Война. Чужими руками - Николай Стариков

Итак – задача Сталина не втягиваться самому в войну, оставаться в стороне. Какова цель Великобритании? Вызвать войну СССР и Германии любой ценой – вот суть английской политики конца 1940 – первой половины 1941 года. По мере ухудшения военного положения Британии советско-германская война становилась для англичан единственным средством спасения. Понимал ли это Сталин? Прекрасно понимал. Поэтому относился «к предупреждениям» англичан с соответствующим недоверием. Сам Сталин нападать на Гитлера не собирался. Почему? Да просто потому, что в этом не было никакого смысла. Война ослабляла и Берлин, и Лондон, конца и края ей не было видно. На глазах изумленного мира разворачивалась классическая схватка «слона с китом», борьба сухопутной и морской державы. Немецкий флот был слишком слаб, чтобы победить англичан на море, британцам же была нужна сухопутная «шпага» на континенте. Оставаться в стороне от войны, торговать и с Германией, и с Англией, быть девушкой, на которой хотят жениться оба «геополитических жениха», – вот смысл политики сталинского СССР в этот период. К войне готовиться, но не воевать. Ждать. Ждать ослабления противников, возможного мирного исхода или маловероятной победы одной из сторон.

Раз Сталин категорически не собирался атаковать Германию, ставка в Лондоне делалась на нападение Гитлера. Спровоцировать, убедить фюрера атаковать СССР. Сам Адольф Гитлер находился в очень пикантной ситуации. Будучи убежденным антикоммунистом и англофилом, вопреки своим мыслям, программе, изложенной в книге «Майн Кампф», его государство делало все наоборот. Вместо союза с Англией он с англичанами воевал. Вместо войны с красной Россией Германия имела с ней дружеские отношения. Гитлер прекрасно понимал, что в любом раскладе сил – либо для Сталина, либо для англичан – он является теми самыми «чужими руками», которыми загребается жар. Лилась немецкая кровь, но конечная выгода от этого принадлежала не Германии, в лучшем случае – не только Германии.

Но какие варианты действий были у фюрера? Как ему было можно выйти из войны? Ведь если Британия не соглашается на мир, мир не наступит. Когда-то в таком положении оказался Бонапарт, который беспрерывно воевал то с самими англичанами, то с коалициями, которые в Лондоне сколачивали. Победы не приносили удовлетворения, потому, что мира не наступало, он был коротким промежутком перед новой войной. Какой выход в ситуации непрекращающейся войны с Британией нашел Наполеон? Атаковать Россию. Выбить ее из войны и, опираясь на ее ресурсы, предложить мир Англии. Это закончилось для него катастрофой. Удивительно, но, зная, чем кончил Наполеон, Адольф Гитлер выбрал точно такой же путь к выходу из сложной ситуации. Чтобы выйти из войны с Англией, он решил… начать войну с Россией. При этом Бонапарт точно не был англофилом, и его приход к власти сложно отнести в актив Великобритании. Гитлер же и был отпетым англофилом, и приход его к власти организовали «британские партнеры». И эта англофилия фюрера в итоге погубила партию, страну и его самого.

Никакой военной необходимости нападать на СССР для Германии не было. Ведь зная, ЧТО хотят англичане, и не собираясь атаковать немцев на радость Черчиллю, сам Сталин понимал, что единственная зона риска начала войны есть нападение Германии. Поэтому глава Советского Союза делал все, чтобы военный конфликт с немцами просто не мог начаться. Отсюда и приказы зенитчикам и летчикам ПВО по нарушителям границы огня не открывать, которые появились в 1941 году. Вот на этих приказах остановимся поподробнее. Вспомните, когда в истории страны самолетам одной державы разрешалось нарушать воздушное пространство другой? Когда в небе России можно было кому-либо творить все, что заблагорассудится? Когда такое случалось в небе других государств? Никогда этого не было. Ради мира, ради того, чтобы Гитлер не заметил подготовки к нападению – по любой из многочисленных версий, объясняющих нам странное поведение сталинского руководства перед войной, действия Сталина должны были быть ОДИНАКОВЫМИ. Это – соблюдение всех правил защиты границы и воздушного пространства своей страны. Причем в отношении всех, без исключения, стран. Мы же в реальности видим «поблажки» только в отношении самолетов с крестами. Разве резвились безнаказанно в нашем дальневосточном небе японские самолеты? Разве летали сотнями над Бакинскими нефтепромыслами летчики Королевских ВВС Великобритании? Может, легко и беззаботно проносились над пляжами финского залива горячие финские парни? Нет, этого не было. Может быть, нарушений нашего воздушного пространства немцами было всего несколько случаев и на такие «мелочи» руководство СССР просто закрывало глаза? Ну что там обижаться, ну пролетели пару раз.

Нет, все было не так. Наше родное советское небо буквально почернело от германских самолетов, которые целенаправленно изучали приграничные территории СССР. И что? Их не сбивают, а дают спокойно летать. «Нередки были случаи пролетов немецких самолетов. Стрелять по ним было категорически воспрещено»^[317], – пишет в своих мемуарах маршал Рокоссовский. Смотрите, дорогие германские пилоты, как мы готовимся к вторжению в Германию? Фотографируйте и записывайте места расположения наших аэродромов – это вам пригодится, если вы сами решите наступать на СССР? Так, что ли?

Рокоссовский рассказывает и о наиболее вопиющем случае с немецким самолетом: «В районе Ровно произвел вынужденную посадку немецкий самолет, который был задержан располагавшимися вблизи нашими солдатами. В самолете оказались четыре немецких офицера в кожаных пальто (без воинских знаков). Самолет был оборудован новейшей фотоаппаратурой, уничтожить которую немцам не удалось (не успели). На пленках были засняты мосты и железнодорожные узлы на киевском направлении. Обо всем этом было сообщено в Москву. Каким же было наше удивление, когда мы узнали, что распоряжением, последовавшим из Наркомата обороны, самолет с этим экипажем приказано было немедленно отпустить в сопровождении (до границы) двух наших истребителей. Вот так реагировал центр на явно враждебные действия немцев»^[318].

Помимо военной авиации в шпионаже были задействованы и гражданские самолеты. В мемуарах летчика-истребителя, командира 303-й авиадивизии, генерал-майора Г.Н. Захарова читаем о мае 1941 года. Прямо над его аэродромом начинает выписывать круги самолет «Си-47», осуществляющий регулярные рейсы Берлин – Москва: «Пассажирская трасса лежала в стороне от наших аэродромов. Предположить, что летчик заблудился, было невозможно: при такой погоде даже курсант бы не заблудился. В том, что самолет вел разведку, ни у кого сомнений не возникало. Поражала наглость немецких летчиков, полная уверенность, что все сойдет им с рук…»^[319]

Автор мемуаров дает приказ посадить наглеца. Наши истребители окружают самолет и принуждают его к посадке: «Самолет был до отказа заполнен пассажирами. Тараща глаза, они рассматривали истребители, которые один за другим шли на посадку, и тогда я загнал самолет в самый дальний угол, откуда меньше всего можно было видеть то, что происходило на аэродроме. Выходить из самолета немцам запретил – поставил часового.