Аттила - Глеб Благовещенский

Здесь повторяем, что понятые и выборные посольства состояли почти всегда из дружин Руссов-Франков и купцов Готов, как народа искони промышленного и опытного в условиях торговых отношений. Договоры с Византией искони писались на Греческом языке, составлялись иноземцами и переводились на Латинский язык, который, по всему вероятию, при Аттиле был языком посольских сношений. Не удивительно, что и все Славянские имена искажались по формам Латинским, Галльским и Готским.

Договор Великого Князя Святослава (который называл Греков ремесленниками и советовал им, если не ходят платить дани, переселяться из Европы, им не принадлежащей, в Азию) заключен был в Доростоле (Деревстре, Дересте) «равно другаго совещанья бывшаго при Святославе велицем князи Рустем, и при Свенальде; писан при Фефеле (Феофиле) Синкеле, к Ивану, нарицаемому Цемьскию, царю Гречьскому».

Если бы до нас дошли не выписки из Приска, а посольские книги, веденные им, то мы бы увидели в них те же статьи и те же обряды договоров Русских великих князей IV и V века, с Греками, какие и изложены в сохранившихся договорах IX и X века.

В договоре Аттилы первое условие о беглых, и в договоре Игоря так же: «аще ускочит челядин из Руси, по него ж придут от страны царства нашего и от Св. Мамы... и аще необрящется взимают от вас цену свою яко же уставлена есть преже, две поволоце за челядина».

По договору Аттилы каждый пленный при выкупе ценился в 8 золотых. По договору у Олега цена возросла до 20; по договору же Игоря уменьшилась опять на 10 и на 8.

Сравнив договоры Греков с Русью V и X века, обратимся к описанию Византийского посольства к Аттиле и повторим, что Греки с исконных до позднейших времен не называли Русь Русью, но заменяли это название то Скифами, то Гуннами.

Во время войны Великого Князя Святослава с Цимисхием Руссы также не иначе слывут, как Скифами или Гуннами. Лев Дьякон пишет: «как скоро Скифы (сей народ называется также Гуннами) переправились чрез Истр, то полководец Лев не в силах был, с мальм своим отрядом, противостать безчисленному их множеству».

Кого понимали Греки под именем Скифов, лучше всего видно из Нестора при его исчислении Славянских народов Руси: «и суть грады их и до сего дни, и зовяхусь от Грек Великая Стфь», а от Гот, прибавим, Svythiod hin mMa, т. е. Suava, Suevia, Suavonia, или Russia: magna.

VII. Посольство императора Феодосия II к царю Аттиле в 447году

Мир, заключенный после войны в Херсонисе, недолго продолжался; Феодосий затруднялся исполнить договор: Империя вела войну в Азии и в Африке, казна истощилась. Тщетно возобновляя свои требования, Аттила поднялся к Дунаю. Нет сомнения, что пoxoд его совершался на тех же искони неизменных условиях, как и описанные Нестором походы на Грецию великих князей Олега, Игоря, Святослава, Владимира Великого и Ярослава, и та же Великая Скифь поднималась с ним на Грецию.

«Олег совокупи множество Варяг (Франков), Словен (Новгородских), Чуди, Кривичей (Литвы), Мери, Древлян, Радимичей, Вятичей, Полян, Север (Сербов), Хорватов (Карпатских), Дулебов (Далмать), Тиверцов (Тывровцов) и си вси звахусь от Грек Великая Скифь. С ними со всеми пойде Олег на конех и на кораблех, и бе числом корабль 2000 прииде к Царюграду».

2000 кораблей было какое-то исторически-условное число у Скифов, то есть Руссов. По Аммиану, в половине третьего столетия, на 2000 кораблях, и, без сомнения, также с сухопутным войском, Скифы прошли грозой по набережным Мизии, Фракии и проникли в Эпир и Фессалию. В 774 году те же Скифы, в союзе с Булгарами, поднялись на Византию, также в числе 2000 Русских лодий.

Точно таким же образом Великий Князь Игорь, во второй поход, «совокупи вой многи: Варяги, Русь, Поляны, Словены, Кривичи, Тиверцы, и Печенеги ная (нанял) и Тали (заложников) у них поя, и пойде на Греки в лодьях и на конех, хотя мстити себе».

Точно таким же образом, подвигнув в 447 году всю Великую Скифь на Грецию и покорив города по Дунаю, область Сирмию, Ниссу (Нишаву) и Сардику (Софию, Триадицу), Аттила заставил преклониться пред собой Феодосия и послал к нему для совершения договора Годичана, одного из своих знаменитейших воевод, и Ореста, урожденца Паннонии, с письмом, заключавшим следующия условия мира:

1. Невозвращенных еще переметчиков немедленно возвратить.

2. Римляне (Греки) очистят, под опасением возобновления войны, все покоренные оружием царя Аттилы земли, простирающиеся по течению Истра от областей Пеонии (Паннонии) по протяжению областей Фракийских, в длину, и на 5 дней пути (200 верст) в ширину.

3. Бывшее издревле торжище на берегу Дунайском перенесется на новую границу, в Ниссу.

4. Впредь послы от Императора к царю Аттиле должны быть не из разночинцев, но знаменитые мужи по роду и консульского сана.

Самолюбие Феодосия до того было затронуто, что он решился на предложение своего любимца Евнуха Хрисафия подкупить посла на убийство Аттилы. Переводчик Вигила (Вико, Викул) был орудием замысла. Годичан, осматривая показываемые ему дворцы императорские, дивился и восхвалял великолепж и богатство их. Хрисафий думал воспользоваться этим изумлением и дал ему понять, что подобное же богатство и почести ожидают и его, если только он оставит Скифию и пожелает быть Римлянином. «Насколько не позволительно слуге чуждого мне господина делать подобное предложение, настолько же преступно принимать его»,– отвечал Годичан.

Этот ответ не отклонил злодейских надежд на него. Ему предложили в задаток всех обещаний сто фунтов золота. Но, изведав цель замысла убить Аттилу, Годичан, в свою очередь, замыслил явно обличить виновников пред Аттилой.

Притворясь соблазненным, алчущим золота и Византийской роскоши, он уклонился однако же от задатка и обещал свои услуги не прежде как по исполнении возложенной на него обязанности посла.

Феодосий назначил чрезвычайным послом к Аттиле вельможу Максимина, при котором находился и Приск Ритор, для ведения посольских книг. Между прочим он поручил сказать Аттиле, в отношении требования о назначении послами к нему первейших сановников Империи, что этого не бывало ни при его предках, ни при иных царях Скифской династии; тем болеe что послания препровождались всегда чрез воина, или гонца.

Обратим особенное внимание на путь следования посольства. Описание его заключает в себе настолько определительности, насколько нужно, чтоб понять, что этот путь никаким образом не мог пролегать от Дуная к мнимой столице Гуннов в Венгрии по равнине реки Тиши (Tissa, Teiss); но, сообразно указанию времени переезда и переправы чрез три большие судоходные реки, имел направление именно к Киеву (Hunugard, Koenugard), исконной столице Hunnorum reges и предков Аттилы.

Путь посольства

Посольство Феодосия отправилось из Константинополя вместе с возвращающимся посольством Аттилы и после 13-дневного пути прибыло в Сардику, нынешнюю Софию, или Триадицу.