Просто Рим. Образы Италии XXI - Аркадий Ипполитов

Рекламные ролики гордо называют фильм «Душа и кровь», посвящённый Караваджо, чемпионом итальянского проката. Выйдя на итальянский экран в феврале 2018 года, он за три дня собрал рекордное количество зрителей. На отечественных экранах фильм появился довольно скоро, летом, но лома на него не случилось. Тем не менее в Петербурге в самом продвинутом и центральном кинотеатре «Аврора» он провисел на одном сеансе больше месяца. Фильм, заявленный как «документальный фильм о Караваджо», так что ждёшь эксклюзивного интервью с самим Микеланджело Меризи, красочен, ярок и доходчив, как и его название. Для того чтобы обеспечить документальность, мексиканский режиссёр Хесус Гарсес Ламберт собрал искусствоведческую элиту современной Италии: Клаудио Стринати, главного куратора в Риме и эксперта по всему, от Рафаэля до Джины Лоллобриджиды, чьи рисунки он тоже отоварил своим кураторством; Мину Грегори, живой миф искусствоведения новеченто, то бишь двадцатого века, ибо ей девяносто восемь и она, кажется, с Караваджо была лично знакома; Розеллу Вудре, специалиста по сеиченто и куратора последней крупной выставки с говорящим названием «Внутри Караваджо», проходившей в Палаццо Реале в Милане и собравшей двадцать его полотен вместе, что мало кому удавалось. Розелла довольно юна, на пенсии всего пять лет (в Италии пенсия с 63 как мужчинам, так и женщинам), и Караваджо в живых не застала. Команда звёздная, фильм в соответствии с его названием, которому и триллер позавидует, получился убойный, не хуже мультимедийных выставок Микеланджело и Ван Гога. Чемпионский фильмец. Что-то в нём есть неуловимо мексиканское, сикейросовское.

Караваджо – чемпион: как это по-мексикански, но тем не менее и по-итальянски тоже. Футбол первым появился в Италии, это всем известно, повторять это стало пресно. На древнеримский харпастум даже Герман иль Джоване ссылается в фильме о русском футболе, хотя мяч был изобретён, кажется, критянами. Для итальянцев футбол настолько свой, что они его даже называют по-другому: во всём мире football, даже у немцев Fußball, а у них – calcio. «По тёмнобархатным холмам в сафьяновых сапожках они пестрели по лугам, как маки на дорожках» – мне эти строчки из «Новеллино» Мандельштама^[5] кажутся относящимися к кальчо, футбольным матчам кватроченто. В Мексике у ацтеков футбол тоже появился первым, раньше итальянцев или нет, неизвестно. Назывался он улламалицитли, играли бёдрами, и мячи были не кожаными или шерстяными, а каучуковыми. В Мехико футбольный стадион «Ацтека» один из самых больших в мире, вмещает 105 тысяч человек. В Риме Стадио Олимпико – прямо-таки Театро Олимпико Палладио в Виченце – многофункционален, но главные события на нём, конечно же, матчи кальчо. Он поменьше «Ацтека», но и Мехико в списке глобальных городов, то есть важнейших городов в экономической системе Земли, входит в категорию «альфа» и занимает четырнадцатое место, а Рим – в категорию «бета» и занимает шестьдесят четвёртое. Оба, и «Ацтека», и Стадио Олимпико, в два раза больше Колизея. Итальянцы и мексиканцы обожают игру в мяч, страстно ей предаются, и страстность, характернейшее свойство их природы, их роднит.

* * *

Мяч, то есть шар, – древний символ солнца. Сегодня планету Земля уподобляют футбольному мячу, что имеет смысл – мир объединяют футбол и интернет, что же ещё? Не ООН же. Может, даже и объединят когда-нибудь. Globus по-латыни «шар», но нужно разделять шар и сферу. Сфера – символ Вселенной, шар – непостоянства земного мира. На сфере восседает Бог-Отец в аллегориях Новозаветной Троицы, сфера, увенчанная крестом, в руках Иисуса – символ веры, воцарившейся в Универсуме. На шаре же эквилибрируют Меркурий, Эрос, Виктория-Победа и Фортуна – у обеих богинь много общих черт, имеющих прямое отношение к футболу. Игра в мяч изначально связывалась со священными обрядами, существует даже мнение, что ацтеки проигравшую команду тут же, прямо на стадионе, приносили богам в жертву. Сегодняшние футбольные матчи – священнодействие, в котором принимают участие миллионы. Поклоняются они скорее шару, чем сфере. В жизни Караваджо мяч сыграл роковую роль. Он прослыл убийцею после игры в мяч, обвинённый в смерти Рануччо Томассони да Терне, зарезанного кинжалом в драке, возникшей во время спора после окончания матча. Впрочем, это было что-то вроде тенниса, а не футбола; но всё, что с мячом, всё итальянское: теннис также изобретён в Италии, это древняя pallacorda, от palla, «мяч» и corda, «верёвка».

