в пределах, ограниченных 100-саженевой изобатой, самое лучшее – пустить впереди себя несколько минных тральщиков. Эти корабли всегда при деле.

1951 год. Война в Корее длилась уже полгода. Северокорейская армия потерпела поражение, однако туда пришли сильные армии китайцев. У них было достаточно времени, чтобы заминировать гавани и прибрежное мелководье. Теперь тральщики работали в других условиях, отличных от прошлогодних. Срочные операции, проводимые в 1950 году – Инчхон, Вонсан, Хунгнам, – завершились, и время больше не являлось основополагающим фактором. Кроме того, экипажи тральщиков, ранее состоявшие большей частью из зеленых новичков, теперь приобрели опыт, стали ветеранами. К тому же самих тральщиков стало больше. Увеличение ремонтных мощностей и лучшее снабжение запчастями если не улучшили условия эксплуатации кораблей минного флота, то по крайней мере сделали их менее трудными.