Германский Генеральный штаб. История и структура. 1657-1945 - Вальтер Гёрлиц

Прусское военное министерство и Генеральный штаб создали две комиссии, которые должны были сопровождать германскую делегацию в Версаль. Гронер назначил Секта в комиссию Генерального штаба, которая в конечном итоге объединилась с комиссией военного министерства. Сект вновь сформулировал предложения Генерального штаба в отношении рейхсвера. Вероятно, предчувствуя возражения относительно четырехсоттысячной армии, он предложил трехсоттысячную армию из сверхсрочников, вооруженную самолетами, танками и тяжелой артиллерией. В поддержку придавалась милиция, основанная на воинской повинности. Сект заранее предупреждал, что не следует давать обязательств об одностороннем разоружении; Германия не должна связывать себя обязательством об односторонней демилитаризации левого берега Рейна. Гронер, полностью разделяя мнение Секта, объявил Национальному собранию, что самой важной политической проблемой Германии является гарантия ее способности к созданию альянсов. Он зашел настолько далеко, что заявил о необходимости предпринять попытку для сохранения, по крайней мере, западной части Эльзаса-Лотарингии в качестве стратегического укрепрайона.

Но когда в мае 1919 года германские делегаты прибыли в Версаль, все важные решения оказались уже приняты. Делегатам вручили окончательный документ и объяснили, что для высказывания замечаний им отводится крайне ограниченное время. Союзники планировали полное разоружение Германии; сокращение численности армии до ста тысяч человек; отмену всеобщей воинской повинности; упразднение Генерального штаба. Новая германская армия лишалась права использовать самолеты, танки и тяжелую артиллерию. Устанавливался двенадцатилетний срок службы в армии; для офицеров этот срок составлял двадцать пять лет. В ведении флота были оставлены несколько крейсеров и старых линейных кораблей; численность сокращена до пятнадцати тысяч человек. Германии запрещалось иметь подводные лодки. Кроме того, император и ряд известных генералов должны были быть выданы в качестве военных преступников.

Помимо перечисленных условий, договор предусматривал передачу Польше Посена и большой части Западной Пруссии; Восточная Пруссия отделялась от рейха коридором. Данциг должен был стать так называемым свободным городом. Левый берег Рейна и часть территории правого берега были демилитаризованы. Контрольная комиссия должна была наблюдать за исполнением условий договора по разоружению. Секту было бессмысленно упрекать графа Брокдорфа-Ранцау, министра иностранных дел, который возглавлял делегацию, в том, что он недостаточно энергично отстаивал интересы армии. Решение о разоружении Германии было окончательным. Сект безуспешно прилагал усилия, чтобы добиться согласия иметь двухсоттысячную армию и оставить на вооружении авиацию. В свою очередь, Гронер считал, что разговор должен идти по меньшей мере о трехсотпятидесятитысячной армии.

VII

Еще до того, как германская делегация покинула Версаль, встал естественный вопрос, что случится, если Германия откажется подписать условия договора. В течение мая Гронер обсуждал с Сектом и Рейнхардтом такой вариант. Ни Сект, ни Гронер не питали никаких иллюзий относительно незащищенности Германии на западе и ее неспособности удержать Рур, Рейн, Гессен или Баден. Эльбу, по крайней мере, по мнению Гронера, можно было отстоять.

Правительство официально обратилось к Гинденбургу, интересуясь его точкой зрения относительно перспектив вооруженного сопротивления. Гинденбург ответил, что успех возможен на востоке, чего он не может сказать о западе, и заметил, что, как солдат, он предпочел бы с честью погибнуть, чем сдаться. Таким образом, Гинденбург вновь переложил всю ответственность на политиков. Гронер оказался честнее. Он отказался дать согласие на уничтожение своей страны, а поскольку не было иной альтернативы, рекомендовал подписать договор. Когда в Кольберге дело дошло до принятия решения, Гинденбург вышел из комнаты для заседаний.

Согласно прусскому кодексу чести Гинденбург был прав. Германия должна была пасть в сражении. Но были те, для кого существовало кое-что дороже кодекса чести. Сект считал, что гораздо важнее сохранить армию и возможность возрождения военной мощи.

Как мы уже говорили, Версальский договор предписывал роспуск Генерального штаба. Это, однако, не касалось так называемого «оперативного» Генерального штаба (Truppengeneralstab). В день подписания договора Рейнхардт вызвал Секта и попросил его принять дела Генерального штаба до «полной его ликвидации». Сект согласился, но из письма Гинденбургу от 7 июля становится понятно, что он задумал. Он «не станет могильщиком Генштаба», пишет Сект, и будет сохранять «не форму, а дух» Генерального штаба.

Правительство Германии категорически отказалось передавать Гинденбурга, Людендорфа или кого-либо еще как военных преступников. Был создан Имперский архив для изучения опыта войны и парламентская комиссия для выяснения причин поражения и изучения поведения государственных деятелей и высокопоставленных офицеров. Представший перед комиссией Гинденбург не скрывал обиды и возмущения. Он считал себя жертвой, получившей «предательский удар», жертвой тех, кто теперь заседал в комиссии по расследованию. Он отказался пожать руку председателю комиссии и вскоре заставил членов комиссии почувствовать, что он скорее обвинитель, чем обвиняемый. Свою роль сыграли его внушительная фигура и раскатистый бас. Германия победила бы в войне, заявил он, если бы не эти «недовольные и нытики». Гинденбург был искренне в этом убежден. Удивительно, как можно было до такой степени заблуждаться!

VIII

Высшему командованию было разрешено оставить штаб в Кольберге до 1 января 1920 года, официальной даты вступления договора в силу. Это же касалось прусского военного министерства. Было ясно, что первоочередной задачей является создание сильного и действенного органа управления новой армии. Сект задумал некую организацию, в которой департаменты рейхсвера будут обладать равными полномочиями и подчиняться непосредственно министру рейхсвера. Этими департаментами стали Heeresamt, взявший на себя функции бывшего военного министерства, и Truppenamt – Войсковое управление, Генеральный штаб в закамуфлированном виде[16].

Сект создал «совет армии» из высшего генералитета на основе английской модели и предусмотрел наличие в рейхстаге парламентского секретаря для обеспечения интересов армии. Ситуация осложнялась тем обстоятельством, что Сект серьезно заболел и смог приступить к своим обязанностям только осенью. Однако к 1 октября реорганизация министерства рейхсвера была полностью закончена. Министерство теперь располагалось на Бендлерштрассе; прежнее прусское военное министерство наконец-то закончило свое существование. Гронер вышел в отставку и занялся политикой.

Создание должности главнокомандующего сухопутными силами (Chef der Heeresleitung) – который напрямую подчинялся министру, изменило горизонтальную структуру, придуманную Сектом, на вертикальную.

Генерал Рейнхардт, назначенный Chef der Heeresleitung, являлся фактически главнокомандующим рейхсвером.