Легко представить Караваджо во время Дерби ди Рома: лица перекошены, крик, хохот, пенье, свист и хлоп, народный ор и конский топ. Убийство святого Матфея в Капелла Контарини схоже с футбольным матчем или, скорее, с дракой болельщиков, tifosi, «тифозных», как в Риме прозвали футбольных фанатов. Дерби ди Рома, матч между «Рома» и «Лацио», называемое также Дерби делла Капитале, Дерби Капитолино и Дерби дель Куполоне, судя по количеству международных трансляций – самая популярная в мире встреча между футбольными командами. Все прозвища значимы: Дерби делла Капитале – Дерби Столицы, а Дерби Капитолино – Дерби Капитолия, причём оба выражения подразумевают как один из центров Рима, Капитолийский холм, так и значение «капитальный», то есть «основной», «главный», как и в каламбуре Гамлета, ответившего Полонию на его слова, что он играл Цезаря и его убил Брут в Капитолии: «С его стороны было очень брутально убивать такого капитального телёнка». Дерби дель Куполоне, Дерби Куполища, относится к куполу базилики Сан Пьетро, капитальнейшему куполу в мире. Встречи команд сопровождаются кровавыми и самыми яростными в мире схватками между tifosi. Командные цвета «Ромы» золотисто-жёлтый и пурпурно-красный – это официальные цвета города Рима со времён империи. Эмблема – Капитолийская волчица с двумя близняшками, на футболке – цифра 753, год основания Рима (до Р. Х.). Цвета «Лацио» – голубой и белый, знак – орёл. Прозвище игроков «Рома» и их тифози – «волки» и «россоджалли», «красно-жёлтые», «Лацио» – «орлы» и «бьянкочелести», «бело-голубые». Прямо как «Спартак» против «Зенита». За кого бы был Караваджо, за россоджалли или бьянкочелести? Мне кажется, что за волков и красно-жёлтых, бело-голубые уж очень правые и всё время попрекают чернокожих римлян из «Рома» цветом их задниц. Для Караваджо, человека свободомыслящего, цвет задницы не имел значения.

* * *

Караваджо сейчас по популярности среди художников всех времён и народов чемпион мира. Факт, подтверждённый множеством рейтингов. Соревнование длится уж примерно пять столетий, первенство доставалось разным художникам. В XVI веке безусловным чемпионом был «божественный» Микеланджело. Главными его соперниками были старик Леонардо и также «божественный» молодой Рафаэль. Леонардо Микеланджело обошёл рано, после того как, в сущности, именно он победил во флорентийском дерби, то есть устроенном около 1503 года Синьорией конкурсе между двумя художниками, выполнившими картоны для росписей в Палаццо Веккио. Флоренция стала судьёй в соперничестве Леонардо, представившего «Битву при Ангиари», и Микеланджело, создавшего «Битву при Кашине». Официально пальма первенства не была присуждена, но общее мнение было на стороне Микеланджело. В дальнейшем он подтвердил своё первое место росписями потолка в Капелла Систина, потом – «Страшным судом», признаваемым самым великим произведением изобразительного искусства вплоть до начала XVII века. Рафаэль, работавший в Риме бок о бок с Микеланджело, был более опасным соперником, чем Леонардо, отправившийся на периферию, сначала в Милан, а потом и вообще во Францию, но он, как и Леонардо, скоро умер. В Венеции некоторую опасность представлял Тициан, провозглашённый величайшим мастером colore, то есть цвета и краски. Его противопоставляли как Микеланджело, так и Рафаэлю, мастерам рисунка в первую очередь. Рим главенствовал и диктовал законы, а Риму всегда скульптурность и рисунок были ближе и дороже, чем живописная иллюзорность.