Империя. От Екатерины II до Сталина - Петр Дейниченко

Павел I. С рисунка С. Пончи. Ок. 1800 г.

Взгляды Павла в значительной мере сформировались под влиянием его воспитателя Никиты Ивановича Панина, видного дипломата, в свое время приложившего немало усилий, чтобы возвести Екатерину на престол. Но последние годы правления Екатерины мало походили на расцвет ее царствования. В страхе перед Французской революцией она перешла к репрессивной политике, которую усугубляли воспоминания о недавней пугачевщине. С вольнодумцами Екатерина больше не церемонилась, и Радищев за свое «Путешествие из Петербурга в Москву» отправился в ссылку, а издатель и масон Новиков – в Шлиссельбурге кую крепость. В сущности, они поплатились за стремление ограничить крепостничество. Екатерина защищала право владеть людьми не как таковое, но как главную привилегию дворянства – политической опоры всего ее царствования. Однако в конце ее правления эта привилегия была выгодна в основном всесильным фаворитам государыни.

Павел отдалился от матери задолго до Французской революции (события во Франции страшили его не меньше, чем всех остальных). Единственный раз, когда Екатерина решила узнать его мнение по вопросам внешней политики, выявил полное несходство взглядов, и с 1783 года Павел поселился в Гатчине, превратив ее в свое маленькое «государство». У него было три батальона, выученные по прусскому образцу, которыми командовали незнатные офицеры (один из них, Аракчеев, сделал блестящую карьеру при Александре I). Павел всячески о них заботился, и служили они, несмотря на невиданную в русской армии дисциплину, не за страх, а за совесть. В Гатчине Павел построил школу и больницу, православную, лютеранскую и католическую церкви (он отличался веротерпимостью), собрал библиотеку в 36 тысяч томов, создал фарфоровую мануфактуру и другие предприятия.

В Гатчине Павел не только сочинял воинские уставы и принимал парады, но всерьез работал над проектом государственного переустройства, сформулировав его в 38 пунктах «Наказа». Часть этого плана он осуществил, многое выполнили его сыновья Александр I и Николай I, которые были очень близки с отцом. Верной его спутницей была и жена, принцесса вюртембергская Мария Федоровна, разделявшая воззрения мужа.

Гатчина. Вид на Приоратский дворец. Архитектор Н. А. Львов

Павел мечтал о золотом веке, который наступит в России под властью абсолютного монарха-философа. Придя к власти, он попытался воплотить эту утопию в жизнь. Но эмоции взяли верх над здравым смыслом. Больше всего ему хотелось перечеркнуть деяния ненавистной матери – и он начал именно с этого.

Прежде всего, он объявил амнистию всем политическим заключенным, среди которых было более 12 тысяч участников польского восстания 1795 года. Одновременно он стремился ограничить влияние дворянства, усматривая в нем не опору самодержавия, но угрозу своей абсолютной власти. В государстве Павла привилегиями мог обладать лишь один человек – император, всем прочим оставалось только одно – служение государству. Многие десятилетия дворяне добивались исключительного положения в обществе, и вот теперь все пошло прахом. Снова, как при Петре I, дворянин должен был начинать службу в звании рядового, снова дворяне подвергались телесным наказаниям. «Дворянин только тот, с кем я говорю, да и то, пока я оказываю ему эту честь», – любил повторять Павел. Неудивительно, что высшее общество ненавидело императора.

Парад при Павле I. Художник А. Бенуа. 1907 г.

Современники замечали, что положительные результаты царствования Павла сказывались в провинции, в Петербурге же, где император вмешивался во все дела, «царил ежедневный ужас». Пугали не столько нововведения Павла, сколько его нетерпимость и мелочность, которые граничили с безумием: всякое отступление от установленных императором правил становилось преступлением, и нарушителю еще везло, если он оставался на свободе. Павел амнистировал государственных преступников екатерининских времен, но множество честных людей отправлялись в ссылку только из-за незначительных нарушений формы одежды или неумения красиво пройти на параде.

Павел произвел в армии настоящую революцию. Мундиры прусского образца были самым заметным, но отнюдь не самым важным новшеством. Дело в том, что, несмотря на все победы, боеготовность екатерининской армии была крайне слаба. Три четверти офицеров числились лишь на бумаге, очередные чины получали только по протекции, дезертирство стало массовым, а срок службы ружей доходил до 40 лет. Гвардейские офицеры не утруждали себя службой, предпочитая балы, пирушки и придворные интриги. Павел в течение нескольких недель ввел новые уставы и новую систему управления вооруженными силами, а также улучшил содержание солдат.

Хотя Павел окружил себя своими людьми, гонений на екатерининских вельмож не было – большинство из них вышли в отставку с повышением в чине. Даже предполагаемый убийца Петра III, граф Алексей Орлов-Чесменский частенько обедал у Павла. Вообще современники склонны были преувеличивать размах репрессий Павла, когда говорили о тысячах дворян, сосланных в Сибирь и посаженных в крепость. Павел, бесспорно, был легок на расправу, но большинство арестованных через считанные дни выходили на свободу, часто с повышением в чине.

Труднее оценить законодательную деятельность Павла. За четыре года его правления было принято 2179 законодательных актов, часто противоречащих друг другу. В основном они были направлены на укрепление власти монарха и государственного аппарата. Дворянство лишилось части своих прав, которые гарантировала Жалованная грамота Екатерины; города лишились самоуправления; были закрыты частные типографии и введена цензура; подданным было запрещено покидать страну, а из-за границы – ввозить иностранные книги. Но простой народ почувствовал при Павле некоторое облегчение. Улучшилось материальное положение белого духовенства; государственные крестьяне получили самоуправление; в России была введена свобода вероисповедания, а старообрядцы получили право строить свои церкви. Противник расширения империи, Павел разрешил употребление польского языка на присоединенных польских землях и особый статус Курляндии.

Важнейшим актом Павла стала отмена петровского указа о престолонаследии. Отныне трон переходил от государя к его старшему сыну. Одновременно было принято «Учреждение об императорской фамилии», определявшее порядок содержания особ царствующей семьи.

В отношении крепостного права политика Павла была двусмысленной. С одной стороны, положение крепостных улучшилось: обязательная работа на помещика ограничивалась тремя днями в неделю, помещик мог быть наказан за жестокое обращение с крепостными. С другой стороны, за четыре года своего правления Павел раздал около 600 тысяч душ – немногим меньше, чем Екатерина за три с лишним десятилетия пребывания на троне.