Кадры решают все. Суровая правда о войне 1941-1945 гг - Владимир Бешанов

Штаб фронта был создан из штабов 2-й и 3-й латышских стрелковых бригад, а сформированная Вацетисом 5-я армия более чем наполовину была укомплектована латышами и во главе ее встал командир 1-го латышского полка П.С. Славен. В командование 3-й армией вступил Р.И. Берзин.

В августе «белочехам» удалось захватить Казань, а вместе с ней — половину золотого запаса России. Однако в начале сентября красные сумели организовать успешное контрнаступление и нанести поражение противнику. Любимый командующим 5-й полк стал первой советской воинской частью, удостоенной за эти бои Почетного Революционного Красного Знамени. В разгар операции Вацетиса назначили главнокомандующим вооруженными силами РСФСР.

В это время со всех направлений красные латышские полки перебрасывались на запад. К концу 1918 года они были развернуты в две стрелковые дивизии, составившие ядро армии Советской Латвии. Командующим ее был назначен Вацетис, оставаясь по совместительству главкомом. Вторжение на родную землю началось в декабре, и уже к концу января 1919 года была оккупирована большая часть страны. Рига пала 3 января. Главком писал:

«Одной из важнейших задач армии Латвии, являлось очистить долго поливаемую потом и кровью и слезами почву от исторического мусора в виде прогнивших привилегированных верхов старого общественного уклада Прибалтики и расчистить почву для власти трудового народа».

Дальнейшее — понятно. В течение пяти месяцев в Латвии торжествовал режим жесточайшего террора. Целые батальоны палачей не успевали расстреливать, вешать и грабить многочисленный «мусор». Лишь в начале лета «контрреволюционные силы» снова отбили Ригу и вышибли «борцов за правое дело». Армию Советской Латвии переименовали в 15-ю армию, а из нее снова отпочковалась ударная Латышская дивизия.

Но летом 1919 года блистательная карьера Вацетиса в Красной Армии внезапно оборвалась. Все началось с разногласий между главкомом и штабом Восточного фронта. Считая, что главная опасность для РСФСР назревает на Юге, Вацетис предложил остановить успешное наступление против Колчака и передать ряд дивизий Южному фронту. Однако этой идее категорически воспротивились Каменев и состоявшие при нем комиссары. Командующий Восточным фронтом обещал и выделить необходимые дивизии, и добить противника. Свои обязательства Каменев выполнил полностью, а вот авторитет главкома пошатнулся. Тогда Вацетис попытался сместить Каменева, но 8 июля сам был отрешен от должности.

Троцкий вспоминал:

«Оба они были полковниками Генерального штаба старой царской армии. Между ними шло несомненное соревнование, в которое были втянуты и комиссары. Трудно сказать, кто из двух полковников был даровитее. Оба обладали несомненными стратегическими данными, оба имели опыт Великой войны, оба отличались оптимистическим складом характера, без чего командовать невозможно. Вацетис был упрямее, своенравнее и поддавался несомненно влиянию враждебных революции элементов. Каменев был несравненно покладистее и легко поддавался влиянию работавших с ним коммунистов».

Последнее обстоятельство вкупе с успехами Восточного фронта оказалось решающим. Почти сразу после отставки Вацетиса арестовали чекисты по подозрению в причастности к «военному заговору», но вскоре выпустили и с августа 1919 года до конца Гражданской войны он работал в РВС Республики.

С 1921 года Иоаким Иоакимович стал преподавателем в Военной академии РККА.

* * *

Командарм 2-го ранга Павел Ефимович Дыбенко родился в 1889 году в селе Людков Черниговской губернии, из крестьян. Окончил четырехлетнее городское училище. Работал грузчиком, строительным рабочим. В 1911 году был арестован за уклонение от воинской службы и этапирован на призывной участок. По окончании минной школы служил на линкоре «Император Павел 1» Балтийского флота.

