Компромисс между жизнью и смертью. Сергей Довлатов в Таллине и другие встречи - Елена Скульская

Прошло много-много лет, и вот в 2005 году мы с друзьями собрались в Англию. Я заболела и не смогла отправиться вместе с ними. Они вернулись и показывали фотографии, и мне больше всего понравился Кембридж, и я сказала, что если бы куда-то поехала, то только в Кембридж. И вообрази: на следующий день в мастерской раздается звонок. Со мной связывается русская редакция Би-би-си и сообщает, что со мной ищет встречи первая любовь моего мужа.

– И ты захотела с ней встретиться?

– Да! Она позвонила мне и произнесла: «Валечка, наконец я вас нашла!» И вот мы с сыном Владимиром отправились к ней в Кембридж. Добирались из Лондона очень долго, друг моего сына, который должен был нас встретить, застрял в пробке, потом мы не знали, где съехать со скоростной трассы, словом, добрались к ее дому глубокой ночью. Нас встретил ее сын, который специально приехал из Франции, чтобы меня повидать, он обнял меня и сказал: «Мы не виделись сорок лет!» (сыновья Милы приезжали к нам в гости в Москву) и добавил, что мама уже спит, предложил нам английского чаю и уложил спать. Утром мы встали раньше Милы, она вызвала к себе парикмахера, ее долго приводили в порядок. И наконец мы увидели друг друга. Она оказалась очень красивой женщиной, с трудом уже передвигающейся, почти не встающей с кресел.

Мы плакали, вспоминали и чувствовали, что мужчина, которого мы любили всю жизнь, сидит сейчас с нами.

– Ты мне много раз говорила, что ваша связь не оборвалась с его смертью, а ведь прошло уже столько лет…

– Так и есть. В 1956 году, в разгар дружбы между Китаем и Советским Союзом, под песню «Москва – Пекин, Пекин – Москва» мой муж поехал в Китай в составе делегации художников. Потом Володя выпустил книгу рисунков.

Спустя пятьдесят лет наш президент Арнольд Рюйтель отправился в Китай, и было решено, что его визит будет сопровождать выставка моих работ. Отобрано было двадцать картин, посвященных народным танцам, пять портретов артистов в национальных костюмах, двадцать пять акварелей с пейзажами Эстонии. Выставка имела большой успех, ее оставили в Китае, и она до сих пор путешествует по городам страны.

Я подружилась с устроителем – художником, скульптором, чрезвычайно активно популяризировавшим мои работы. Показала ему книгу рисунков Володи, сказала, что хочу порисовать в тех местах, где рисовал мой муж. Конечно, Пекин очень изменился за пятьдесят лет, и те дома, что казались высокими Володе, представились мне маленькими на фоне выстроившихся за ними небоскребов. Но одно место почти не изменилось – Южные ворота Пекина. Мне казалось, что я выбрала как раз ту точку, с которой рисовал мой муж (потом оказалось, что он рисовал сверху, а я – снизу), но то, что он стоял все это время за моей спиной – несомненно. Я показала рисунок китайскому художнику, а он сказал: «Смотрите, у Богаткина полицейский показывает направо, а у вас на рисунке – налево». Подумать только! Я ведь не помнила полицейского у Володи, и первоначально его у меня на рисунке не было, но потом я смотрю – пустое место, как-то его нужно заполнить, ну и нарисовала полицейского…

…А однажды, в день моего юбилея, 30 октября, в осеннюю комнату влетела яркая бабочка. Это был знак от Володи, маленький подарок, не улыбайся, совершенно точно!

Она умерла незадолго до своего 95-летия, готовя новую выставку к этому событию и собираясь объездить с ней несколько стран. В церкви было множество молодых людей, ее подружек и приятелей, – она, правда, так и не научилась считаться с возрастом.