Восемнадцатое мгновение весны. Подлинная история Штирлица - Эрвин Ставинский

Он опять начал ходить по комнате и вдруг, неожиданно для себя, заговорил совсем не о том, о чем должен был говорить.

– Как это печально, что вы так замкнуты – сказал он. – Сейчас так редко можно встретить человека, с которым можешь доверительно обо всем поговорить. Задача моя нелегкая, приходится работать в обстановке, когда на каждом шагу ощущаешь опасность. Вначале мне казалось, что вы понимаете меня и сочувствуете мне. Но сегодня вы другая… Я понимаю, наша работа предъявляет определенные требования, нужна строгая дисциплина, осторожность…

Сознание Люси не противилось этим доводам, и ею медленно начало овладевать то сладостное хмельное оцепенение, которое она испытывала первый раз, когда работала с ним. Видимо, в ней что-то изменилось, потому что он почувствовал, что нашел верный тон и между ними опять возникла та внутренняя связь, которая так воодушевляла его на первых встречах. Слова опять легко стали складываться во фразы, и они продолжили работу.

Люси догадывалась, что происходит с Вилли, и ей самой тоже хотелось бы открыться ему, но в ее отношении примешивалось так много недоверия и горечи, что ей мучительно хотелось кому-нибудь поведать о своем смятении. Сабрина, ее старая подруга, когда дело коснется смутного соблазна, который, как она полагала, несет в себе Вилли, наверняка не найдет ничего лучшего, чем начать неуместно шутить или в лучшем случае резко критиковать. А сейчас так хочется поддержки и утешения.

Между тем Вилли даже не пытался проникнуть в противоречия ее души. Все, что он говорил, было связано с политикой, с обстановкой в стране. Он не хвастал ни своими успехами, ни своим положением. Они были товарищами по работе, и он давал ей то, что она была обязана принимать – добытые им секретные материалы.

Пока он находился в ее комнате, двигался, говорил, ей казалось, что от него исходит особая жизненная сила. Ее подтверждением служила поступающая от него действительно важная секретная информация.

– Послушайте, Люси, – как-то заговорил он, – а как вы намерены жить дальше? Вы в чужой стране остались совершенно одна, условия для иностранцев постоянно ухудшаются. Что вы будете делать, если возникнет реальная опасность, связанная с арестом?

Она давно предчувствовала, что этот разговор рано или поздно возникнет. Ее тонкое лицо покрылось румянцем, резкая складка обозначилась над переносицей.

– Мне не нужна ничья помощь, тем более ваша, – ответила она дрогнувшим голосом.

– Что за нелепые предрассудки, – заявил он с непривычной резкостью. – Этим вы не отговоритесь. Вы слишком хороши, чтобы пропадать здесь из-за неосторожности. У вас есть запасной паспорт, у вас есть место, где можно спрятаться и какое-то время переждать опасность?

– К сожалению, ничего этого нет, – ответила она.

– Вот видите, – со злой усмешкой ответил Вилли. – Сейчас такое время, что нашим друзьям не до нас. Все они один за другим исчезают из страны. Вы знаете, что в советском представительстве остался только один сотрудник, с которым вы встречаетесь, да еще один-два в торговом представительстве? Надо быть готовым к тому, что скоро мы вообще останемся здесь одни и все наши усилия станут никому не нужны. Мне проще: я как служил, так и буду служить. А что будете делать вы? Вы думали над этим?

Люси молчала.

– Сейчас я ухожу в отпуск, – продолжил он. – Отложить его не могу, потому что осенью в отпуск хочет уйти мой шеф. Я буду поддерживать связь со своим отделом. Если случится что-то чрезвычайное, я буду знать и тогда разыщу вас. В сентябре ожидаются большие маневры, и я планирую к этому времени вернуться. Передайте товарищам привет и мою благодарность за материальное пособие. До встречи, – и он крепко пожал ей руку.

Расставаясь, они не знали, что в резидентуре в советском полномочном представительстве положение действительно сложилось критическое. Почти все оперативные сотрудники были отозваны в Москву. На хозяйстве остался один связник Эрвин, но и тот не знал немецкого языка. Для связи с Брайтенбахом Центр принял решение привлечь жену оперативного сотрудника Александра Короткова, работающего под прикрытием торгового представительства, Марию Вильковысскую. Маруся, таков был ее оперативный псевдоним, ранее работала переводчицей в Иностранном отделе, свободно владела немецким языком.

«Тов. Эрвину, Берлин.

Совершенно секретно.

Свяжите Марусю с Клеменс. Тщательно проинструктируйте Марусю и Крита (оперативный псевдоним А. Короткова) по технике встреч с Клеменс. Обеспечьте неуклонное выполнение нашего указания насчет того, чтобы Маруся шла на каждую встречу с Клеменс в сопровождении Крита, чтобы Крит ожидал Марусю неподалеку от места встречи и принимал от нее пакет, полученный от Клеменс. Инструктируйте Марусю и Крита насчет того, каким способом в случае надобности пакет уничтожить. Связывая Марусю с Клеменс, обусловьте с Клеменс, чтобы размеры пакета были самыми минимальными, чтобы была полная возможность уничтожения пакета в нужном случае. Чьи сообщения находятся в пакете, откуда они идут, словом, ничего решительно об авторе и содержании сообщений ни Крит, ни Маруся знать не должны.

Вам вместе с Критом и Марусей надо также подумать, какую легенду Маруся и Клеменс должны привести в том случае, если их вместе случайно возьмут для проверки документов или они попадут в облаву. Принятую легенду вы нам потом сообщите. Учтите, что фамилию, гражданство и адрес Клеменс ни Маруся, ни Крит знать не должны.

Алексей».

Все поручения Центра «Эрвин» выполнял неукоснительно. Ввиду отсутствия у него оперативного опыта в августе 1937 года его заменили на оперативного работника Александра Агаянца, которого в Берлин перевели из Парижа.

В это же время Александр Коротков со специальным заданием отбыл из Берлина в Париж, а его жена Маруся продолжала еще некоторое время работать с Клеменс.

«Тов. Рубену, Берлин.

Совершенно секретно.

Обстановка складывается таким образом, что вам в течение одного-двух месяцев придется одному обеспечивать связь с Брайтенбахом.

Связь Маруси с Клеменс должна быть обставлена со всей тщательностью, исключающей возможность провала. Напоминаем вам, что вы лично должны каждый раз сопровождать Марусю на встречу с Клеменс. Перед встречей надо по крайней мере полтора – два часа разъезжать по городу и осторожно себя проверять. Встреча Маруси с Клеменс может состояться только при полной уверенности, что “хвоста” за собой Маруся не привела. На встречу Маруся должна прибывать минута в минуту. Вы должны ожидать Марусю невдалеке от места ее встречи с Клеменс и после этой встречи сразу же принять от Маруси полученный ею от Клеменс материал. Тщательно инструктируйте Марусю насчет того, каким способом в случае надобности можно уничтожить материалы – уничтожить обязательно! Размер материала должен быть таков, что его можно было бы разжевать во рту. Лучше всего материал печатать на папиросной бумаге. Это надо оговорить. С Клеменс также надо обусловить как ряд контрольных встреч, так и способ восстановления связи в случае ее потери. Разработайте с Марусей и обусловьте с Клеменс правдоподобную легенду, оправдывающую ее встречу с Клеменс в случае облавы, проверки документов. Легенду также между Брайтенбахом и Клеменс на тот же случай.