В разгар мировой войны матрос Дыбенко занимался антивоенной пропагандой среди матросов бригады линейных кораблей и добился немалых успехов. Едва царь отрекся от престола, как распропагандированная им «братва» приступила к истреблению офицеров. Их стреляли, поднимали на штыки, забивали прикладами или кувалдами, топили в прорубях. А Дыбенко в апреле 1917 года стал председателем Центрального комитета Балтийского флота — Центробалта.

Активно участвовал в подготовке Октябрьского переворота в Петрограде, руководил формированием и отправкой в столицу отрядов матросов. Крейсер «Аврора» и другие корабли вошли в Неву по приказу Дыбенко. На следующий день после взятия Зимнего дворца полуграмотный Паша Дыбенко стал членом Советского правительства, народным комиссаром по морским делам и, как повествует официальная биография, «одним из организаторов советского флота», а также разгона Учредительного собрания и расстрелов рабочих демонстраций.

В феврале 1918 года, как мы знаем, германское командование двинуло свои войска в сторону Петрограда. В районе Нарвы большевики попытались преградить им путь силами Красной Гвардии и отрядов «революционных» матросов.

Нарком Дыбенко объявил красный террор «немецкой буржуазии» и во главе сводного отряда численностью в 800 человек (для сравнения, брать Зимний, мосты, почтамт, телеграф и прочее на помощь Ленину приехали 10 тысяч балтийцев) выступил к Нарве. Однако запала «братишек», всю войну поглощавших калорийную пищу в тылу (бригада линкоров в боевых действиях не участвовала), хватило на одни сутки фронтовой жизни. По воспоминаниям М.Д. Бонч-Бруевича, вместо борьбы с немцами, «разложившиеся матросы занялись раздобытой в пути бочкой со спиртом».

Уже 3 марта Дыбенко объявил начальника Нарвского боевого участка бывшего генерала Д.П. Парского врагом, специально поставившим его геройский отряд в «трудное положение», и отдал приказ к ретираде. Матросы восприняли приказ с воодушевлением, они «добежали до Гатчины», за рекордно короткое время преодолев 120 километров. В середине марта за сдачу Нарвы Дыбенко исключили из наркомов, арестовали и отдали под следствие. Но как только содержание под стражей заменили подпиской о невыезде, Павел Ефимович набрал целый эшелон матросиков и убыл на восток, сражаться с «контрреволюционной волной». Эшелон по приказу Москвы задержали уже в Самаре, полководца вернули обратно. Суд состоялся в мае. Ревтрибунал бывшего наркома оправдал, но ЦК выгнал его из партии — «за бесчестное нарушение обязательства».

После суда Павел Ефимович убыл на подпольную работу в Украину, против «буржуазно-помещичьей диктатуры» гетмана Скоропадского. В августе 1918 года был схвачен в Севастополе, посажен в тюрьму, но в сентябре немцы вернули «резидента» Совнаркому в целости и сохранности. После этого он занимался формированием повстанческих частей в «нейтральной» зоне.

В начале 1919 года Дыбенко всплыл как командир одного из партизанских отрядов в составе Украинского фронта, «созданного для оказания помощи трудящимся Украины в освобождении от германо-австрийских оккупантов и буржуазных националистов», участвовал во взятии Харькова, ставшего временной столицей Советской Украины, и в наступлении на Екатеринослав.

21 февраля он возглавил 1-ю Заднепровскую дивизию. Комбригами у Павла Ефимовича тоже были колоритные персонажи — атаман Н.А. Григорьев и «батько» Н.И. Махно. Затем Дыбенко командовал Крымской армией, которая 29 апреля заняла Севастополь. На краткий срок Дыбенко снова стал наркомвоенмором Крымской республики. Однако в мае сначала поднял вооруженный мятеж Григорьев, а затем казачий генерал-лейтенант А.Г. Шкуро — бывший командир Красной Армии, арестованный по обвинению в контрреволюции и чудом избежавший расстрела, — разбил бригаду Нестора Махно, прикрывавшую участок Таганрог-Ростов. После этого в конце июня советские войска вынуждены были оставить Крым. Из Крымской армии сделали дивизию, а Дыбенко отправили в Академию Генерального штаба.