Великие стервы России - Евгения Шацкая

Ольга предпочла Михаила, начинающего актера Художественного театра. Выбор ее был не случаен. Позже она вспоминала, что молодой актер запал в ее сердце еще тогда, когда она жила в Петербурге. Она видела его на сцене в роли царя Федора Иоанновича, а потом, после спектакля, была представлена ему.

«Я была для него просто маленькой девочкой. Я же сходила по нему с ума и рисовала себе в еженощных грезах, какое это было бы счастье всегда-всегда быть с ним вместе», – напишет она в будущем.

Да и сам Михаил Чехов был натурой весьма влюбчивой. В своих воспоминаниях он, не стыдясь, признается: «При первой же встрече с какой-нибудь девочкой я непременно влюблялся в нее. Внутренние ее качества мне были не важны. Впрочем, я всегда отыскивал в ней какую-нибудь черту, которая приводила меня в восторг. То мне нравились ее брови, то улыбка, то какое-нибудь движение, то полнота, то худоба. Но я мог влюбиться и потому, что мне нравилось ее платьице».

К тому же он был прекрасным артистом, недаром про него сам Станиславский говорил: «Гений!», и роль пылкого влюбленного мог сыграть отлично. Его брат Владимир был более серьезным, он просто любил Ольгу. Да так сильно, что не смог пережить ее отказ. Говорят, что немаловажную роль в его решении покончить счеты с жизнью сыграла несчастная любовь к Ольге Книппер. Считала ли она себя виновной в его смерти? Кто знает… Известно, что она предпочитала никогда не говорить о Владимире.

А вот с Михаилом они решили пожениться, причем тайно, не спросив благословения родителей. Эх, молодость, молодость! Ей – неполных восемнадцать, ему едва исполнилось двадцать четыре.

Вот как Михаил Чехов в воспоминаниях описывает свое решение: «Если ты действительно ставишь жизнь ни во что, – сказал я себе, – соверши сознательно неразумный поступок, который отразился бы на всей твоей жизни». Я стал думать. Неплохо было бы жениться: и неразумно, и обременительно. Мысль эта понравилась мне. Но на ком жениться? У О. Л. Книппер-Чеховой гостили две ее племянницы, и я решил жениться на одной из них. Не надеясь получить согласие ее родителей на брак, я задумал похищение и однажды ранним утром в далекой загородной церкви, подкупив священника, обвенчался без документов и формальностей».

Как и многие мужчины, Михаил в своих воспоминаниях, конечно, бравировал. Не просто так он решился на этот брак. Ольгу он любил по-настоящему. Прочитайте только отрывок из письма Михаила: «Да-с! Я действительно женат. Жена моя красавица! Ведь везет же таким субъектам, как я! Дуракам счастье».

Их тайное венчание, которое состоялось 3 сентября 1914 года, достойно страниц хорошего приключенческого романа. Михаил Чехов прекрасно понимал, что он всего лишь «актеришка», и высокопоставленный отец Ольги ни за что не даст согласие на их брак, партия совсем не подходящая. Он подкупил священника одной из церквей пригорода Москвы, и тот тайно обвенчал их.

Конечно, молодые люди понимали, что за этот поступок их никто по головке не погладит. Но все оказалось значительно серьезнее. Вечером того же дня, узнав о совершенном действии, к молодым ворвалась разъяренная Ольга Леонардовна. Она была просто в бешенстве и… в страхе. Еще бы, ей брат доверил малолетнюю племянницу, а она не уследила. Ольга Леонардовна плакала, умоляла Олю вернуться к ней, кричала на Михаила, чуть ли не падала в обморок. Страсти бушевали, как на сцене театра. Но молодые супруги не собирались отступать, и Ольга Леонардовна уехала ни с чем.

