Queen. Фредди Меркьюри. Биография - Лесли-Энн Джонс

О «It’s A Hard Life», над которой он неустанно трудился вместе с Фредди, Брайан говорил: «Это одна из лучших песен, которые сочинил Фредди. Она пробирает до костей!»

Роскошный клип на нее сделал Том Поуп в Мюнхене. В нем снялась вся клубная компания Фредди, не исключая Барбары Валентин. У остальных музыкантов съемки оставили смешанное впечатление. Они чувствовали себя не очень-то уютно в костюмах средневековых трубадуров. Что до костюма Фредди, красного трико, украшенного выпученными глазами, то он многих оставил в недоумении. В день съемок Фредди заявил, что прошлым вечером повредил ногу в одном из баров «бермудского треугольника» и наложил на пострадавшее место пластырь.

У Queen по-прежнему чесались руки сыграть в странах, еще не знавших настоящего рока. Ватикан отказался предоставить им площадку в Италии, русские заклеймили их как «декадентов», о Китае и Корее не могло пока идти и речи. Музыканты согласились дать двенадцать концертов на стадионе Сан-Сити, скандального курорта в ЮАР. Шоу, состоявшиеся в октябре 1984-го, поставили Queen в центр острого политизированного скандала. Курорт, в развитие которого вкладывались сотни миллионов, частично финансировался государством, тем самым, что все еще придерживалось политики апартеида. Для всего свободного мира, объявившего ЮАР культурный бойкот, этот жест Queen означал не больше и не меньше как поддержку государственного расизма. Британский музыкальный профсоюз запретили своим участникам любую работу на территории ЮАР, и Queen нарушали его запрет. А фонд «Артисты против апартеида», основанный бывшим музыкантом Брюса Спрингстина Стивеном Ван Зандтом, выразил общее настроение, выпустив сингл «I Ain’t Gonna Play This City» («Я не собираюсь выступать в этом городе»). В записи песни приняли участие Майлз Дэвис, Ринго Старр, Боб Дилан, Лу Рид, Кит Ричардс и Ронни Вуд из The Rolling Stones. Этот политизированный сингл, изданный в декабре 1985-го, не стал хитом в Америке, но пользовался огромным успехом в Австралии, Канаде и Британии.

Queen продолжали упорствовать и ни в чем не раскаивались.

— «I Want To Break Free» стало неофициальным гимном Движения Против Апартеида, возглавляемого Нельсоном Манделой, — объяснял Роджер, — а «Another One Bites The Dust» стала одним из главных хитов Черной Африки. Отчего бы нам было не сыграть для своих фанов?

Тем не менее, осуждение Queen (к которому нередко подмешивалась и зависть) продолжало нарастать и достигло максимума к началу тура в поддержку The Works. В концертный состав группы включили пятого участника — клавишника Спайка Эдни.

Queen не играли вместе уже больше двух лет. Обычно им не требовались репетиции, но сейчас они были необходимы. Новую программу группа репетировала в ангаре под Мюнхеном, оборудованным сверхсовременной звуковой аппаратурой.

— Помню, первой песней, которую я сыграл с ними на репетиции, была «Tie Your Mother Down», — вспоминал Спайк, — все прошло отлично, они играли ее на концертах сотни раз. Затем мы взялись за «Under Pressure», а потом пришел черед нового материала, вроде «I Want To Break Free». Не такая и сложная песня, как можно подумать. Мы дошли до конца первого куплета и сбились. Оказывается, Queen никогда раньше ее не играли вместе. Тут я понял, что со всем справлюсь.

Британские выступления группы включали три концерта в Выставочном центре Эдинбурга, где Тони Хэдли из Spandau Ballet впервые встретился со своим кумиром Фредди Меркьюри лицом к лицу. За сильный и выразительный голос музыкальные критики сравнивали Тони с Фрэнком Синатрой. Хэдли и не подозревал, что Фредди сам восхищается его записями.

