Подлинная история Куликовской битвы - А. Синельников

Кроме того, все опричные слободы дублируют земские. Кузнецкая на Кузнецком мосту – опричная слобода, а Кузнецкая в Кузнецком переулке – земская, опричные Хамовники и Хамовническая слобода в Зарядье, Стрелецкая в Занеглименье и Стрелецкая в Зарядье…

Опричное войско и земщина жили раздельно и раздельно обеспечивались.

А кроме того, царский двор стоял в Коломенском, а это Замоскворечье. А вот у Кремля стоял Опричный двор.

Даже монетные дворы у них были разные.

«Красный (Китайский, Старый) монетный двор в Москве у Китайгородской стены. Основной опричный. На нем чеканились общегосударственные золотые, серебряные и медные монеты различных достоинств, а также некоторые монеты специальных выпусков (для прибалтийских провинций, Пруссии).

Кадашевский земский (Хамовный, Замоскворецкий, Военно-морской, Адмиралтейский) монетный двор в Москве, в Кадашевской слободе. Чеканил золотые, серебряные и медные монеты различных достоинств. Медные монеты чеканились на специальном отделении двора, которое было открыто в 1704 году.

Царские монетные дворы.

Набережный Медный монетный двор в Москве на территории Кремля. Чеканил медные монеты всех достоинств.

Набережный Серебряный монетный двор в Москве на территории Кремля. Чеканил серебряные копейки дореформенного образца.

Новый монетный двор в Москве на Красной площади. Чеканил серебряные копейки дореформенного образца.

Плащильная мельница в Москве на реке Яузе. Чеканила медные монеты различных достоинств.

Варварский монетный двор. Находился в Китай-городе на Варварке, между каменной церковью Варвары Великомученицы и Английским двором. Обеспечивал денежную реформу великой княгини Елены Глинской (1533–1538 годы). Первый во времена опричнины и последующие годы правления Ивана Грозного. Затем производство Монетного двора приходит в упадок»^[61].

Вернемся к тому, что первые слободы в городе Москве, то есть первый конгломерат поселений вокруг Кремля, представляли собой объединение монастырских слобод. Значит, их основой были монастыри. Те самые сорок сороков.

* * *

Сорок сороков. Что это?

Сорок сороков – устаревший фразеологизм, обозначающий неопределённо большое количество чего-либо. «Сорок раз по сорок» – указывает не точное число предметов, а их великое, «неисчислимое» множество. Так объясняют нам словари.

А еще нам говорят, что сороками считали собольи шкурки.

Вероятно, было время, когда на эти «сорока», как мы теперь на «дюжины» или «десятки», считали не только шкурки. Кое-какой след этого старинного счета сохранился в разных областях нашей исторической жизни и нашего языка. Так, например, до 1917 года нередко можно было услышать выражение: «В Москве сорок сороков церквей». Говорилось: «Затрезвонили во все сорок сороков», или: «С Поклонной горы видны все сорок сороков».

По другой версии, выражение «сорок сороков» применяли, указывая на обилие храмов в Москве. Однако при буквальном подсчёте такого количества церквей в столице не набирается ни в один период. Но историки настаивают: мол, количество 1600 (сорок раз по сорок) могло получиться приблизительно при подсчёте не храмов, а всех их престолов. К 1917 году в московских церквях их насчитывалось 1620. Согласно древним канонам, престол по происхождению является отдельным храмом, пристроенным к основному, и должен быть наглухо отделённым от него, имея общими лишь притвор и галерею. Кроме того, над церковным приделом обычно ставится малая главка, также указывающая на его обособленность.

Не выходит. Тогда в одних Кижах престолов должно было бы быть 32.

Ничего, историки нашли еще одну версию.

Некогда существовало также слово «сорок», обозначавшее церковную административно-территориальную единицу – «старо́ство», «церковное благочиние». Такое деление было учреждено указом Стоглавого собора Русской православной церкви в 1551 году. Согласно ему было образовано семь московских благочиний, которые образно назывались сороками: Кремлёвское, Сретенское, Никитское, Китайгородское, Замоскворецкое, Ивановское и Пречистенское. Каждый сорок имел главную церковь/приход, руководил которой поповский староста. В одно благочиние входило не менее сорока приходов.

Выражение «сорок сороков» могло возникнуть именно в ту пору, когда проводился всемосковский крестный ход, на который собиралось огромное число людей – всё городское духовенство с прихожанами согласно приписке к благочинию – сороку.

Без комментариев, но запомним, что память о том, что была административная единица «сорок», осталась.

Вернемся к исконно русскому понятию «сорок». Происходит от древнерусского «сорокъ» (РП, Ипатьевск. летоп.), «связка из 40 собольих шкур» (часто в грам. XIV – XV веков).

«Считается, что русское числительное „сорок“, не образованное по правилам других количественных числительных (два+дцать, три+дцать и т. д.), использовалось восточными славянами для обозначения мешка или рубахи (предполагается также, что „сорок“ – это мужской род от слова „сорочка“ в смысле „исподняя рубашка“), в котором содержалось сорок (древнее „четыре десяте“) шкурок соболя, куницы и др. Один сорок – мешок с четырьмя десятками шкурок. Позже слово „сорок“ вытеснило первоначальное „четыре десяте“ и стало использоваться как самостоятельная счётная единица в так называемом счёте „по сорокам“. Например, существовали и широко применялись сорокавёдерные бочки, 1/40 часть ведра именовалась „сороко́вка“» (Википедия).

Пусть так, но вообще-то несомненный интерес представляет вопрос: почему наши предки считали «по сорокам»? Можно ли на полном серьезе оперировать точными пропорциями с такими мерами, как «рубаха», «шкурка», «мешок»? Рубаха – ладно, еще куда ни шло, а шкурка – это совершенно неопределенный по размерам предмет.

Почему мы видим такое устройство?

Не 10, 12, 50 или 100, а именно 40. Чтобы понять русский счет, надо понимать сакральность меры.

Надо понять систему нашего пальцевого счёта. Вы думаете, наши предки считали, как дикари, загибая пальцы – «раз, два, три…»? Как бы не так! Такой примитивизм у них не был в ходу.

Посмотрев на пальцы, вы увидите, что на каждом пальце три фаланги (косточки), только на большом пальце их две. 2 + 3 = 5. Это если к большому пальцу прибавить любой другой, то не надо загибать пять пальцев – это скучно. Приставьте по очереди большой палец к каждому следующему – 5, 10, 15, 20. На другой руке то же самое – ещё 20. Вместе – 40. Просто и понятно.

Таким образом, у нас пальцы служат естественной системой счёта по 40.

Теперь понятно, почему на Руси «сороковой мот, моток в сорок пасм».

«Сороковая бочка, сороковица у тверяков, сороковуша в Симбирске, сороковка, сорокаведерная, мерная, в сорок ведер». «Сорокобарщина, семибоярщина, бестолочь от многоначалiя».