Крымский гамбит. Трагедия и слава Черноморского флота - Олег Грейгъ

…Алексей Николаевич Косыгин и Антонина Алексеевна Сарина добрались наконец до рынка, где на дощатых рыночных прилавках был выставлен скудный товар массового спроса, характерный для голодного времени, основным продуктом была какая-то серая крупа в мешочках, продаваемая на стаканы. Вид человека в светлом костюме, в шляпе и галстуке, выдавал заезжего гостя из большого города. А как только он стал задавать вопросы о ценах, его окружили. Но когда Алексей Николаевич вынял блокнотик и начал что-то записывать, как любопытство людей сначала переросло в настороженность, а затем и в нешуточный страх. Сделав очередную запись и подняв голову Косыгин уже не увидел перед собой болтливых собеседниц. Рядом стояла лишь Антонина Алексеевна.

В тот же день Косыгин оставил Севастополь, а по приезде доложил Сталину об увиденном, высказав пожелание что город должен быть восстановлен по возможности быстрее. Это совпадало с планами вождя в отношении российского города, являвшегося главной базой Черноморского флота. Сталин, как известно, придавал большое значение этому южному форпосту страны в решении геополитических задач.

«Крым, Севастополь — это непотопляемый авианосец… Да, непотопляемый… Авианосцев у нас пока нэт, — будут. Но вначале рэшим вопрос с крейсерами. Авианосцы для нас пока дорогое удовольствие, а у них — есть. Причем, са-авсем рядом с нами. С самой войны стоят в Средиземном море и нэ уходят…», — вождь, говоря так, припомнил как союзники затягивали открытие второго фронта в Европе.

Осенью 1942 года американцы впервые появились в Средиземном море. Их корабли участвовали в высадке англо-американских войск в Северной Африке, затем на Сицилии, на юге Франции. Но после войны они не вывели оттуда свои корабли. Вместо этого стали укреплять свои пункты военно-морского базирования. Флот — это сила, а совместно с авиацией — вдвойне. А Средиземное море, которое контролируют американцы, представляет собой мощный международный экономический узел. Значит, они контролируют все коммуникации: сухопутные, морские, воздушные.

Помимо решения ряда вопросов Сталин планировал в этот раз пройтись вдоль крымского побережья на линкоре «Новороссийск». Ему было доложено, что корабль для этого похода готов. Также в резерве был подготовлен и крейсер, которым командовал капитан 1-го ранга Семен Михайлович Лобов.

По докладам разведки и анализу текущей международной обстановки Сталин понимал, что американцы останутся в Средиземном море надолго, если не навсегда. В июне 1948 года они преобразовали свои морские силы в 6-й флот. С целью ознакомления с ситуацией вождь поручил помощникам немедленно пригласить к нему на беседу командующего флотом, командира эскадры, а когда его личный телохранитель подполковник Хрусталев стал выходить из кабинета, сказал вослед: «Па-азови и командира крейсера, который должен бить у нас в резерве».

Через некоторое время к Сталину вошли вызванные руководители флота и капитан 1-го ранга С. М. Лобов. Вождь, коротко обрисовав сложившуюся в регионе обстановку, спросил: «Что ми можем им противопоставить?» И, не дожидаясь ответа, продолжил: «Ведь если они нанесут нам удар даже без атомной бомбы, то здэсь, на юге, наше самое уязвимое место. Из Турции а-ани могут ударить по Болгарии, Румынии, висадить десант в Констанце, на нефтепромислы. А это всегда чревато серьезными последствиями. В случае напряженной обстановки Черноморскому флоту придется взаим-а-действовать с войсками Одесского военного округа. Но главная задача флота — это бить готовым к началу боевых действий, и все усилия подготовки и учений на-аправить на завоевания господства в Черном море. Ва-аспрепятствовать проходу американцев и их союзников через Босфор».

Сталин дважды повторил собравшимся: «Россия выигрывает войны, но нэ умеет пользоваться плодами своих побед. Русские воюют хорошо, но не умеют заключать мир и их а-абходят. Их питаются всэгда обмануть…»

Генсек не был полностью удовлетворен проведением ни Ялтинской, ни Потсдамской конференцией, потому что цели и задачи минувшей войны не были достигнуты.

Конечно, союзники во многом пошли на попятную и приняли ряд мер к тому, чтобы японцы не беспокоили российский Дальний Восток, но проблем вот здесь, на юге, хватает…

После Потсдамской конференции на Ближней даче Сталина в одной из комнат была закреплена карта СССР в новых границах.

Как-то в присутствии В. М. Молотова и Первого секретаря ЦК Грузии А. И. Мгеладзе рассуждая и будто бы ни к кому не обращаясь, Сталин, подойдя к карте сказал: «Па-асмот-рим, что у нас получилось… На севере у нас все в порядке. С Финляндией нормально. И я думаю, Косыгин много решит в сотрудничестве с президентом Паасикиви и его заместителем Урхо Калеви Кэкконеном. Они ха-аряшо понимают друг друга и вырабатывают линию. Та-аварищ Косыгин предлагает ее назвать «линией Паасикиви-Кэкконена». Согласимся с мнением заместителя Предсовмина… Прибалтика — эти исконно русская земля, снова наша… С нами снова живут украинцы, белорусы, молдаване, хотя должен сказать, на Западе неспокойно еще. Но Лаврэнтий говорит, што скоро будет все в порядке… А што у нас на Востоке? Курильские острова наши опять, Сахалин — наш, и порт-Артур — наш, и Дальний — наш».

Вождь провел трубкой на карте по Китаю, четко добавляя:

— И КВЖД наша… Китай, Ма-анголия с нами. А вот здесь мне наша граница нэ нравится… — И показал трубкой на карте южнее Кавказа. — Ш-то скажешь, Молотов? Ми можем решить в порядке совместного владения?

— Не дадут, — ответил Молотов.

— А ты па-атребуй. Тем более што у нас есть много претензий и к туркам; не так ли, Мгеладзе?

— Так точно, товарищ Сталин, — с акцентом ответил тот.

И вот здесь, на встрече с командованием Черноморского флота Сталин вновь коснулся этойважной для страны темы. Проблема эта, как известно, существовала еще в бытность Александра II.

7 июля 1946 г. правительство Советского Союза предложило правительству Турции положить в основу эксплуатационного режима проливов Босфора и Дарданелл пять основополагающих принципов:

1) проливы должны быть всегда открыты для прохода торговых судов всех стран;

2) это правило касается и военных судов Черноморских держав;

3) проход через проливы для военных судов нечерноморских держав не допускается, за исключением особо предусмотренных случаев;

4) установление режима проливов должно являться компетенцией Турции и других черноморских держав;

5) Советский Союз, как держава, наиболее заинтересованная и способная обеспечить свободу торгового мореплавания и безопасность проливов, и Турция совместно организуют оборону Босфора и Дарданелл для предотвращения их использования другими государствами во враждебных черноморским странам целях.

За этой нотой, после ответа Турции, последовала другая — от 24 сентября 1946 года. Однако добиться контроля над проливами тогда не удалось. Но это уже была большая политика за пределами конкретного региона.

Вот эти-то обстоятельства и побудили Сталина внезапно посетить Севастополь.