Зато в их доме вскоре появляется режиссер МХАТа Леопольд Антонович Сулержицкий, близкий друг Ольги Леонардовны. Он уговаривает Оленьку съездить к Ольге Леонардовне, чтобы обо всем спокойно поговорить. Михаил отпускает молодую жену к тете, взяв с Сулержицкого слово, что тот вернет ее законному мужу не позднее, чем через час.

Спокойного разговора между тетей и племянницей не получилось. В полной мере проявился упрямый характер молоденькой Ольги, отказываться от своего замужества она не собиралась. Ольга Леонардовна, махнув рукой, предоставила родителям разбираться со своевольной дочерью. А молодую жену вернула в объятия мужа.

Надо сказать, что Константину Леонардовичу и Луизе Юльевне в конце концов пришлось смириться с выбором дочери. Через некоторое время они приняли Михаила Чехова в семью и даже вполне были довольны зятем. Через полгода после этих бурных событий Оля пишет из Петербурга тете в Москву: «Живем мы у моих родителей. Папа к Мише очень и очень хорошо относится. Мир полный».

А что оставалось делать? Исправлять случившееся уже поздно. Раньше нужно было думать, когда выпускали дочь-красавицу из-под своего крыла в веселую Москву.

Более определенно о поступке Оли Книппер скажет ее старшая сестра Ада: «Я от Оли всегда ожидала такой поступок, не с Мишей, так с другим… Ну что ж, дай Бог счастья. Миша мне не кажется плохим человеком, и, по-видимому, он ее любит. Потом, мне кажется, что любит она не его, а в нем человека талантливого, любящего и понимающего искусство, музыку. Ведь ей 17 лет только, и беда ему, если она прозреет, в чем я и не сомневаюсь».

Вот того, что «она прозреет», боялась и мать Михаила Чехова, Наталья Александровна. Недавно потеряв мужа, Александра Павловича, старшего брата великого писателя (он умер в 1913 году от рака горла), она всю свою любовь обрушила на сына Мишеньку. А тут появляется жена. Да не просто жена, а красавица. «Уж больно красива!» – жаловалась она.

Что можно рассказать о первом браке Ольги Чеховой (так она стала зваться после замужества)? С трудностями она столкнулась сразу. Поселившись в квартире Михаила, тесной, маленькой, затхлой, не идущей в никакое сравнение с огромным домом родителей в Царском селе и роскошными апартаментами тети Ольги Леонардовны в Москве, Оля отмечала: «Я тосковала по свежему воздуху моей девичьей комнаты в Царском селе».

Нельзя не отметить и то, что Михаил Чехов, человек творческий, был тяжелым партнером для жизни. Богемный, экспрессивный, избалованный мамочкой, он требовал к себе постоянного внимания. К тому же Михаил пил. К спиртному его сильно пристрастил отец, Александр Павлович – по всем сведениям, законченный алкоголик. А поклонницы? У Михаила как артиста определенно талантливого их было полно. Причем окружали они его не только в театре, но и дома, чему в большой степени способствовала его же матушка.

А потом Ольга забеременела. Беременность протекала тяжело, обстановка в доме Чеховых не способствовала успешному протеканию беременности. Бывали нервные срывы, во время которых Ольга подумывала о прерывании ее – принимала горячие ванны, прыгала с большой высоты.

Но все завершилось успешно. В августе 1916 года в семье Чеховых родилась девочка, которую по традиции назвали Ольгой. Вот как об этом событии в своих воспоминаниях писала Ольга Леонардовна Книппер, чувствовавшая себя крестной матерью этой семьи: «Наконец-то наши дети разродились. Ах, как мучительно было ждать и так близко ощущать, как Оля страдала. Часов 15 она кричала, выбилась из сил, сердце ослабело – тогда наложили щипцы и вытянули 10-фунтовую здоровую девочку. Мы уже решили, что губы Олины, нос Мишин, а раскрывающийся левый глазок в меня. Миша с любопытством рассматривает незнакомку и говорит, что пока никакого чувства не рождается – конечно, пока».