Касты. Истоки неравенства в XXI веке - Изабель Уилкерсон

Но этот универсальный импульс не всегда может быть вызван завистью к рангу. Группа, уже находящаяся в осаде, может почувствовать, что «команда просто не может позволить себе потерю любого из членов, – написал Судипта Саранги, индийский специалист по организационному управлению. – Если какой-то член группы начинает подниматься наверх, добиваясь лучших результатов в жизни, чистый страх перед потерей этого человека заставляет других участников пойти на то, чтобы пытаться удержать его внизу»^[323].

* * *

Успех в американской кастовой системе требует определенного уровня мастерства в расшифровке существующего порядка и реагировании на его диктат. Кастовая система учит всех нас тому, что жизнь и мнение определенной группы людей имеют большее значение, и сила в любом конфликте окажется на их стороне. Одним из таких «учителей» является система уголовного правосудия, которая происходит от уголовных кодексов эпохи рабства.

Там мы, например, узнаем, что именно раса жертвы, а не только преступник, является «величайшим предиктором того, кто получит смертную казнь в Соединенных Штатах, – заметил известный защитник правосудия Брайан Стивенсон со ссылкой на исследование по делам о смертной казни. – Преступники в Джорджии имели в одиннадцать раз больше шансов получить смертную казнь, если жертва была белой, чем если бы жертва была чернокожей. Эти исследования были воспроизведены во всех штатах, где проводились исследования расы и смертной казни»^[324].

Этот урок демонстрирует всем, чьи жизни считаются расходным материалом и чьи жизни священны. Это вынуждает всех жертвовать своими ресурсами во имя превосходства белой касты, чтобы процветать самому. Попадая в американскую кастовую систему, иммигранты учатся дистанцироваться от тех, кто находится на нижнем уровне, чтобы не попасть туда самим.

Хотя именно протестные движения подчиненной касты дали права и свободы небелым, иммигрантам в 1965 году. Цветные иммигранты, как и все иммигранты на протяжении всей американской истории, сталкиваются с дилеммой соблюдения неписаных кастовых правил. Они сталкиваются с болезненной дилеммой: либо отвергнуть низшую касту коренных афроамериканцев, либо объединиться с теми, кто воевал за то, чтобы они могли свободно въехать и жить в этой стране.

Но каста меняет путь к принятию в Америке людей африканского происхождения. Иммигранты из Европы в прошлом веке часто быстро отказывались от своих имен и избавлялись от акцентов и обычаев старой страны. Они преуменьшали свою этническую принадлежность, чтобы получить доступ к доминирующей касте. Черные иммигранты обнаруживают, что, поскольку они выглядят как люди, принадлежащие к низшей касте, кастовая система вознаграждает их за действия, противоположные европейцам. «В то время как белые иммигранты могут получить статус, став «американцами», – писал социолог Филип Касиниц, – черные иммигранты, желающие ассимилироваться в группу с более высоким статусом, могут фактически потерять социальный статус, если утратят культурную самобытность»^[325].

Многие недавно прибывшие африканские иммигранты лучше образованы, больше путешествуют, чем большинство местных жителей, могут свободно говорить на нескольких языках и не желают переходить в низшую касту на своей приемной родине. Кастовая система поощряет черных иммигрантов делать все возможное, чтобы дистанцироваться между собой и подчиненной кастой, за которую они могут быть приняты. Как и все остальные, они подвержены разрушительным стереотипам афроамериканцев и могут работать над тем, чтобы люди знали, что они не принадлежат к этой группе, а являются ямайцами, гренадцами или ганцами.

Карибский иммигрант сказал Касиницу: «С самого момента своего появления здесь я успел осознать, что это расистская страна, и приложил все усилия, чтобы не потерять свой акцент»^[326].

Те, кто оказался внизу, пошли друг на друга войной, чтобы не оказаться на последнем месте. Это приводило к периодическим трениям между людьми, потомками африканцев, прибывших в Америку в разные моменты нашей истории. Некоторые иммигранты из Карибского бассейна и Африки, как и их предшественники из других частей мира, могут проявлять настороженность по отношению к афроамериканцам, предупреждать своих детей, чтобы они «не вели себя как афроамериканцы»^[327], не приводили их домой и не играли с ними свадьбу. Поступая таким образом, они попадают в ловушку, поскольку пытаются доказать не столько ложность стереотипа, сколько собственное несоответствие ему.

Как вверху, так и внизу иерархии, отмечал Амбедкар, «каждая каста гордится и утешается тем фактом, что по шкале каст она стоит выше какой-то другой касты»^[328].

* * *

Несмотря на все попытки убедить новичков принять какую-то сторону, кастовая система не может достать некоторых людей. Некоторые дети иммигрантов из Карибского бассейна, такие как Эрик Холдер, Колин Пауэлл, Малкольм Икс, Ширли Чизхолм и Стокли Кармайкл, среди многих других разделяют общую участь тех, кто принадлежит к низшей касте, становятся защитниками справедливости и преодолевают эти разногласия во имя общего блага.

Каста помогает объяснить нелогичный в противном случае феномен афроамериканцев, женщин или других маргинализированных людей. Тех, которым удается подняться до власти только для того, чтобы отвергнуть или принизить свою собственную касту. Оказавшись в системе, которая дает им мало истинной силы или авторитета, они могут подчиниться воле касты и подавить свою собственную, если хотят подняться, быть принятыми или просто выжить в иерархии. Они узнают, что могут избежать ответственности из-за низкого статуса тех, кого они предают и кем пренебрегают.

Нередко люди из низшей касты претерпевают плохое обращение от представителей своей же касты, как в случае с Фредди Греем, смерть которого наступила в результате травм позвоночника, виновными в появлении которых были полицейские Балтимора. Согласно свидетельским показаниям, оглашенным на заседании суда, скованный наручниками Грей находился в задней части полицейского фургона, но не был пристегнут ремнями безопасности. Фургон потерял управление и перевернулся, вышибая Грея из грузового отсека, скованными руками он не мог смягчить удары о стены фургона. Трое из задействованных офицеров были черными, включая водителя фургона. Такое сочетание факторов позволило обществу считать, что смерть Грея не имеет никакого отношения к расовому вопросу, хотя на самом деле, скорее всего, дело было в его кастовой принадлежности – с полицейских были сняты обвинения, либо они получили оправдательные приговоры.