Загадки афганской войны - Виктор Меримский

Каждый командир части, соединения получал контрольную цифру сколько человек он должен призвать, сколько оставить для себя и сколько и куда направить остальных. Что делал командир? Не имея в своем распоряжении никаких учетных данных, он выделял наряд военнослужащих, которые разъезжали по населенным пунктам и забирали всех кто, по их мнению, может служить в армии. Дело доходило до курьезов. Задерживались офицеры (в гражданской одежде), служащие в других частях и направлялись рядовыми. Документы больных и инвалидов об освобождении от службы уничтожались и они отправлялись служить. Такой варварский способ призыва был назван «отловом». Зачастую отлавливали граждан старше 40 и моложе 16 лет.

Таким путем например, за 1983 год удалось призвать (отловить) 81 тыс. человек или 60 % необходимого пополнения. За этот же период из войск дезертировало более 34 тыс. военнослужащих и практически пополнение составило 48 тыс. вместо предусмотренных 130 тыс. человек.

Существовавший некомплект обычно распределялся без учета задач выполняемых подразделением. Укомплектованность частей родов войск и специальных войск центрального и корпусного подчинения составляла 80–100 %, пехотных дивизий 40–70 %, пехотных полков 3545 %, а пехотные роты имели 15–20 человек, а иногда и меньше.

Дезертирство в афганской армии достигло огромных размеров. Ежегодно из армии убегало 25–35 тысяч военнослужащих, часть из которых с оружием пополняли отряды мятежников. Однако должной оценки этому явлению не давалось и мер к его снижению не принималось. Большинство командиров частей так и не разобрались с причинами дезертирства, да с них никто и не спрашивал за самовольное оставление солдатами частей и подразделений.

Наши советники не раз докладывали соответствующим начальникам, что основной причиной дезертирства является невнимательное, я бы сказал, бездушное отношение к молодому пополнению. Разве можно считать нормальным, когда призванную молодежь размещали на пустыре, не обеспечивая палатками, обмундированием, постельными принадлежностями и едой. А чтобы они не убежали вокруг «лагеря» выставляли охрану и устанавливали минные поля. Не выдерживая такого издевательства, новобранцы бежали, хотя и подрывались на минах.

Немало отмечалось случаев, когда необученных призывников, не прошедших начальной подготовки и не принявших военной присяги, привлекали к боевым действиям. Есть еще не мало и других причин, среди которых значительное место занимала вражеская пропаганда. Но главная и основная — невнимание к людям, отсутствие заботы о них и созданных хотя бы минимальных условий для обеспечения их жизнедеятельности.

Борьба с дезертирством являлась одной из серьезных проблем, стоящей перед афганской армией.

Укомплектованность офицерами была достаточно высока — около 96 %, но уровень их профессиональной подготовки в целом был невысок. Только 26 % из них имели высшее и среднее образование, которое часть из них получили в Советском Союзе. Звено командиров батальонов, рот и взводов в основном прошли подготовку на трех-шестимесячных курсах. 43 % офицеров вообще не имели военного образования (преимущественно командиры рот и взводов). Таким образом, подразделения, предназначенные для ведения боя, были наименее укомплектованы солдатами и командовали ими наименее подготовленные командиры, что в основном и определяло степень боевой готовности подразделений и частей.

Несмотря на усилия советнического аппарата, командирская подготовка офицеров еще не стала предметом постоянной заботы старших начальников.

Очень много недоразумений допускалось и в расстановке офицерских кадров. Около 2500 офицеров занимали должности сержантов, в то же время более 600 сержантов занимали должность офицеров. Иногда офицеры исполняли должность писарей. Несколько раз уже происходила перестановка офицеров под нажимом наших советников, но через некоторое время все возвращалось на прежние места.

Серьезную озабоченность вызывал уровень обученности личного состава. Плановая боевая подготовка в перерывах между боями не проводилась, да и подготовка к конкретному бою зачастую сводилась только к пополнению личным составом и вооружением.

Значительное влияние на политико-моральное состояние личного состава продолжала оказывать вражеская пропаганда, особенно в подразделениях, длительное время находившихся в отрыве от постоянных мест дислокации.

Таким образом, все составляющие боеспособности армии еще не были готовы в полном объеме выполнять возложенные на них функции.

Несмотря на скрытое сопротивление руководства страны мы стремились к тому, что бы афганская армия активно включалась в борьбу с мятежниками, считая это ее главной задачей, а не нашей.

К боевым действиям мы приучали афганцев постепенно. Вначале привлекали только их отдельные подразделения в составе советских войск. Затем уже более крупные подразделения и даже части действовали рядом с подразделениями советской армии, после чего стали привлекать их к действиям на самостоятельных направлениях под командованием своих командиров, но объединенных общим замыслом данной операции. И наконец, самостоятельное решение боевых задач без участия советских войск. Вначале эти действия были недостаточно результативными, но постепенно с приобретением боевого опыта и уверенности в своих силах, афганская армия боевые задачи начала решать достаточно успешно. В последствии, в общем плане вооруженной борьбы с контрреволюцией предусматривались ее самостоятельные действия по разгрому крупных группировок противника.

Несмотря на заявление Министра обороны генерала А. Кадыра, что афганская армия самостоятельно не способна бороться с контрреволюцией, она оставалась единственной реальной и решающей силой по поддержанию существующего государственного строя.

Перед Министром обороны была поставлена главнейшая задача повышение боеспособности афганской армии. На наш взгляд она могла быть решена путем укомплектования, повышением уровня боевой выучки войск, подготовки их к боевым действиям и укрепления политико-морального состояния личного состава.

5

Особенности обстановки в стране создавали и особенности для действий наших войск. Наличие вооруженных формирований оппозиции на всей территории страны требовало ведения боевых действий одновременно на многих разобщенных направлениях. В то же время, для разгрома крупного базового района или базы, было необходимо сосредотачивать значительные силы в определенном районе в короткие сроки за счет ослабления контроля над другими районами. Отсутствие линии фронта и безопасных тыловых районов требовало от войск находится в постоянной боевой готовности, а для удержания инициативы — ведения решительных боевых действий на всей территории страны.

Важнейшей особенностью, оказывающей огромное влияние на действия войск, была фактическая ограниченность контингента советских войск в Афганистане.

Вся тяжесть ведения боевых действий ложилась на мотострелковые и парашютно-десантные батальоны. Таких батальонов в составе 40-ой армии было 55. Из этого числа было задействовано на оборону коммуникаций, охрану важнейших народно-хозяйственных объектов, пунктов постоянной дислокации частей и для закрепления государственной власти в уездах и провинциальных центрах 32 батальона. Таким образом, для ведения боевых действий можно было использовать только 23 батальона, что не обеспечивало поддержания активности боевых действий даже в основных районах страны. Кроме того, ряд жизненно важных подразделений, таких как хлебозаводы, прачечные и т. п. были не штатными и содержались за счет мотострелковых батальонов, что снижало количество личного состава, привлекаемого для ведения боя.