Госдачи Кавказских Минеральных Вод. Тайны создания и пребывания в них на отдыхе партийной верхушки и исполкома Коминтерна от Ленина до Хрущева - Андрей Артамонов

Чтобы не быть голословным, приведу пример отдыха председателя Реввоенсовета, наркомвоенмора СССР Л. Д. Троцкого в санатории № 15 имени Л. Д. Троцкого, скупо описанный скандальным и весьма посредственным историком из США Ю. Г. Фельштинским в соавторстве с Г. И. Чернявским в книге «Лев Троцкий. Оппозиционер. 1923–1929»:

«…Вторую половину лета и большую часть осени 1924 г. Лев Давидович провел в Кисловодске, где стремился поправить свое здоровье при помощи целебных минеральных ванн, пил нарзан и проводил другие лечебные процедуры. Отдыхал он в одном из особняков парковой зоны, неподалеку от бювета главной Нарзанной галереи. Именно в этом году на базе нескольких особняков здесь был организован правительственный санаторий имени Троцкого (поразительно, но чиновничья инерция продолжала давать себя знать – имя опального деятеля все еще присваивалось государственным учреждениям!), который ныне носит название «Жемчужина Кавказа». Именно здесь, снятый со всех постов, но еще не вставший в активную открытую оппозицию, а потому располагавший и временем и аппаратом, Троцкий приступил к подготовке к изданию воспоминаний о событиях революционной поры и Гражданской войны.

Тома не подготавливались и не выпускались хронологически. В 1925 г. первым был издан третий том, часть первая, посвященная 1917 г. Троцкий приложил силы, чтобы издание носило по возможности научный, хотя и не академический характер. Над его подготовкой к печати работала большая группа помощников и редакторов, которые разыскивали материалы, опубликованные в прессе, лишь изредка проводили селекцию, работали над обширным архивом самого Троцкого, проверяли и сопоставляли факты, писали обширные содержательные предисловия и примечания, которые иногда превращались в миниатюрные научные исследования…»^[84]

Председатель РВС, наркомвоенмор СССР тоже, перед тем как оказаться на лечении в санатории № 15, прошел плановый медосмотр в амбулатории № 1 на улице Грановского, дом 2, затем, волнуясь, узнал решение лечебной комиссии Управделами ЦК РКП(б) и только после этого в секретариате Управления делами СНК СССР получил направление (путевку) в Кисловодск. К большому сожалению, ничем особенным пребывание Л. Д. Троцкого в этом санатории в данный отрезок времени не ознаменовалось.

А вот на год раньше, то есть в сентябре 1923 года, на Кавказских Минеральных Водах произошли из ряда вон выдающиеся события, о которых стоит рассказать читателю. Напомню, что в сентябре 1923 года в Кисловодск на отдых и лечение приехали член политбюро ЦК РКП(б), председатель ИККИ Г. Е. Зиновьев и кандидат в члены политбюро ЦК РКП(б) Н. И. Бухарин. Первого разместили на даче «Тургеневка», второй решил составить компанию К. Цеткин с сыном Константином на даче «Карс». Л. Д. Троцкий поселился в бывшем особняке тайного советника А. И. Кабата, являющегося к тому времени объектом Терского губотдела ОГПУ.

В это же время на бывшей вилле «Ретвизан» купца А. В. Пекарева, ставшей одним из люксовых корпусов военно-курортной станции Военсануправления РККА, отдыхает уполномоченный РВСР, зампред СНК УССР М. В. Фрунзе, а на даче «Карс» ХозО Терского губотдела ОГПУ проводит отпуск полпред ОГПУ по Северному Кавказу Е. Г. Евдокимов. К отдыхающим в Кисловодске «членам ЦК» приезжает из Ростова-на-Дону командующий Северо-Кавказским военным округом К. Е. Ворошилов, потом, правда, он поедет на бывшую дачу A. M. Безбедовича, где пребывал генсек И. В. Сталин, приехавший лечиться от приступов полиартрита в Ессентуки. Особо подчеркну, что Г. Е. Зиновьев, Н. И. Бухарин, К. Цеткин, Е. Г. Евдокимов, а также другие персонажи из партийно-государственной верхушки, жившие на дачах ОГПУ «Карс» и «Тургеневка» в тот период, принимали разнообразные лечебные процедуры в санатории имени Троцкого. Чтобы номенклатура ЦК РКП(б) не раздражала местное население Кисловодска, не всегда поддерживающее советскую власть, партийную номенклатуру и одряхлевшую Клару Цеткин (ей тогда было уже 66 лет) возили от места ночлега на процедуры на автомобиле с охраной. Все эти вышеперечисленные персонажи стали притчей во языцех по так называемому «пещерному совещанию» в Кисловодске, а на самом деле фактически были фигурантами при осуществлении попытки государственного переворота в стране. Вот что по этому поводу весьма скупо и подозрительно двусмысленно пишет в своей автобиографической книге «Так было» А. И. Микоян, в августе 1923 года занимавший очень серьезную должность первого секретаря Юго-Восточного бюро ЦК РКП(б): «…Недавно, просматривая свой архив, я обнаружил записи своего выступления на активе Ростово-Нахичеванской парторганизации, в котором, говоря об истории нашей борьбы с оппозицией, я рассказал, между прочим, и о так называемом «пещерном» совещании Зиновьева. После XII съезда, летом 1923 г., когда на горизонте партийной жизни еще не было никаких принципиальных разногласий, часть членов ЦК, находившихся в Кисловодске на лечении, устроила ряд собеседований, названных «пещерными» совещаниями. Я тогда находился в Закавказье и обо всем узнал из письма ко мне Ворошилова. Эти члены ЦК по инициативе Зиновьева вызвали Ворошилова из Ростова и, забравшись в какую-то пещеру под Кисловодском, решили обсудить вопрос о руководстве партией. Зиновьев говорил, что в руках Генерального секретаря ЦК Сталина сконцентрировалось много власти, необходимо реорганизовать секретариат ЦК, создав «политический секретариат» из трех человек – Сталина, Троцкого и Каменева (Зиновьева или Бухарина). На этом совещании почти все, за исключением Ворошилова, согласились с предложением Зиновьева. Через несколько дней, воспользовавшись оказией – проездом Орджоникидзе из Тифлиса в Москву с остановкой в Кисловодске, – эта группа членов ЦК послала через Орджоникидзе письмо Сталину с изложением своих предложений. Сталин заявил, что создание «политического секретариата» на деле есть упразднение политбюро, в результате чего партией фактически будет руководить «тройка». «Из этой платформы ничего не вышло, – говорил Сталин позднее, на XIV съезде партии, – не только потому, что она была в то время беспринципной, но и потому, что без указанных мной товарищей – Калинин, Томский, Молотов, Бухарин – руководить партией невозможно. На вопрос, заданный мне в письменной форме из недр Кисловодска, я ответил отрицательно, заявив, что, если товарищи настаивают, я готов очистить место без шума, без дискуссии, открытой или скрытой, и без требования гарантий прав меньшинства». Когда некоторое время спустя мы, другие члены ЦК, не участвовавшие в «пещерном» совещании, узнали о проекте Зиновьева «политизировать» секретариат ЦК, игравший тогда почти что техническую роль, наша реакция на эту «реформу» была резко отрицательной. Словом, «пещерное» совещание цели своей – ослабить роль Сталина – не достигло…»^[85]

Санаторий ВЦСПС № 11 «Красная Звезда», в котором Л. Д. Троцкий читал доклад