Торпедоносцы. Британские ВВС против немецких конвоев - Ральф Баркер

Основная атака эскадрильи состоялась минутой позже. Дэвис и три самолета его звена атаковали второй корабль с левого борта, а другие самолеты нанесли удар с противоположной стороны. Четкий строй итальянского флота превратился в беспорядочное бегство, фантастический танец спасающихся быстрым ходом кораблей. Форштевни разрезали воду в различных направлениях. Заградительный огонь все же был интенсивным, и несколько самолетов получили повреждения.

За всей этой серией атак наблюдал командир британской подводной лодки с перископной глубины. Словно зачарованный, забыв о своей собственной безопасности, он с удивлением следил за происходящим. Беспорядочное движение итальянских кораблей в сочетании с интенсивным заградительным огнем сбило экипажи самолетов с цели, и ни одна из торпед не попала в мишень.

Последним на это поле боя прибыл Стивенс. Основной удар закончился несколько минут назад. Стоял ясный день. Строй кораблей был полностью нарушен, и некоторые из них продолжали заградительный огонь из тяжелых орудий, снаряды которых разрывались высоко в небе не менее чем в 10 000 футов над ними. Стивенс не заметил никаких признаков атаки высотных бомбардировщиков, а фактически таковая и не проводилась.

Он выбрал себе в качестве цели крейсер, оторвавшийся от основных сил, уже сильно поврежденный Олдриджем. Один из миноносцев пытался оградить его дымовой завесой. Но еще задолго до того, как Стивенсу удалось приблизиться, его обнаружили и попытались накрыть заградительным огнем. Крейсер, похоже, не мог развить большую скорость, и поэтому пилот взял поправку на полкорпуса корабля, сбросил торпеду и отвернул в сторону так быстро, как только мог. Но торпеда прошла мимо. Если бы он только знал, что «Тренто» оставался в воде неподвижно, и не делал никаких поправок, то, несомненно, поразил бы этот корабль.

Как бы то ни было, «Тренто» уже вышел из строя, и через несколько минут его прикончила подводная лодка, наблюдавшая за атакой.

С точки зрения количества потопленных и поврежденных кораблей удар эскадрильи имел лишь частичный успех. Несколько экипажей заявили о попаданиях, однако ни одно из них не было зарегистрировано, и не было никаких свидетельств того, что итальянский флот замедлил свое продвижение в южном направлении. Нет никаких сомнений в том, что эта атака ослабила решимость итальянского флота, но вскоре после нее флот повернул на юго-восток и лег на курс, который через три-четыре часа должен был привести его в лобовое соприкосновение с конвоем, вышедшим из Александрии.

Не имея сообщений о результатах авиационного удара с Мальты, этот конвой еще ночью повернул назад и лег на обратный курс. Однако, услышав новости об атаке 217-й эскадрильи, он возобновил свой путь на Мальту. Сообщения разведывательной авиации о реакции вражеского флота запоздали, и командующий средиземноморскими силами все больше и больше беспокоился по поводу столкновения этих двух сил. В результате конвой получил приказ повернуть на север, чтобы выиграть время, пока ситуация не прояснится.

Под конец ночи итальянский флот вошел в радиус действия «бьюфортов» 39-й эскадрильи, находившейся в Египте, и подразделение американских «либерейторов» в зоне Канала также было приведено в боевую готовность. По начальному плану «бьюфорты» должны были подняться из Бу-Амуда, но 26 мая Роммель вновь перешел в наступление, получив припасы, которые с удручающей регулярностью поступали к нему в течение последних четырех месяцев через Средиземное море. Бу-Амуд был захвачен. Эскадрилье пришлось вернуться в Сиди-Баррани, откуда «бьюфортам» уже не хватало горючего, чтобы нанести удар по итальянскому флоту и долететь после этого до Мальты.

