Никола Тесла и тайна Филадельфийского эксперимента - Вадим Телицын

Доктор Б. Рассел утверждает частным образом, что она была завершена. Он также говорит, что человек не созрел для этого и не будет таковым до окончания третьей мировой войны. Тем не менее „результаты“ доктора Франклина Рено были использованы. Они были полным перерасчетом той теории с точки зрения любых быстрых возможностей применения, если их можно провести в короткое время. Притом это были хорошие результаты, насколько это касается теоретического перерасчета и хорошего физического „результата“. И все же Военно-морские силы боятся использовать этот результат! Этот результат был и является сегодня доказательством, что Единая теория поля до определенной степени верна. По ту сторону не отважится пойти ни один человек в здравом рассудке или вообще имеющий рассудок. Верно, что такая форма левитации осуществлялась, как описано. Это также часто наблюдаемая реакция некоторых металлов на определенные поля, окружающие ток, и это поле поэтому используется для этой цели…

„Результатом“ была полная невидимость корабля типа эсминец на море и всей его команды (октябрь 1943 года). Магнитное поле имело форму вращающегося эллипсоида и простиралось на 100 метров (больше или меньше, в зависимости от положения Луны и градуса долготы) по обеим сторонам от корабля. Все, кто находился в этом поле, имели лишь размытые очертания, но воспринимали всех тех, кто находился на борту этого корабля и, кроме того, таким образом, будто они шли или стояли в воздухе. Те, кто находился вне магнитного поля, вообще ничего не видели, кроме резко очерченного следа корпуса корабля в воде — при условии, конечно, что они находились достаточно близко к магнитному полю, но все же вне его. Почему я Вам это сегодня рассказываю? Очень просто: если хотите потерять рассудок, раскройте эту информацию. Половина офицеров и членов команды того корабля сейчас совершенно безумны. Некоторых даже по сей день содержат в соответствующих заведениях, где они получают квалифицированную научную помощь, когда они либо „воспаряют“, как они сами это называют, либо „воспаряют и застревают“. Это „воспарение“ — последствие слишком долгого пребывания в магнитном доле — вовсе не является чем-то неприятным для моряков, обладающих здоровым любопытством. Но становится таковым, если те при этом „застревают“. В этом состоянии они не способны двигаться по своей воле, если один или двое товарищей, которые находятся с ними в магнитном поле, быстро не подойдут и не прикоснутся к ним, иначе они „замерзнут“.

Если человек „замерзает“, его положение тщательно маркируется и затем магнитное поле отключается. Все, кроме „замерзшего“, теперь снова могут двигаться и радоваться своему, как кажется, материальному телу. Тогда член команды с наименьшим сроком службы должен пойти в то место, где он найдет лицо или обнаженный, не прикрытый униформой участок кожи „замерзшего“.

Иногда это длится только час или чуть больше, иногда целую ночь и день, а однажды понадобилось шесть месяцев, чтобы „разморозить“ человека.

Понадобилось сконструировать в высшей степени сложный аппарат, чтобы возвратить „свежезамороженных“ и „глубокозамороженных“. Обычно „глубокозамороженный“ теряет рассудок, беснуется и несет несуразицу, если „заморозка“ длилась больше одного дня по нашему отсчету времени.

Я говорю о времени, но… „замерзшие“ воспринимают течение времени иначе, чем мы. Они напоминают людей, находящихся в сумеречном состоянии, которые живут, слышат и чувствуют, однако не воспринимают столь многого, что словно существуют лишь на том свете. Эти воспринимают время не так, как Вы или я. Как я уже говорил, для возвращения первого „глубокозамороженного“ потребовалось шесть месяцев. Кроме того, необходимое для этого электронное оборудование и специальный причал для корабля стоили свыше 5 миллионов долларов. Если в морском порту или вблизи него вы увидите группу моряков, которые кладут руку на одного из своих товарищей или „в воздух“, скорее идите туда и положите на него свои руки, ибо это несчастнейший человек на свете. Ни один из них не хотел бы еще раз стать невидимым. Я считаю, это нельзя продолжать, ибо человек еще не созрел для работы с силовыми полями.

Эти люди употребляют выражения типа „повиснуть в потоке“, или „в тянучке“, или „в салюте“, или „застрять в сиропе“, или „я усвистел“, чтобы описать некоторые последствия, наступающие еще спустя десятилетия после эксперимента с силовыми полями.

Остались очень немногие из членов команды, кто принимал участие в эксперименте… Большинство лишилось рассудка, один попросту исчез „сквозь“ стену собственной квартиры на глазах у жены и ребенка. Двое других членов команды „воспламенились“, то есть они „замерзли“ и загорелись, когда носили маленькие шлюпочные компасы; один носил компас и загорелся, а другой поспешил к нему, чтобы „возложить руку“, но тоже загорелся. Они горели на протяжении 18 дней. Вера в эффективность метода возложения рук была разрушена, и началось повальное сумасшествие.

Эксперимент как таковой был абсолютно успешным. На экипаж же он подействовал роковым образом.

Поищите в Филадельфийских газетах крошечный абзац (верхняя часть страницы, около последней трети газеты, 1944/46 гг. весной, осенью или зимой, не летом) — заметку о поступках моряков после их первого плавания.

Они совершили нападение на „Матросский отдых“ — кабачок при морской верфи, повергнув официанток в шок и обморок.

Проверьте экипаж корабля наблюдения „Эндрю Фьюресет“. компания „Мэтсон“, порт приписки Норфолк. Компания может иметь вахтенный журнал того плавания или он может быть у береговой охраны, первый офицер Моусли (фамилию капитана установлю позднее, список команды в судовом журнале).

Один из членов экипажа Ричард Прайс мог бы припомнить имена других членов палубной команды (береговая охрана располагает сведениями о моряках, которым были выданы „документы“). Мистеру Прайсу в октябре 1943 года было 18 или 19 лет. Он живет или жил тогда в своем старом фамильном доме в Роаноке, Вирджиния, маленьком городке с маленькой телефонной книгой. Эти люди — свидетели-очевидцы, люди из команды. Коннелли из Новой Англии (Бостон?) тоже мог бы быть свидетелем, но я сомневаюсь (возможно, фамилия пишется по-другому). Он был очевидцем. Я прошу Вас провести это маленькое расследование…

С глубоким уважением Ваш Карл М. Аллен

P.S. Охотно окажу дополнительную помощь, если скажете какую. (Z 416 175)»

Несколько дней спустя пришло еще одно интересное письмо.

«В дополнение письма. (Для подтверждения приведенной здесь информации свяжитесь с контр-адмиралом Росоном Беннеттом. Шеф военно-морских исследований. Может, он Вам наконец предложит работу.)

Как результат холодного и трезвого анализа хочу сообщить Вам и в Вашем лице — науке следующее.

1. Военно-морские силы не знали, что люди также могут стать невидимыми, если они находятся не на корабле, но под воздействием поля.

2. Военно-морские силы не знали, что люди могут умереть от побочного воздействия „гиперполя“ внутри или снаружи „поля“.

3. Кроме того, они и сейчас не знают, почему это случилось, и даже не уверены, что „П“ в „П“ вообще является причиной этого. Я сам „чувствую“, что что-то связанное со шлюпочным компасом „вызвало пожар“. У меня нет доказательств, но и у Военно-морских сил их тоже нет.