Дипломатия России. Опыт Первой мировой войны - Станислав Чернявский

Кроме неприятельских стран, помощь русским подданным требуется в нейтральных и союзных государствах. Наблюдается значительный возврат в Россию русских эмигрантов из Северо-Американских Соединенных Штатов, Канады, Аргентины и Бразилии. Люди прибывают для вступления в армию или для воссоединения с пострадавшими от войны семьями, эвакуированными во внутренние губернии из оккупированных неприятелем местностей. Часть возвращается из-за сокращения заработков в Южной Америке в связи с торгово-промышленным кризисом. Репатрианты из Северной Америки следуют в Россию через Англию, Норвегию и Швецию, а прибывающие из Южной Америки высаживаются для дальнейшего пути во Франции. Во Францию направляются для возвращения на родину и русские подданные из Италии и Швейцарии. Подавляющая часть их отправляется в путь без средств, оплатив лишь проезд и пропитание на пароходах до ближайшего транзитного порта. Нельзя этих людей оставлять без помощи на промежуточных этапах. Приходится озаботиться их прокормлением и отправкой далее по пути в Россию. Следует предусмотреть помощь и военнопленным, убегающим из концлагерей через Нидерланды и Швецию. Нуждаются в помощи по пути следования в Россию и высылаемые в последнее время из Германии некоторые категории русских подданных.

В Швейцарии, настаивал министр, помощь необходима больным, престарелым и детям, для которых не представляется возможным трудный путь в Россию. В Египте сосредоточились бедствующие русские беженцы из Турции. Возвращение их в Россию, с закрытием Салоник, крайне затруднительно и потребовало бы весьма крупных расходов. Часть из них нашла заработки в Египте, но имеется много неспособных, по возрасту или по болезни, к труду. И им приходится оказывать ту или иную материальную поддержку. В Греции нуждаются в помощи часть беженцев из Турции, ранее прибывших в Салоники, а также неимущие русские подданные, попавшие в Грецию из Италии, Болгарии и Сербии¹⁷⁷.

4 декабря 1915 г. министр иностранных дел С.Д. Сазонов направил в Совет министров очередное Представление МИД «Об отпуске средств на оказание помощи русским подданным за границей».

В документе отмечается, что ранее выделенные средства на оказание помощи русским подданным за границей полностью исчерпаны, и эта деятельность ведется в счет разного рода займов. На пополнение и покрытие текущих издержек требуется новое ассигнование государственного казначейства.

Выдача денежных ссуд русским подданным, застигнутым войной за границей, производится дипломатическими и консульскими учреждениями: в союзных и нейтральных государствах – российскими, в Германии и Австро-Венгрии, за исключением города Будапешта, – испанскими, в Будапеште – американским представителем, в Турции – итальянскими и американскими учреждениями и в Болгарии – нидерландскими.

По данным поступившей в МИД отчетности за период с начала войны до 1 сентября 1915 г. израсходованы следующие суммы, в рублях:

Общий расход согласно отчетности составил 3 033 577 рублей. Принимая во внимание, что отчеты доведены лишь до августа 1915 г., а по многим странам не представлено данных и за более ранние месяцы, министерство определяет округленно расходы в 3,5 млн рублей.

Исходя из поступивших просьб о выделении дополнительных средств русским подданным в Австро-Венгрии, Бельгии, Великобритании, Германии, Греции, Египте, Норвегии, Турции, Франции, Швейцарии и Швеции, МИД предложил выделять им ежемесячно следующие суммы в рублях:

Всего Министерство иностранных дел запросило на два месяца 270 тыс. рублей. К сожалению, этой суммой потребности МИД не ограничились, поскольку необходимо было срочно оплатить 22 451 рублей по счетам шведских железных дорог за проезд возвращавшихся в Россию русских подданных с 1 апреля по 1 октября 1915 г. Требовалось также возместить правительству Италии 31 621 рублей, розданных ее дипломатическими и консульскими представителями в качестве ссуд и пособий русским подданным в Турции. Таким образом, итоговая сумма затребованных министерством срочных дополнительных ассигнований на ближайшие два месяца составила 324 тыс. рублей¹⁷⁸.

В заключение своей просьбы руководство МИД подчеркивало, что полное прекращение невозможно по политическим причинам как противоречащее «великодержавному достоинству нашего отечества».

В результате все запрошенные средства были выделены, причем деятельность министерства по оказанию помощи соотечественникам поддержали все фракции Государственной думы. МИД, со своей стороны, также продолжал идти навстречу депутатам. В августе 1915 г. юрисконсультская часть МИД по поручению С.Д. Сазонова занялась разработкой законопроекта об изменении Положения о Государственной думе и Государственном совете в отношении «права интерпелляции», то есть права запросов. Подготовленные документы, составленные на базе парламентской практики западноевропейских стран, предусматривали возможность широкого контроля Думы над всеми действиями правительства и могли стать в случае их реализации «первой серьезной ступенью к парламентскому режиму».

С весны 1916 г. руководство МИД приступило к подготовке программы территориальных, политических и экономических условий и требований, с которыми России предстояло выступить на мирной конференции после победы над Германией и ее союзниками.

Депутаты выступали за совместную с МИД разработку будущего России в послевоенном мире и приняли в этом активное участие. Совместно был подготовлен проект создания «специального секретного совещания», действующего на постоянной основе, для изучения вопросов, связанных с международным положением России после войны. Председательствовать в этом совещательном органе должен был министр иностранных дел, а в его состав должны были войти три члена от Думы и Государственного совета. К работе «совещания» предполагалось привлекать специалистов военного ведомства и ученых (географического, востоковедения, палестинского и др. обществ). Однако эти проекты реализованы не были.

Под влиянием событий на фронте и резкого ухудшения экономической ситуации в России нарастало недовольство политикой правящей верхушки. Однако погрязшая в интригах царская камарилья не придавала значения роковым изменениям в обществе, продолжая заниматься «коридорной дипломатией».

В июле 1916 г. неожиданно для всех (и для него самого!) министра отправили в отставку (12 января 1917 г. Сазонова назначили царским послом в Лондон, но занять этот пост ему помешала Февральская революция).

Его преемником 15/27 июля назначили Бориса Владимировича Штюрмера – человека некомпетентного в международных делах, пользовавшегося поддержкой Г. Распутина и хорошо ориентировавшегося в придворных веяниях. С 20 января и по 10 ноября 1916 г. он исполнял обязанности Председателя Совета министров Российской империи и, одновременно, до 7 июля того же года – министра внутренних дел. Штюрмер настойчиво боролся против революционного движения и думской оппозиции, подавляя любые инициативы сотрудников министерства, выходящие за рамки полученных инструкций. За время своего краткого нахождения на посту министра (уволен в отставку 10 ноября 1916 г.) он не внес, да и не мог внести в силу своей некомпетентности ничего нового во внешнюю политику страны и деятельность МИДа. Его министерская активность носила во многом протокольный характер. Опасаясь принимать какие-либо ответственные решения, но чувствуя настроения царской семьи, он стал осторожно прощупывать возможность использовать аппарат МИДа для заключения сепаратного мира. Это окончательно дискредитировало его в глазах чиновников МИДа и в обществе.