Если бы они могли действовать из Бу-Амуда, то «бьюфорты» вылетели бы в море, держась на безопасном расстоянии от захваченного неприятелем берега Киренаики. Сейчас же им предстояло направиться непосредственно к цели, пройдя при этом вблизи вражеских аэродромов Киренаики. Причем это пришлось бы делать без прикрытия истребителей, занятых в это время защитой отходящих наземных войск. Таким образом, к сомнениям относительно радиуса действия прибавились опасения подвергнуться атаке вражеских истребителей. Снежный ком поражений в пустыне нарастал.

Двенадцать «бьюфортов» поднялись из Сиди-Баррани в 6.15 и четырьмя звеньями по три машины, ведомыми соответственно командиром эскадрильи, подполковником Мейзоном, Гиббсом, Тейлором и Линингом, легли на курс. Несколько «Бьюфортов-I» с двойными двигателями «Уосп» были доставлены в эскадрилью специально для этой операции, но Мейзон предпочел лететь на старом «Бьюфорте-I» с тем, чтобы ведущим был самолет с меньшей скоростью. При этом все могли соблюдать дистанцию. Мейзон и Гиббс вели два центральных звена. Гиббс находился справа от Мейзона, Тейлор был крайним правым, а Лининг – крайним левым. Инструктаж провели оба, Мейзон и Гиббс.

– Когда вы увидите крейсеры и миноносцы у себя по курсу, – сказал им Гиббс, – не обращайте на них внимания. Нанесите удар по обозу. Следуйте за мной. – Гиббс был снова в деле и находился в веселом расположении духа.

Мейзон взял курс как можно дальше в море, но в последующие два часа полета все находились в тревожном ожидании, зная, что вражеские самолеты наземного базирования, невидимо находящиеся слева, атакуют британский конвой и двенадцати «бьюфортам» вряд ли удастся пройти мимо них незамеченными.

Идя на высоте 50 футов, они миновали расположенные на берегу Гамбут, Тобрук и Газалу и, оставив позади Дерну, оказались у самого северного окончания Киренаики. Отсюда самолеты полетят прочь от материка, и опасность нападения истребителей останется позади.

Но именно здесь их ожидала первая неприятность. В нескольких милях позади их строя один из кормовых стрелков увидел всплески на воде. Сперва он принял их за бомбы. Никаких кораблей, никаких самолетов не было видно, он пришел в замешательство и позвал своего штурмана.

– Я вижу что-то похожее на падение бомб в воду примерно в пяти милях за нами. Больше ничего не видно.

– Смотри в оба!

Эти всплески не были вызваны бомбами. Подразделение из пяти «Мессершмитов-109» направлялось с аэродрома возле Дерны для прикрытия германских бомбардировщиков, атакующих британский конвой, шедший курсом на запад. Они были оснащены дополнительными топливными баками для дальних полетов. Заметив «бьюфорты», они сбросили эти баки и устремились в погоню.

Немецкие истребители нанесли свой удар с юго-востока по диагонали в тыл «бьюфортам». Многие экипажи ни о чем не подозревали, пока крайний слева «бьюфорт» неожиданно не развалился пополам. Обе его части независимо одна от другой рухнули в море, передняя объятая пламенем. Мейзон резко нажал педаль газа своего «Бьюфорта-I», несколько более быстрых «Бьюфортов-II» пронеслись мимо него, оставив лидера позади.

«Бьюфорты» метались из стороны в сторону вблизи друг друга, стрелки при малейшей возможности обстреливали истребителей. Несколько пушек новых «Бьюфортов-II» заклинило, что напомнило о предыдущей бомбовой атаке на «Шарнхорст». Несмотря на это, немецкие пилоты проявляли должную осторожность, выбирая в качестве цели лишь «бьюфорты», шедшие в самом конце, заходя на них с тыла. Так был сбит крайний справа «бьюфорт». Незадолго до этого в Сандерленде его пилот попросил направить его туда, где погорячее. Это была его первая торпедная операция.