— Все получилось, как в пословице про кукушку и петуха, — смеялся Тони. — Я вырос на Queen, почитая Фредди как величайшего фронтмена в мире. О встрече с группой мечтал годами. И наконец я стал знаменит настолько, чтобы пробраться к ним за кулисы. Ребята из Queen оказались безумно милы и обходительны. Они пригласили нас на свою вечеринку, которая состоялась после концерта в отеле неподалеку. Я пришел вместе с Леони, моей первой женой, и Фредди тут же посадил ее на свободное место рядом с собой. К концу вечера она уже не могла сидеть и очутилась под столом… Нас от души позабавил момент, когда вдруг, совершенно неожиданно (как минимум для части присутствующих) к нам вышли две стриптизерши и стали откалывать свои номера.

— Мне всегда казалось, что Queen развлекаются веселее и качественнее, чем другие музыканты, — продолжал Тони, — и встретившись с ними, я в этом убедился. Они устраивали лучшие вечеринки в мире, записывали грандиозные альбомы, а уж какие ребята играли в группе — о-го-го! Даже тихоня Джон Дикон многим мог фору дать.

— Той ночью мы разговорились о сценическом имидже, и Фредди дал мне прекрасный совет: «Когда ты на сцене, уже поздно переживать и перед кем-то отчитываться. Люди пришли посмотреть на тебя, так что работай для них как умеешь, и ни о чем не парься!» Мне тогда было то ли двадцать три, то ли двадцать четыре, я играл в молодой группе, у которой дела шли как минимум неплохо. Он относился к высшей рок-аристократии и был вправе вообще не замечать моего существования. Вместо этого он с энтузиазмом делился своим опытом, знаниями. Из всех рок-князей так со мной повел себя он один, и я очень это ценю. «Каждый артист страдает от неуверенности в себе», — сказал он. «Как, даже вы», — удивился я. «Особенно я», — был его ответ.

Шоу Queen на Уэмбли 5 сентября увенчалось грандиозной афтепати на пять сотен гостей, состоявшейся в ночном клубе Xenon — там отмечали тридцать девятый день рождения Фредди. Торт, поданный гостям, не знал себе равных в истории — его выполнили в форме винтажного роллс-ройса в натуральную величину. На той же неделе в продаже появился двадцать шестой сингл Queen «Hammer To Fall». Следом вышел и дебютный сольный сингл Фредди «Love Kills», вошедший в саундтрек фильма «Метрополис». Когда группа улетала в Дортмунд, девять их альбомов входили в британский ТОП-20. В октябре Queen вылетели в ЮАР вместе со всей своей многочисленной свитой, включавшей и Мэри Остин с новым любовником Джо Бертом. На первом же шоу в Сан-Сити Фредди сорвал голос после второй песни, и концерт пришлось завершить, а пять следующих — отменить. Другие шесть шоу прошли без накладок.

Вернувшись в Лондон, Брайан и Роджер отправились в британский профсоюз музыкантов, где разбиралось их дело.

— Наша поездка не была одним сплошным весельем, — считал Спайк. — Queen уделили много времени и средств благотворительным акциям в ЮАР. Так, им удалось собрать деньги на школу для слепых и немых детей. Позже они выпустили в ЮАР специальный концертный альбом, все доходы от которого пошли благотворительным фондам. Они доставили столько удовольствия своим поклонникам, что я до сих отказываюсь считать эти концерты ошибкой. Всего через несколько лет ситуация там полностью изменилась, и в ЮАР стали ездить все подряд.

Queen присудили огромный штраф, а последствия крамольного тура преследовали их долгие годы.

— Мы резко против апартеида и всего, что с ним связано, — говорил Брайан, — но у артистов есть миссия — наводить мосты между разными странами, в том числе конфликтующими. В ЮАР мы встречались с музыкантами всех цветов кожи, и все были нам рады. Почему-то критика в адрес Queen всегда исходила из мест, далеких от Южной Африки.