Суперагент Сталина. Тринадцать жизней разведчика-нелегала - Владимир Чиков

— А ты, я смотрю, от сладкой жизни после первой нашей встречи еще больше располнел.

— Это, скорее всего от обломовской жизни в Москве, — заулыбался Макс.

— Тогда, чтоб жизнь и дальше не казалась тебе сахаром, готовься к поездке в Нью-Йорк.

— Но я еще не успел изучить американский образ жизни.

— А зачем он тебе? Речь идет о краткосрочной командировке, ты поедешь туда на две недели…

Макс сразу скис, помрачнел и огорченно проговорил:

— А я-то думал на постоянную работу…

— После возвращения из Нью-Йорка мы решим и этот вопрос, а в данный момент твоя главная задача — доставить туда и заложить в тайник компактную радиостанцию, фотоаппарат и еще кое-что для одного нашего нелегала. Он будет направлен в США в качестве резидента^[82] после твоего возвращения оттуда. Схему расположения тайника, а также подходов к нему, получишь завтра у Тринева. Место для закладки тайника должно быть достаточно защищенным от непогоды, незаметным для обнаружения и случайного вмешательства. Но самое главное, как вас, наверно, учили в Малаховке, оно должно быть удобным для изъятия материалов. Радиостанция и фотоаппарат заложишь в камеру хранения на железнодорожном вокзале «Гранд Сентрал». Все остальное положишь в тайник. Это ответственное задание станет последней твоей проверкой перед решением вопроса, в какую страну командировать вас с супругой на длительное оседание…

Коротков изучающе посмотрел на Макса и с удовлетворением подумал о том, что в этом человеке нет ничего такого, на чем можно было бы задержать внимание. «Ничем не запоминающаяся личность. Именно таким и должен быть разведчик-нелегал», — заключил он, а затем снова, чеканя слова, продолжил свой инструктаж:

— Поедешь в Штаты под видом свободного журналиста из Польши Голиндо Фальконе, разыскивающего военного преступника Вильгельма Краузе, приговоренного за массовые казни населения Украины и Белоруссии к смертной казни. Детали легенды будут изложены письменно, с ними ты ознакомишься за день до вылета в Нью-Йорк. Об истинных целях командировки никто не должен знать, — предупредил Коротков. — В случае непредвиденных обстоятельств используй присущее тебе умение сплетать нетривиальные истории и выходить из любых трудных положений…

— Я выполню ваше поручение, можете не сомневаться. Теперь у меня есть один вопрос, который связан с Лаурой. Поймите правильно, я не могу оставить ее одну без знания русского языка. Разрешите и ей поехать вместе со мной?

Коротков торопливо замотал головой:

— Нет, Иосиф, ты полетишь в Нью-Йорк один. На время твоего отсутствия мы подселим к твоей жене сестру-хозяйку со знанием испанского языка. Она позаботится о ней. И на прогулку вместе с нею сходит, и в кино сведет, и спать своевременно уложит, и сказочку на ночь расскажет…

* * *

После отъезда мужа в США Лаура еще больше затосковала по родине. Сестра-хозяйка, как могла, отвлекала ее от грустных размышлений: она ходила с ней в столичные парки и театры Москвы, вместе ездили на экскурсии в музей-усадьбу Льва Толстого в Ясную Поляну и на родину Сергея Есенина, а затем — на несколько дней в Ленинград. С высоты Петропавловского собора они любовались красотой города: разбегающимся от центра во всех направлениях и теряющимся за горизонтом улицах с непохожими зданиями, водными каналами и мостами, дворцами с куполами и ансамблем богослужебных заведений — Исаакием, бывшим Вознесенским храмом, Спасом-на-Крови, Никольским и Троицким собором. Каждый новый день экскурсии по Северной Пальмире действовал на Лауру благотворно, красавец-город, как допинг, вдохновлял и звал ее к счастливой жизни.

Вернувшись в Москву, Лаура снова впала в хандру и не могла выйти из нее до тех пор, пока не вернулся из командировки муж. Написав хороший отчет о поездке в Нью-Йорк, Макс тогда же подал заявление о приеме в члены ВКП(б):

«Прошу принять меня в ряды Всесоюзной коммунистической партии (большевиков).

Последние 12 лет я беспрерывно работаю в органах советской разведки. В прошлом неоднократно ставил перед своим руководством вопрос о вступлении в партию, однако длительное пребывание за границей на положении нелегала, а затем война, которую провел тоже за кордоном, не позволили мне разрешить этот важнейший для моей жизни вопрос.

Я знаю, что звание члена партии большевиков обязывает ко многому, и потому сделаю все, чтобы быть достойным этого высокого звания. Обязуюсь честно служить делу нашей великой социалистической Родины, делу партии ЛЕНИНА-СТАЛИНА.

Иосиф Григулевич

Москва, 15 октября 1948 г.»

Через некоторое время начальник нелегальной разведки Александр Коротков поблагодарил Макса за успешно выполненное задание в Нью-Йорке и подчеркнул при этом, что нелегал Марк^[83] уже подтвердил из США благополучное изъятие из тайника и камеры хранения материалов и оборудования.

— Мне, конечно, не хотелось бы доказывать вам, Александр Михайлович, — заметил в ответ Макс, — но я всегда делаю все добротно и надежно. А вы вот почему-то все еще проверяете меня…

— Извините, Иосиф, но лично тебя и твою супругу мы не проверяем. Идет обычная проработка ваших связей по Латинской Америке на предмет их надежности. И делаем мы это в интересах вашей же безопасности при выводе в одну из европейских стран. В какую именно, я называть сейчас не буду. А пока идет проработка твоих связей, я хотел бы предложить тебе попробовать себя в газетной журналистике. Мне сообщили, что ты обладаешь божьим даром публициста и не раз уже публиковался в западных газетах…

Для Макса предложение начальника нелегальной разведки было неожиданным и странным. «Уж не собираются ли вывести меня за кордон под видом корреспондента какой-нибудь московской газетенки и тем самым лишить меня нелегального положения», — с горечью подумал он.

— Мы предлагаем тебе написать статью, — продолжал Коротков, — о том, что ближе тебе и с чем ты хорошо знаком по роду своей разведывательной деятельности. Нужна статья о разоблачении империалистической политики США в странах Латинской Америки. Такая статья заказана теоретическим журналом ЦК ВКП(б) «Большевик». Высасывать из пальца ничего не надо, но поразмышлять придется. И вот о чем, — Александр Михайлович открыл свой кожаный портфель, достал книгу и протянул ее Максу. — Это труд западного ученого профессора Зубка. Он посвятил его изучению империалистической политики США в странах Карибского бассейна с начала двадцатого века и до возникновения второй мировой войны. Твоя задача — написать рецензию на этот опус ученого мужа с учетом твоих знаний и жизни в Латинской Америки…