Неизвестные страницы Великой Отечественной войны - Армен Гаспарян

ГАСПАРЯН: Коли мы уже затронули заградотряды, для чего они вообще-то формировались изначально? Потому что здесь же, если поговорить опять же со среднестатистическим обывателем, то мифологема будет именно такая, что Сталину надо было истребить как можно больше народа.

ДАЙНЕС: Это все неправильно. Сталину надо было, это четко в приказе, надо было пресечь дезертирство, трусость, восстановить порядок, заставить войска драться и не сдавать, как говорилось, ни одной пяди земли дальше. Потому что надо было остановить немецкие войска под Сталинградом, под Ленинградом, не допустить на Кавказ и на других направлениях также добиться того, чтобы не было дальше продвижения. И заградотряды — это не выдумка Сталина, они создавались еще в годы Гражданской войны одновременно… Я вам должен сказать, что предложение о создании заградительных формирований исходило не от Троцкого, исходили от бывших офицеров и генералов русской армии, которые воевали в составе Красная армии. Просто Троцкий в своих приказах сформулировал окончательно их название. И они создавались, они продолжали действовать. Они и на Хасане применялись, на Халхин-Голе и в советско-финляндской войне. Этот опыт был потом использован в этом приказе 227, и говорилось о создании этих заград отрядов.

ГАСПАРЯН: Впервые, по-моему, подобное определение, как заград отряд, прозвучало еще в 1917 году, когда Корнилов пытался наступление остановить.

ДАЙНЕС: Да, там ударные части всякого такого рода остановить. Но как названия именно такого типа не было — «заград».

ГАСПАРЯН: Опять же, возвращаясь к нашумевшему фильму «Штрафбат», никуда от него, к огромному сожалению, деться невозможно. Там показан, назовем это так, быт штрафного батальона, что их могли не кормить, что им не привозили никакое обмундирование, что они должны были это сами в бою добыть. Что оружие у них было — кому что Бог пошлет, что называется. Насколько соответствует это хоть какой-либо действительности?

ДАЙНЕС: Я скажу, что, снова сошлюсь на тех, кто воевал, да, были такие случаи. Но создатели фильма почему-то выбрали именно этот факт.

ГАСПАРЯН: Так они и титры в конце дали, перечислили всех.

ДАЙНЕС: Что им не давали оружия, что им не давали обмундирования, что их плохо кормили, и все такое прочее. Это, конечно, не соответствует действительности. Там, опять же, где был хороший командующий, командир, штрафные батальоны, был же штат разработан, там в штате было четко расписано, какое должно быть обмундирование, какое оружие. И им их давали так же, как и заградительным отрядам. Даже если не хватало танков и бронемашин, заградотряды были. Четко это выполнялось. Другое дело, в бою и обычная стрелковая часть могла добыть оружие трофейное, использовать, если не хватало пулеметов, автоматов. Но выпячивать именно эту сторону, что плохо кормили и не одевали, все такое прочее, я считаю, неправильно. Случаи были, да. Но надо было показать, как это образцово, как в действительности было, и потом отметить, как они, им надо было самую худшую сторону выпятить.

ГАСПАРЯН: Вы же помните этот фильм, такой среднестатистический боец штрафбата, раздетый по пояс, в гитлеровском кителе на два размера больше, чем он сам, с каким-то трофейным немецким автоматом, вечно голодный, пытающийся где-то там добыть кусок хлеба, чуть ли не у детишек картошку своровавший.

ДАЙНЕС: Это смотрится красиво, естественно. Поэтому создатели фильмы пошли на такое, я считаю, неправильное толкование.

ГАСПАРЯН: Навет же на прошлое.

ДАЙНЕС: Навет. Но это смотрится вроде красиво, запоминается.

ГАСПАРЯН: Один из самых запоминающихся эпизодов во всем этом, по-моему, 12-серийном фильме, это что туда приходит уже священник для полноты, наверное, всеобщих ощущений.

Это могло существовать на практике, чтобы священник пришел и стал служить в штрафбате?

ДАЙНЕС: Мне, по крайней мере, не приходилось встречать в литературе и в воспоминаниях такого. Хотя обычные верующие, и не только христиане, но и баптисты, они служили. Я не могу, конечно, где они это взяли, мне, по крайней мере, не удалось встретить такого.

ГАСПАРЯН: Равно как, наверное, и не мог быть в жизни эпизод, где все на молитву, что называется, шапки долой.

ДАЙНЕС: Сложно сказать. Я не хочу в данном случае, как бы не располагая фактами, как-то утвердительно сказать, все на войне могло быть. Но, по крайней мере, то, что опубликовано, там такого мне не приходилось встречать.

ГАСПАРЯН: А особист после того, как человек, грубо говоря, смывал позор свой кровью и, проходя через штрафбат, возвращался в действующую армию, за ним пристально следил, или он свое уже, что называется, искупил и начал жизнь с начала?

ДАЙНЕС: Нет, за ним никто не обязан был следить. Дело об освобождении представляло командование батальона, роты, рассматривал опять же Военный совет, принималось решение, и человек возвращался в свою часть. Если еще к каждому приставить особиста, вы сами понимаете, почти 430 тысяч, по-моему, было за годы войны штрафников, где их наберешь, особистов. Уже офицер, побывавший в этом штрафбате, не требовал надзора.

ГАСПАРЯН: По поводу того, что где берете, вам злые языки бы тут же заметили, что войска НКВД тоже были достаточно многочисленными. Если бы надо было, набрали.

ДАЙНЕС: Войска НКВД выполняли различные задачи, особенно, в основном, в тылу. На фронте они, да, воевали тоже, действовали. Просто, чтобы тут не затягивать время, хочу сказать, что штрафник, побывавший в бою, как они сами утверждают, есть воспоминания, они не требовали надзора больше. Они потом, как показывает их дальнейший боевой путь, воевали отважно, доходили кто до Берлина, если не погибал дальше, и получали большие награды, и в званиях продвигались.

ГАСПАРЯН: Историей описанный в этом самом телесериале штрафбат, где была сформирована целая штрафная бригада. Это возможно было на практике? Или это тоже такая мифологема: собрать штрафников со всего фронта?

ДАИНЕС: Штрафная бригада, естественно, это уже, мне кажется, выдумка. Штрафной батальон и рота. Батальон — мы знаем численность, он мог быть больше, чем 800, чем установлено, мог быть меньше, не требовалась бригада. Да, я вам должен сказать, что, начиная где-то примерно с конца 1943 года, столько штрафников было сложно набрать, чтобы сформировать бригаду. Да и зачем бригада нужна.

ГАСПАРЯН: Ну, для выполнения особо важных заданий Ставки, как в фильме сказано.

ДАЙНЕС: Вы понимаете, это расплывчатое, то, что они говорят особо важное, так никто же из создателей не разъяснил, что такое особо важное. Ведь любая задача в наступлении, в обороне, в разведке, в форсировании, в преследовании, она всегда важная. Так надо было четко сказать.

ГАСПАРЯН: На войне нет не важных задач, если глубоко копать.

ДАЙНЕС: Надо было четко сказать, в чем они видят важность какой-то задачи. Я просто, зная по архивным материалам, в Гражданскую войну создавалась заградительная бригада на Туркестанском фронте.

ГАСПАРЯН: Это когда с басмачами воевали. А там она зачем понадобилась?