Краткая история. Монголы - Джордж Лейн

Сторонники Есун-Тэмура посадили Аригабу, юного сына монарха, на престол в Шанду, но через два месяца девятилетний мальчик исчез (по всей видимости, был убит). Власть захватил могущественный бывший министр императора У-цзуна, потребовав, чтобы сын У-цзуна взошел на трон. Война группировок, которая продолжала раскалывать и двор, и страну, велась между влиятельными министрами, пытавшимися посадить своих ставленников на императорский трон. В конце концов его занял Туг-Тэмур.

Туг-Тэмур Джаяту-хаган (прав. 1328–1329, 1329–1332)

Туг-Тэмур, или юаньский император Вэнь-цзун, считается двенадцатым великим ханом Монголии и восьмым юаньским императором Китая. Благодаря верным сторонникам своего отца Туг-Тэмур вернул на трон линию Хайсана. При этом он подверг преследованиям семью своего старшего брата Хошилы, о чем сожалел позднее. Туг-Тэмур был первым из юаньских императоров, родители которого обладали спорным этническим происхождением: его мать имела тангутские корни.

Туг-Тэмур заслужил репутацию образованного и утонченного покровителя искусств, который и сам писал стихи, рисовал и читал классические тексты. Примеры его умелой каллиграфии, в отличие от установлений, сохранились до наших дней. Именно в его правление была составлена блистательная поваренная книга Ху Сыхуэя «Иньшань чжэнъяо», содержание которой отражало мультикультурный и утонченный характер его двора. Пока он посвящал свое время и таланты искусствам, его влиятельные министры управляли политическими и административными делами. Однако отстранение от этих вопросов Туг-Тэмура, посвятившего жизнь культуре и искусству, не уменьшило беды его многострадального народа. Выражением всеобщего недовольства его правлением стала пословица: «Бедные беднеют, а богатые – богатеют» [19]. Туг-Тэмур, стремясь заслужить уважение книжников, возложил новые почести на родителей Конфуция. В итоге в Цзяннани и Хугуане (Хунань) наводнение затопило 5,18 млн акров земли, вогнав в нищету 400 000 семей [20].

Хотя Туг-Тэмур имел грандиозные планы на свое правление, его государственный аппарат контролировался двумя самовластными фигурами – тюрком-кипчаком Эль-Тимуром и меркитом тюркомонголом Баяном. Именно Эль-Тимур спланировал переворот, который вознес Туг-Тэмура на престол, и эта мрачная фигура продолжала действовать за кулисами наряду с Баяном. Некоторые считают, что именно они позволили возвыситься военным вождям и влиятельным личностям, что ознаменовало закат империи Юань.

Туг-Тэмур хорошо знал китайский язык и историю, был хорошим поэтом, каллиграфом и художником; он с большим уважением относился к китайскому искусству и конфуцианству и поощрял их. В 1329 году он основал Академию павильона созвездия литературы (Академия павильона императорских писаний; Куй чжан гэ сюэши-юань), созданную для решения «ряда задач, относящихся к передаче конфуцианской высокой культуры высшей имперской монгольской прослойке» [21]. Академия была ответственна за составление и опубликование ряда книг, но самым знаменитым ее достижением стала компиляция обширного сборника под названием «Цзинши дадянь» («Великий свод управления миром»). Его цель состояла в том, чтобы утвердить достижения империи Юань наравне, если не выше, культурных, законодательных и административных свершений Тан и Сун.

Рассказывают, что Туг-Тэмур пожелал видеть документы о себе и своем правлении, которые хранились историками в академии Ханлинь, пойдя против традиции, которая ограничивала доступ к ним лишь кругом отобранных официальных историков. Несмотря на то что главные чиновники боялись пойти против приказа императора, некий нижестоящий чин бросился под ноги Туг-Тэмуру и молил прислушаться к академии, объяснив, что сохранить ее целостность и объективное и независимое историописание в случае слома традиции будет невозможно. Туг-Тэмур был столь поражен словами этого мелкого служащего, что согласился сохранить дальнейшую секретность и неприкосновенность деятельности института.

Потенциальные административные заслуги Туг-Тэмура были полностью перечеркнуты его бессовестными и всевластными министрами Эль-Тимуром и Баяном, которые возглавляли также кэшиков. Император был не более чем марионеткой Эль-Тимура. Когда Туг-Тэмур был вынужден отречься в пользу брата Хошилы, министр отравил нового императора, и несчастный Туг-Тэмур вновь был восстановлен на престоле. Эль-Тимур чувствовал, что Хошилу (Кутукта-хагана, Мин-цзуна), которого поддерживали влиятельные чагатаидские кланы, контролировать будет не так просто. Он вычистил сторонников Хошилы из администрации и вернул власть региональным властителям, увеличив таким образом анархию, буйствовавшую на большей части империи, особенно в землях, где власть и влияние имели национальные меньшинства.

После того как Хошила на незначительный срок прервал правление Туг-Тэмура в 1329 году, ему потребовались поддержка и признание со стороны других ханств Чингисидов, и с этой целью он разослал возглавляемые князьями царские посольства с дарами; их задачей было получить признание его суверенитета. Щедрые дары получили в Золотой Орде и в государстве Хулагуидов, достались они и хану Эльчигидею, который активно поддерживал Хошилу (Мин-цзуна). Намерение Туг-Тэмура состояло в том, чтобы смягчить гнев Эльчигидея из-за подозрительной смерти его друга Хошилы вскоре после восхождения на юаньский трон. Эльчигидей правил Чагатайским улусом и наследовал брату Кибуке и отцу Дуве. Впрочем, его правление было недолгим, и другой брат Дува-Тимур сверг его в 1329 году.

Сохранились записи о четырнадцати даннических миссиях из западных ханств под властью Абу Саида, Узбека, Эльчигидея и Тармаширина к юаньскому двору Туг-Тэмура. В их число входит отправка 170 русских пленников чагатайским ханом Чанкши, который в ответ был одарен драгоценными камнями. Согласно текстам, в Ханбалыке в это время существовала русская община, и известно, что Туг-Тэмур создал из ее членов русский полк, известный как «верная русская императорская гвардия». Его расположение к русским было хорошо известно, и русских пленников к его двору присылали как хан Золотой Орды Узбек, так и правители Могулистана. Туг-Тэмур сумел получить поддержку остальных чингисидских ханств; хотя эта поддержка и была совершенно несущественной, ее хватило для того, чтобы произвести впечатление на европейские державы. Папский меморандум относительно Pax Mongolica гласит: