Военнопленные Халхин-Гола. История бойцов и командиров РККА, прошедших через японский плен - Юрий Свойский

Задержанные принадлежат к 13 ап 23 кав. полкам 72 пп 23 пд и штабу 2 пд. Из показаний задержанных японцев видно, что остаток 23 пд находится районе ДЖИНДЖИН СУМЭ и сменяются частяим 2 пд, после смены остаток 23 пд отводится в ХАИЛАР. Задержанные содержатся под охраной в 13 клм. западнее ХАМАРДАБА.

№ 1624 ЖУКОВ, ГОРОХОВ

№ 25

Шифротелеграмма Жукова № 1646 (№ 29416/29417/29418/29419/ш)

РГВА ф.37977 оп.1 д.78 л.58–61. Машинопись на бланке «Шифровка» с грифом «Совершенно секретно – снятие копий воспрещается» и «Подлежит возврату через 6 суток в 4 отделение 8 отдела Генштаба РККА». Служебные отметки: «№ 29416/29419/ш из Петуха, подана 30.9.39 8.25, принята 30.9.39 5.15, поступила в ШО НКО 30.9.39 6.00, расшифрована 30.9.39 23.00». Список рассылки: «№ 18 отдел ГШ, № 2 т. Ворошилову, № 3 т. Мехлису, № 4 т. Шапошникову». Экз. № 4.

Тов. ВОРОШИЛОВУ.

29.9 в 15.00 японскому командованию через члена комиссии подполковника Тонако было предъявлено требование следующего содержания: «Представителю японского командования генерал-майору Гомофудзима Ота. По поручению командования Советско-Монгольских войск ставлю вопрос об обязательном обмене нижеследующими военнопленными, находящимися в распоряжении японского командования:

1. Капитана-летчика АЛАТКИНА.

2. Капитана КАЗАКОВА.

3. Старшего лейтенанта ДОМНИК.

4. Лейтенанта ЕРЕМИНА.

5. Красноармейца НОСАЧЕВА.

6. Красноармейца ШАХОВА.

7. Красноармейца ПЕШТОХОВА.

8. Цирика ТОЛТОНТЯНА, а также гражданина СССР, сделавшего вынужденную посадку на территории Маньчжоу Го в 1937^[282] году летчика

ГУСАРОВА [Бориса Филипповича и синоптика ПОПОВА]^[283] Льва Николаевича. Прошу поставить меня в известность, когда могут быть возвращены Советско-Монгольскому командованию воннопленные и граждане СССР. Примите господин генерал уверение в моем совершенном к Вам почтении. Представитель Советско-Монгольского командования ПОТАПОВ».

По данному вопросу подполковник Тонако ответил нижеследующее: «3 человека к нам перешли добровольно, мы их пленными не считаем, а это по вашему они называются политическими преступниками. 5 человек нам совершенно неизвестны. Летчик Гусаров и синоптик Попов к данному инциденту не относятся, о них можно говорить через представителя нашего государства.

На наше требование уточнить вопрос о пленных Тонако высказал свое личное мнение:

«1. Три человека нам сдались сами. Пяти человек у нас нет совершенно.

2. Фамилии трех человек, сдавшихся нам не сообщим до сих пор, пока нам не будут сообщены фамилии 250 человек манчжур сдавшихся вам.

3. О летчике и синоптике местное командование решить не может.

4. По нашим данным у вас имеется еще много наших пленных. Просим их всех вернуть.

5. Мы рады успехам Советского Союза здесь и на западе. Ваши требования это все мелкие вопросы, мы хотим с вами иметь дружественные взаимоотношения и не хотим, чтобы из-за мелких вопросов снова произошел конфликт.

6. Мы немцев не считаем чужими, и с ними Советский Союз имеет союз, и с нами должны быть дружественные отношения.

7. Я специально прилетел из Токио с разработанным планом третьего сражения, со соглашение г. ТОГО и г. МОЛОТОВА не дало возможности его осуществить. Офицеры и солдаты горячо настроены дать третье сражение и занять ту местность, с которой они отступили.

8. На всех совместных заседаниях комиссии я заранее знал, что все будет идти хорошо, но сегодня впервые мне пришлось подумать самостоятельно.

9. Когда я узнал о договоре г. ТОГО и г. МОЛОТОВА, то пришел к вашим проволочным заграждениям и понес подарок Вашему командованию в знак общего удовлетворения, но подарок не был принят.

10. Зимой очень глухо и холодно, мы уже войска отводим. Вам тоже нужно скорее кончать и ехать на запад, там «веселее».

29 сентября нами японцам было передано 24 человека пленных, из них 20 японцев и 4 манчжур, они 20 человек японцев посадили на грузовики и увезли, а 4 человека манчжур оставили на месте передачи до темноты.

28 сентября представитель японской стороны полковник Кусанаки в течение всего дня переговоров пил вино и был в сильном опьянении.

29 сентября представитель японской стороны подполковник Танаки также был пьян.

№ 1646 ЖУКОВ, НИКИШЕВ

№ 26

Шифротелеграмма Жукова № 1690 (№ 29908/ш)

РГВА ф.37977 оп.1 д.78 л.62. Машинопись на бланке «Шифровка» с грифом «Совершенно секретно – снятие копий воспрещается» и «Подлежит возврату через 6 суток в 4 отделение 8 отдела Генштаба РККА». Служебные отметки: «№ 29908/ш из Петуха, подана 3.10.39 1.45, принята 3.10.39 2.00, поступила в ШО НКО 3.10.39 3.10, расшифрована 3.10.39 23.00». Список рассылки: «№ 18 отдел ГШ, № 2 т. Ворошилову, № 3 т. Мехлису, N9 4 т. Шапошникову». Экз. N9 4.

т. ВОРОШИЛОВУ.

копия тт. ШТЕРНУ, БИРЮКОВУ

Сегодня с 11.30 ч. до 16.15 ч. состоялась встреча нашего представителя майора ЛУКЬЯНЧЕНКО и японского подполковника ТАНАКА. Подполковник ТАНАКА опять настаивал на возвращении им задержанных нами 11 солдат и двух офицеров.

Товарищ ответил, что все нами задержанные могут быть выданы только при условии возвращения всех наших людей, оставшихся не обмененными и указанные в нашем протесте 29 сентября.

Подполковник ТАНАКА просил собраться 3.10.39 г. комиссиям для обсуждения этого вопроса, мотивируя тем, что представителям японской стороны нужно еще раз поговорить с тем, чтобы обоснованно доложить правительству и командованию, так как они вынуждены будут после этого принимать ответственное решение.

Мы до сего времени не получили ответа, как поступать с оставшимися у нас после обмена один на один 128 пленными.

Просим указаний.

№ 1690^[284] ЖУКОВ, НИКИШЕВ

№ 27

Шифротелеграмма Жукова № 1730 (№ 30659/ш)

РГВА ф.37977 оп.1 д.78 л.63. Машинопись на бланке «Шифровка» с грифом «Совершенно секретно – снятие копий воспрещается» и «Подлежит возврату через 6 суток в 4 отделение 8 отдела Генштаба РККА». Служебные отметки: «№ 30659/ш из Петуха, подана 7.10.39 4.25, принята 7.10.39 0.30, поступила в ШО НКО 7.10.39 1.30, расшифрована 7.10.39 23.00». Список рассылки: «№ 18 отдел ГШ, № 2 т. Ворошилову, № 3 т. Мехлису, N9 4 т. Шапошникову». Экз. N9 4.