Великие истории любви. 100 рассказов о большом чувстве - Ирина Мудрова

С Инессой Ленин неожиданно для себя открыл новый мир, полный страсти и наслаждения. Французский социалист Шарль Рапопорт рассказывал: «Ленин не спускал своих монгольских глаз с этой маленькой француженки». Ленин и Арманд старались по возможности щадить чувства Крупской, причинять ей как можно меньше боли. Апогей их отношений пришелся на 1913 год в Кракове. Ленину тогда было 43 года, Инессе — 39 лет.

Крупская сообщала по поводу пребывания Инессы в Кракове в 1913 году: «Ужасно рады были мы, все краковцы, ее приезду… Осенью мы все очень сблизились с Инессой. В ней много было какой-то жизнерадостности и горячности. Вся наша жизнь была заполнена партийными заботами и делами, больше походила на студенческую, чем на семейную жизнь, и мы были рады Инессе. Она много рассказывала мне о своих детях, показывала их письма, и каким-то теплом веяло от ее рассказов».

Надежда Константиновна была умной женщиной: все прекрасно видела и все понимала. В частности, то, что Владимир Ильич уделяет Инессе гораздо больше времени, чем ей в первые годы брака. Он часами мог беседовать с Инессой, слушать, как она музицирует или читает вслух, или просто, сбежав ото всех, бродить по польским лугам, взявшись за руки. Как свидетельствовала Коллонтай, Ленин сам во всем признался жене. И Крупская предложила мужу развестись. Более того, больная, она помогала Инессе искать квартиру, где новая семья смогла бы свить уютное гнездышко. Действительно, казалось, отношения Инессы и Ильича вот-вот закончатся свадьбой, как вдруг, никому ничего не объясняя, Арманд спешно покинула Краков. По версии Надежды Константиновны, тихая жизнь в польской провинции не подходила для энергичной революционерки, и она решила отправиться в Париж. Однако истинная причина бегства Арманд скрывалась в другом: произошел разрыв с Лениным. Крупская хотела «отстраниться», но Ленин попросил ее «остаться». Во имя торжества идеи Ленин пожертвовал любовью всей своей жизни.

Инесса писала ему: «Я тебя очень любила. Я бы и сейчас обошлась без поцелуев, только бы видеть тебя, иногда говорить с тобой было бы радостью — и это никому бы не могло причинить боль. Зачем меня было этого лишать? Ты спрашиваешь, сержусь ли я за то, что ты провел расставание. Нет, я думаю, ты это сделал не ради себя…»

Когда Арманд не было вблизи, Ленин писал ей письма. Пожалуй, мало кому он написал так много писем, как Инессе.

В апреле 1917 года Арманд приехала в Россию в одном купе пломбированного вагона с Лениным и Крупской. Ленин поселился в Петрограде, а Инесса обосновалась в Москве и сразу включилась в партийную работу. Их интенсивная переписка не прервалась. Арманд входила в Московский окружной комитет партии большевиков, участвовала в боях, проходивших в городе в октябре-ноябре 1917 года. Затем была председателем Московского губернского совнархоза. Однако такой вид деятельности вовсе не привлекал ее, и она продолжает заниматься агитацией. В начале 1919 года Арманд отправляется за границу в составе делегации Красного Креста, чтобы добиться возвращения на родину интернированных и пленных солдат русской армии. По возвращении Арманд становится первой заведующей женским отделом ЦК партии. Она регулярно печатается в газете «Правда», организует журнал «Коммунистка».

Смерть Инессы в некотором роде остается загадкой.

Революция быстро надорвала силы Арманд. Она горячо бралась за любое дело, какое ей поручали партийные руководители. Сил у нее оказалось меньше, чем было нужно в это сумасшедшее время. Дети, трудный быт, новая обстановка, революционный ритм жизни менее чем за три года после Октябрьской революции опустошили душу женщины и подорвали ее физические силы. Она писала: «…Теперь я ко всем равнодушна. А главное — почти со всеми скучаю. Горячее чувство осталось только к детям и к В. И. Во всех других отношениях сердце как будто бы вымерло. Как будто бы, отдав все свои силы, всю свою страсть В. И. и делу работы, в нем истощились все источники любви, сочувствия к людям, которыми оно раньше было так богато… Я живой труп, и это ужасно».

Она хотела поехать в родную Францию, хоть ненадолго вырваться из объятий революции и восстановить растраченные силы. Позвонила Ленину, но тот был занят и ответил запиской, в которой опасался, что в Париже ее арестуют, и советовал отправиться на юг, «к Серго на Кавказ». Арманд последовала его совету.

Под южным солнцем было тревожно. Рядом с санаторием, где отдыхала Инесса, произошел инцидент со стрельбой, и Ленин принял решение ее эвакуировать. По дороге домой 46-летняя Арманд неожиданно заболела холерой и через два неполных дня 24 сентября 1920 года умерла в Нальчике.

Свинцовый гроб с телом Инессы Арманд поездом был доставлен в Москву. Очевидцы вспоминали, что на Ленина было страшно смотреть, он буквально падал в обморок от горя. Среди возложенных на могилу венков один был из живых белых цветов с надписью на траурной ленте: «Товарищу Инессе от В.И. Ленина». Потрясение Ленина было огромным. Вскоре у него произошел первый инсульт. Подруга Арманд Александра Коллонтай после смерти Ленина проницательно заметила: «Он не мог пережить Инессу Арманд. Смерть Инессы ускорила его болезнь, ставшую роковой…»

Заботу о детях Инессы Арманд взяла на себя Крупская. Через много лет, когда уже в живых не было не только Арманд, но и Ленина, дочь Инессы, которую Инессой назвали в честь матери, стала для Крупской самым близким человеком. А ее сына «всесоюзная бабушка», так и не заимевшая собственных детей, воспринимала не иначе как родного внука.