Босфорская война - Владимир Королев

В конце мая Стамбул охватила новая волна тревоги и страха перед казаками. 30 мая Т. Роу писал своему коллеге, послу в Гааге лорду Дадли Карлтону: «Казаки вторглись в Черное море, и тревога в городе была огромной…» Не исключено, что казачьи суда и в этом случае появлялись поблизости от Босфора^[184].

В. Гюзелев, ссылаясь на неопубликованную надпись на стене монастыря «Христос Акрополит», пишет, что в 1623 г. казаки на 17 чайках напали на Несебыр (Мисиври) и захватили много церковной утвари. С этим известием перекликается сообщение прессы, согласно которому болгарские ученые нашли запись на полях богослужебной книги, сделанную иноком из монастыря Св. Анастасия и повествующую об интересующих нас событиях. Согласно этой записи, в июне того же 1623 г. казаки на 17 чайках опустошили город Агатополь (Ахтеболы), а затем поплыли к Сизеболы, высадились на близлежащем острове и взяли располагавшийся там монастырь. Речь идет об уже упоминавшихся острове Манастыре напротив Сизеболы и обители Иоанна Предтечи. Взяв в плен монахов, нападавшие увезли их с собой в Сизеболы, где также собрали добычу. Наконец они пустились в плавание к Мисиври, но были застигнуты сильным штормом. Все суда перевернулись, казаки утонули, и спасся только их атаман, который сумел добраться вплавь до мыса Емоны (сейчас Емине), к северу от Мисиври.

Не имея полных текстов ни надписи на стене, ни книжной записи и располагая в отношении последней лишь газетной публикацией, мы, к сожалению, не имеем возможности обстоятельно проанализировать эти сообщения, противоречия между которыми бросаются в глаза. Разумеется, удивляет нападение казаков на православный монастырь. Хотя журналист уверен, что «казаки-разбойники» «подчас не старались отличать христиан от мусульман» и что отсюда и проистекали «нападения на болгарские монастыри», в действительности дело обстояло по-другому. Источники, рассказывающие о казачьих морских походах, практически не знают даже конкретных случаев разгрома мечетей, а здесь набегу подверглась православная обитель^[185].

Обращает на себя внимание, что информация записи похожа на заявление турецкой дипломатии о другом, более позднем и сомнительном казачьем разгроме того же самого монастыря, о чем мы поговорим в главе X. Непонятно, зачем нападавшим понадобилось увозить монахов в Сизеболы — разве в качестве проводников? Наконец, география набега говорит о том, что флотилия двигалась не с севера на юг, а наоборот, с юга на север, и, следовательно, дело происходило при возвращении из набега, первоначальный объект которого неизвестен, но им вполне мог быть Босфор.

Как увидим далее, П.А. Кулиш считал некоторые походы запорожцев «безначальными», т.е. проводившимися казачьей «разбойной» молодежью «без старших». Может быть, в данном случае, если запись о нападении на монастырь имеет реальную основу, мы встречаемся с таким походом молодежи? Возможно, она имела и какой-то конкретный повод для действий в обители, не упомянутый информатором? Быть может, в таком случае одной из причин гибели казачьей флотилии, что случилось первый и единственный раз в истории Босфорской войны, могли стать отсутствие или недостаток на судах опытных мореходов? Но все это одни «голые» догадки.