Мир Налы - Дин Николсон

Я выскочил на станции Ноттинг-Хилл-Гейт и направился к посольству по Бэйсуотер-Роуд. Старинное здание российского посольства в викторианском стиле неподалеку от Кенсингтонского дворца выглядело величественно, но меня пригласили не туда, а в современное офисное строение по соседству. Я пришел как раз к открытию.

Виктор уже ждал меня с пригласительным письмом. Он оказался вовсе не таким грозным, как я его представлял, – вполне себе дружелюбный молодой человек!

– Вам одобрили деловую поездку по России сроком на целый год, – улыбнулся Виктор. – С правом въезда и выезда.

Я передал ему паспорт, фотографии, и мы пробежались по бланку, который я заранее заполнил онлайн. По ходу обнаружилось, что есть недочеты: например, в одном из разделов требовалось указать точный маршрут. Этот раздел меня очень тревожил. От других путешественников я не раз слышал, что путешествовать по России ой как непросто: нужно отчитываться о каждом шаге, хранить чеки из ресторанов и гостиниц. Но тут меня Виктор быстро успокоил.

– У вас нет определенного плана, правильно я понимаю? – снова улыбнулся он.

– Ваша правда! Я надеюсь добраться до Москвы, а затем, быть может, немного проехаться на поезде по Транссибирской магистрали. По пути, если повезет, хочу посмотреть Казахстан и Монголию.

– Так, значит, я отмечаю все большие города, – сказал Виктор и начал тыкать пальцем по экрану. – Москва, Екатеринбург, Омск, Новосибирск, Иркутск и Владивосток.

– Мне нравится, – отозвался я.

– Рекомендую посетить самое глубокое озеро в мире – Байкал. Подходит для велосипедного туризма. И Монголия, кстати, рядом.

– Да, слышал, – кивнул я, чувствуя, что страх, сковывавший меня, потихоньку отпускает.

«Все, кажется, идет по плану, – подумал я, поглядывая на часы. – Времени, чтобы вернуться в аэропорт Гатвик, полно! К ночи уже буду с Налой».

– Можно ваш паспорт?

– Конечно, – отозвался я и передал документ.

Я думал, Виктор хочет проверить, правильно ли у меня заполнен бланк, но ошибся.

– Ваш паспорт останется у нас на несколько дней. Это необходимо, чтобы поставить визу.

– Что, простите? – переспросил я, как громом пораженный.

Я наивно полагал, что визу поставят сразу же или она будет в виде отдельного документа, который можно будет отправить ко мне с курьером.

– А несколько дней – это сколько?

– Есть вероятность, что виза будет готова к завтрашнему вечеру, но обещать этого я не могу. Поэтому рассчитывайте на четыре рабочих дня, то есть на следующую неделю.

Ругаться с Виктором никакого желания у меня не было. Тем более я сам виноват. Опять прочитал по диагонали или понял что-нибудь не так!

– А скорее никак? Мне надо срочно возвращаться в Будапешт.

– Мне очень жаль. Мы приложим все усилия, но я бы на вашем месте не ждал визы раньше следующей недели.

Неделю или две тому назад я бы даже не придал такой мелочи значения и с радостью бы подождал эти несчастные четыре дня, учитывая, какие горизонты открывались перед нами. Но теперь, с этим вирусом, события развивались стремительно – и даже слишком.

«Все это похоже на русскую рулетку, – думал я. – Стоит немного задержаться, и границы закроются. Я застряну в Лондоне, а Нала – в Будапеште, и тогда пиши пропало. Возможно, мы больше никогда не увидимся!»

Виктор, до сих пор сжимавший паспорт в руке, вопросительно посмотрел на меня.

Времени на размышления у меня не было: позади собралась уже целая толпа желающих получить визы. Несомненно, у каждого были свои проблемы.

Надо было срочно принимать решение.

– Виктор, извините, но я должен успеть в Венгрию, пока не поздно. Вернусь к вам, когда вирус перестанет бушевать.

– Я вас понимаю. Ситуация и в самом деле непростая, – сказал Виктор, возвращая паспорт. – Виза никуда не денется. Приезжайте, когда будет удобно, и мы закончим оформление. Всего хорошего.

Сказать, что я расстроился, не сказать ничего. Они подготовили для меня письмо, собрали все данные для оформления визы, но я струсил и не сыграл в русскую рулетку.

Я шел к станции метро и проклинал себя. «Ну какой же я глупец! Почему я этого не предвидел?» – в отчаянии думал я, пролистывая нашу с Виктором переписку и пытаясь найти хоть какой-то намек на то, что мой паспорт заберут. Никаких намеков, к успокоению моей измученной души, я не обнаружил.

«А может, они предполагали, что у меня есть еще один паспорт? – подумал я и стал столбом посреди улицы. – А что, если получить его сегодня же? Тогда я смогу оставить второй паспорт Виктору, а затем он отправит его курьером или почтой!»

Несколько мгновений мои мысли в радостном возбуждении играли в чехарду.

«Так-так, еще нет и двенадцати, у меня есть, есть время!» – думал я, набирая номер паспортного стола. Да и ехать было недалеко – до вокзала Виктория.

Я слышал, что за дополнительную плату можно получить паспорт в тот же день, но радость моя оказалась преждевременной – ближайшая запись была доступна только через три дня. Удача явно была не на моей стороне, и я приуныл.

Вдруг мой взгляд упал на газетную стойку. Заголовки кричали: «Европейские государства объявляют режим изоляции и закрывают границы».

«Да какого же черта ты натворил, Дин!» – воскликнул я и помчался в метро.

Я запрыгнул в поезд до Гатвика, пытаясь привести в порядок бешено метавшиеся мысли. «Сдалась тебе эта виза! – в отчаянии думал я и тут же сам себе возражал. – Ну а куда бы ты дальше без нее?» Как поступить? Где взять правильный ответ? Чем больше я читал новостей, тем меньше сомневался в том, что грядет конец света. Страны, все до одной, усиливали меры предосторожности, закрывая границы. Венгерская же пресса молчала, и узнать, что происходит в стране, не представлялось возможным. Может, венгерская граница уже закрыта, а все полеты отменены! Если так, то дело труба!

В Гатвик я приехал ранним вечером, за два с половиной часа до вылета. В воздухе чувствовалось необычное напряжение. В зале люди толпились вокруг информационных стоек и под гигантским табло вылетов. Два бизнесмена, уставившись в табло, оживленно говорили по телефону и покачивали головой, словно не желая верить своим глазам. Чуть в стороне, на сиденьях, какой-то парень утешал девушку азиатской внешности. Из телевизионных новостей вскоре стало ясно, почему она плакала.

Я глянул на табло в поисках своего рейса: некоторые уже отменили, некоторые пока задерживали. Затаив дыхание, я всматривался в экран. Напротив моего рейса горело сообщение: «Ожидайте информации».

Я побрел к ближайшему бару. Как тут не выпить после такого напряженного дня! Двое посетителей узнали меня и попросили сфотографироваться со мной. В такой угнетающей обстановке их просьба показалась мне очень странной. Интересно, как они узнали меня без Налы?