Под счастливой звездой. Записки русского предпринимателя 1875-1930 - Иван Кулаев

КАНАДСКИЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

Достаточно я попутешествовал за последние годы и по Канаде, особенно по южному тихоокеанскому побережью этой страны, побывал в городе Ванкувере и его окрестностях. Канада тоже напоминает мне несколько мою родину, Сибирь: та же тайга — непроходимые дремучие леса, те же климатические условия. Это в общих чертах. В частности, в районе названного выше побережья имеются свои климатические особенности; здесь благодаря близости моря существует значительная влажность, бывает много дождей, туманов. Эта влажность мной, как сибиряком-северянином, привыкшим к сухому континентальному климату, очень сильно ощущалась и неблагоприятно отражалась на моем настроении.

В Ванкувере, портовом городе, я не наблюдал большой активной работы; возможно, мне не представилось случая к тому.

Что заслуживает здесь особого внимания, так это замечательный загородный парк Ванкувера. Это большой парк, расположенный на высоком холме, вокруг которого проходит хорошая автомобильная дорога. Эта дорога идет среди величественного леса и культурно обработанных площадей, на коих ласкают глаз путника всевозможные цветы. В середине парка тоже находится дремучий лес, в своем диком первобытном состоянии. Всякий горожанин, побывавший в этом лесу, уносил с собой представление о настоящей дикой природе.

Высокий холм парка окружал с одной стороны крутой подковой морской залив, каковое обстоятельство придавало парку особую красоту. Вид с холма бывал восхитительный, в особенности вечером, когда можно наблюдать с него город и его населенные окрестности.

В районе Ванкувера расселилось много русских эмигрантов, среди которых найдется немало лиц, знакомых харбинцам и тяньцзиньцам. Некоторых из них я посетил, и не один раз; видел их фермы: куриные, молочные, смешанные. В первые мои посещения дела русских фермеров шли недурно, они хорошо зарабатывали и расширяли свои предприятия.

За самое последнее время разразившаяся повсюду общемировая депрессия отразилась весьма пагубно и на хозяйствах этих русских фермеров — много сильнее, чем в соседних Соединенных Штатах, — и разорила их: цены на молоко, яйца, кур снизились более чем наполовину по сравнению с ценами, бывшими до депрессии. Некоторые из русских фермеров побросали здесь свои домики и разделанные усадьбы, все свое с таким трудом налаженное хозяйство, и перебрались в город Ванкувер, перенося тяжелые материальные лишения.

В числе таких русских оказались здесь мои знакомые: Николай Иванович Зотов, генерал Митрофанов, Никандр Алексеевич Дуров, Андрей Алексеевич Балакшин, Иосиф Константинович Окулич, Владимир Иванович Александров. Последний разорился вдребезги.

Я знал Александрова еще по Харбину. Это был выдающийся адвокат, хороший оратор; в начальные революционные годы он состоял в Харбине председателем Дальневосточного комитета.

Окончил он свое существование в Канаде весьма трагически. Как-то ночью он купил в Ванкувере билет на пароход, отходивший на остров Виктория, всего в двух часах езды от порта; на пароходе его видели некоторое время, потом он исчез — значит, нервы не выдержали, и бросился он в море, не будучи в состоянии смириться с той тяжелой жизнью, которая ожидала его впереди. Еще накануне этой катастрофы, находясь в Ванкувере, Александров написал мне письмо с просьбой об одном лично его касающемся деле…

БЫСТРЫЙ РОСТ САН-ФРАНЦИСКО

Мои наблюдения показывают, что ни один город в Европе и Америке не расцветает так быстро и богато, как Сан-Франциско. Восемнадцать лет тому назад, когда я в первый раз посетил Сан-Франциско, этот город не представлял ровно ничего интересного, сравнительно с другими городами Калифорнии. Это был, правда, большой, но серенький тихоокеанский порт.

За последние же годы Сан-Франциско стал неузнаваем. Около него выросли целые города, весьма красивого вида. В самой столице Калифорнии были построены сотни огромных зданий, в особенности в районе Президиума, с видом на океан. Берег залива здесь был еще не так давно совершенно пустынен мили на две, напоминая свалочное место; в данное же время он застроился великолепными домами, и жизнь на нем закипела, как и в центре.

В окрестностях Сан-Франциско, ранее пустынных, вы теперь повсюду встретите красиво построенные большие пригороды, украшенные садами, полными цветов и разных фруктовых и декоративных насаждений.

Не забыть мне знаменитого залива в Сан-Франциско, с его Золотыми Воротами и примыкающим к нему трехмильным парком Голден-Гейм. С этим парком, по его красоте, не может сравниться ни один городской парк во всей Америке. Особенно красив и наряден стал названный залив не так давно, когда он украсился двумя подвесными мостами, стоившими сотни миллионов долларов и представляющими собой сооружения, небывалые до сих пор в истории техники. Эти мосты переброшены через весь залив и связывают Сан-Франциско с Оклендом и Беркли. Окленд — это промышленный город, имеющий население 300 тысяч человек. Беркли — город поменьше, в нем 100 тысяч жителей; он славится красотой своего расположения и, помимо этого, известен своим университетом, который называется Калифорнийским. В этом университете обучается до 12 тысяч студентов; при нем имеется футбольная площадка, рассчитанная на 60 тысяч зрителей, и театр греческого типа на 12 тысяч человек.

ФОРТ РОСС

Что меня особенно привлекает в американском народе, это его любовное и внимательное отношение к памятникам старины.

Милях в 60 от Сан-Франциско впадает в Тихий океан небольшая речка, протекающая среди весьма живописной природы. Речку эту американцы называют Рошан-Ривер, то есть Русская река. Такое название эта река получила потому, что когда-то, около ста тридцати лет тому назад, возле устья ее было построено русскими небольшое деревянное укрепление, получившее в Америке название форт Росс.

Это произошло тогда, когда русские еще владели в Северной Америке Аляской. Отсюда в 1811 или в 1812 году был послан русскими отряд в несколько сот человек на юг, вдоль тихоокеанского побережья. Этот отряд достиг Калифорнии и, высадившись у устья Русской реки, построил здесь форт. В то время на названном побережье господствовали испанские миссионеры, которые косо посмотрели на русских пришельцев, но удалить с форта Росс русский флаг не смогли.

Форт этот дорог русским как памятник былой русской предприимчивости; американцы же приложили усилия к сохранению и реставрированию форта Росс как интересного памятника старины. В форте сохраняется теперь в полном порядке русская церковь, реставрированная американцами, без всяких изменений, в прежнем виде. В церкви находятся иконы, которые были завезены сюда еще самими основателями форта. Около церкви сохранились и другие русские бревенчатые строения, из коих некоторые нуждаются еще в реставрации или, по крайней мере, в ремонте. Усадьба форта была обнесена тесовым стоячим тыном. Этот тын приведен в настоящее время в полную исправность. Для охраны форта Росс американские власти поставили сторожа, которому платят жалованье.

Каждый год в Ильин день, 20 июля по старому стилю, в форт Росс приезжает из Сан-Франциско русский священник, с причтом и певчими, и совершает здесь, в старой русской церкви, богослужение. На это церковное торжество съезжаются русские как из Сан-Франциско, так и с курорта Русской реки.