Русские принцессы за границей. Воспоминания августейших особ - Елена Первушина

Вел. Кн. Андрей Владимирович,

Ксения.

* * *

15-го апреля 1902 г.

Христос Воскрес! Милая Апрак,

Благодарю Тебя от всей души за интересное письмо. Да, тяжелые, ужасные времена переживаем мы теперь, и страшно за будущее!

Бедный Ники, за что Господь ему посылает такие испытания, как будто ему и без того не трудно?! Убийство Сипягина^[67] – такая мерзость – гнусность – так жаль бедную Ару^[68]. Ты пишешь про погромы в разных губерниях^[69] – об этом мы ровно ничего не слыхали, и только теперь здесь распространялись всевозможные слухи об этом. Говорят, что некоторые имения совершенно уничтожены и будто даже не обошлось без убийств. Правда ли все это? Пожалуйста, напиши подробнее все, что знаешь об этих историях. Правда ли, что Плеве^[70] поехал в Полтавскую губернию? Говорят тоже, что имение Мекленбургск(их)^[71] Карловка больше не существует, – камня на камне не осталось, как рассказывают?!

Все, кто нам пишут – только вскользь упоминают о разных вещах, думая, вероятно, что мы уже все знаем, а мы ровно ничего не слышим и не знаем, что творится на матушке Руси! Но я верю, что Господь не отвернется от нас и России. Он свою Россию все же любит!

Каково настроение Мама? Мне так совестно не быть с нею теперь и ужасно жаль снова проводить Пасху отдельно, но ты понимаешь, как тут хорошо нам и спокойно и как мы наслаждаемся этой тишиною. Мы так приятно встретили праздники. Всю Страстную у нас была служба в нашей собственной церкви и заутреня тоже. Детки приобщались сегодня и вели себя прекрасно, маленький^[72] даже не пикнул! Мы много времени проводим с ними.

К счастью, Сандро уже имеет совсем дерзкий вид – загорел и даже немного потолстел в лице. Петербург ему просто вреден, а занятия там его совсем доконали.

А Ты, как поживаешь? Удивляюсь, что Миша у тебя ни разу не был. Он мне телеграфировал даже, что непременно будет обедать, но, по-видимому, ничего из этого не вышло! Сплетни про него довольно забавны, но как люди любят сочинять!

Благодарю за высылку жетонов, и бисквиты, вероятно, на днях получу. Погодой мы похвастаться не можем. В самом начале была летняя погода, а теперь просто холодно и постоянно дуют ветры. Сегодня утром было, наконец, тепло, и мы обрадовались, а теперь сильнейший ветер и всего 8°. Просто несносно.

Когда мы приехали, то уже цвели персиковые деревья (миндаль отцвел), но зелени было не особенно много. Теперь уже все зазеленело, но тихо подвигается благодаря холодам и засухе. Земля потрескалась как летом после жаров, и воды совсем мало, т. к. зима была сухая. Пора кончать. Очень прошу писать и меня не забывать. Крепко тебя обнимаю.

Любящая тебя Ксения.

* * *

11 мая 1902 г.

Милая моя Апрак,

Благодарю Тебя от всей души за твое длинное письмо, которое я ждала с большим нетерпением, но, увы! Прочесть оное не могла, как ни старалась!! Зато копии писем (о беспорядках в П(олтавской) и Х(арьковской) губерниях) прекрасно написаны, и каждое слово можно разобрать! Шоколадные пряники и фишки для тетки я получила и шлю за них благодарность.

Дай Бог, чтобы эти беспорядки более не повторялись. Читаешь и своим глазам не веришь, – неужели это возможно, чтобы в наше время могло происходить тоже, что и во времена Пугачева! Еще хорошо, что дело обошлось без убийств.

Я так рада, что Ольга снова с Мама и воображаю, как она (О(льга)) счастлива быть в Гатчине, и как Гатчина оживилась благодаря ее приезду. Миша тоже должен быть в восторге.

Мы тут наслаждаемся тихою, спокойною жизнью, и, к сожалению, не долго остается нам пользоваться ею, 30-го или 31-го придется переправляться в Севастополь (1-го Июля начало кампании), где мы еще, вероятно, проведем несколько дней на “Тамаре”, а около 10-го эскадра уходит на Тендру131, и мы должны расстаться! Я в отчаянии от одной мысли, что снова надо расставаться и одной возвращаться на север. Вся радость свидания с Мама очень отравлена этим.

Погода стоит чудная! Но удивительно прохладная. Сегодня пасмурно и всего 11°. Как раз против балкона есть три розовых каштана, они в полном цвету и замечательно красивы. Иудино дерево^[73] и желтая акация начинают отцветать, но зато белая распускается. Все это так красиво, что слов нет сказать!

Жаль, что ты не приехала сюда теперь! Мы много гуляем и катаемся. Ирина и Андрюша всегда с нами и ни на шаг от нас не отходят, а когда мы собираемся куда-нибудь одни, то это такая история, что не дай Бог!

Бедному Толстому133 совсем плохо. У него, кажется, начинается тиф, но доктора не совсем уверены. Не понимаю, откуда тиф, когда он из своей комнаты никуда не выходил? Только бы он здесь не умирал. Этого еще не доставало, но увезти его больного тоже немыслимо.

Каково общее настроение Гатчинского общества? Перестал ли Дашков134 дуться и выяснилось ли, на кого он был сердит. Пожалуйста, передай мой поклон всем. Увижу ли я тебя, когда вернусь, и где ты проводишь лето? Ответь мне, пожалуйста, на все мои вопросы! Хотела бы знать, сколько времени Мама останется в Гатчине и застану ли я ее там или уже в Петергофе. Впрочем, времени еще много. Теперь кончаю. Ирина пришла заниматься! Она ведь читает и пишет уже!