Строгоновы. 500 лет рода. Выше только цари - Сергей Кузнецов

На следующий год примеру родственника последовал вернувшийся из-за границы с коллекцией и построивший «идеальный дом собирателя» граф Павел Сергеевич. Он пользовался хорошей репутацией. Много позже художник А.П. Боголюбов писал И.Н. Крамскому по поводу проекта создания Общества русских художников: «…чтобы быть без представительства, нельзя, то это верно, — пусть будет у нас тот же великий князь Владимир Александрович покровителем Общества, но не Исеев^[69] президентом из-за его спины, а честный человек вроде гр. Строгонова (Павла)…»^[70]

А. Калам. Пейзаж с дубами

И потому уже в 1862 году граф Павел Сергеевич также стал членом Комитета, работа которого немедленно изменилась. Комитет определил более не иметь пансионеров и кандидатов в них, а все свободные денежные средства Общества исключительно употреблять на заказы отличных художественных произведений русских художников. Постоянное содержание с тех пор предоставлялось только в виде особого исключения «тем из молодых людей, которые заявляют несомненные дарования; причем продолжение содержания должно быть тесно связано с успехами, и в случае не оправдывающегося ожидания, содержание должно быть прекращено». Единовременные денежные выдачи ограничивались исключительно пособиями «в уважении каких-либо особенных несчастных случаев». Эти три условия должны были дать возможность «ободрять и поощрять художников, трудившихся всю жизнь для достижения достоинств, нужных истинному художнику».^[71]

Мысли, высказанные в Отчете ОПХ за 1862 год, весьма напоминают тезисы статьи Григоровича о поощрении, которая датирована тем же временем. Возможно, после инициированного Строгоновым же избрания Дмитрия Васильевича на пост секретаря ОПХ, граф Павел Сергеевич начал активно действовать и привлек в организацию своих родственников. В 1864 году граф Строгонов учредил две премии. Одна награда, в 600 рублей, полагалась художнику за лучшую жанровую картину из русского быта, а вторая, в 400 рублей, присуждалась за лучший ландшафт, взятый из русской природы. Граф, пожертвовав средства на три года, хотел привлечь внимание живописцев к национальному быту и к родной природе. Премии присуждались и в 1865, и в 1866 годах. Однако, особый интерес к ним возник у петербургской публики в 1867 году, когда в соревновании дебютировал «ландшафтный живописец» Федор Васильев.

А.Г. Горавский. Вечерний пейзаж

«Гениальный мальчик» (выражение И.Е. Репина) родился в 1850 году, то есть на следующий год после того, как Григорович написал свою повесть «Неудача». Он был незаконнорожденным: родители художника обвенчались после его появления на свет. Федор всячески скрывал свое происхождение, что позволяло современникам фантазировать на этот предмет. Возможно, уже с десяти лет^[72] Васильев начал посещать вечерние классы Рисовальной школы ОПХ. Ее курировал Григорович, он, вероятно, уже в тот период приметил способного ребенка.^[73]

В 1865 году в качестве преподавателя в Школе оказался пейзажист А.Г. Горавский, почитатель А. Ахенбаха и А. Калама. Для знакомства с их произведениями Васильев посещал оказавшееся в Академии собрание кн. A.A. Кушелева-Безбородко — «кушелевку», она стала его школой (в 1868 г. коллекция в полном составе представлялась на Постоянной художественной выставке ОПХ). Возможно, тогда же он узнал и о коллекции графа П.С. Строгонова, в ней также имелись произведения Калама. Впрочем, можно сказать, что граф находил «внутреннее душевное настроение» в пейзажах и других мастеров — Рембрандта, Рейсдаля и Э. ван дер Вельде. Произведения их кисти выделял Григорович в собрании своего патрона.

Ф. Васильев. «Возвращение стада»

В 1866 году Васильев познакомился с Иваном Ивановичем Шишкиным, тот ухаживал за Евгенией, сестрой Федора. Приближавшийся к своей славе пейзажист только-только вернулся из-за границы. 1862-1865-е годы он провел в Германии и Швейцарии, прилежно усвоив приемы дюссельдорфской школы. В 1867 году Васильев — выпускник Рисовальной школы, и Иван Иванович вместе ездили на остров Валаам, который можно назвать «русским Барбизоном». Именно там Шишкин писал в конце 1850-х годов этюды для программы на золотую медаль Академии художеств. Судя по всему, тогда же Григорович представил Васильева Строгонову и осенью граф приобрел один из этюдов художника («На острове Валаам. Камни»). На обороте небольшого произведения, находящегося ныне в ГРМ, есть надпись: «Этюдъ Феодора Александровича Васильева прюбретенъ на Выставке Общества поощрешя Художествъ въ 1867 году по инвентарному списку для аукциона Гр. Строганова № 486». Сведения об аукционе не обнаружены.

Федор провел с Шишкиным лето 1868 года. Осенью на конкурсе ОПХ начинающий мастер получил первую премию за картину «Возвращение стада», вторую — А.К. Саврасов. В тот год награда имела особое значение, ибо ее учредил великий князь Александр Александрович, недавно ставший наследником престола. Желая поддержать блестящую идею графа П.С. Строгонова, он пожертвовал средства на конкурс еще на три года — 1868, 1869 и 1870. Музейных образцов и уроков Шишкина (он, кстати, в тот год был включен в число экспертов) оказалось достаточно для угадывания Васильевым «современной манеры», предполагавшей, прежде всего, по примеру литературы, строгое следование натуре.

Протекцию Строгонова также не следует сбрасывать со счетов, ибо не эксперты, как обычно, а члены Комитета в тот год решали судьбу премий (граф Павел Сергеевич оставался в их числе до начала 1880-х гг.). По их мнению, искомой награды никто из конкурсантов не заслуживал, но они все же решили рискнуть и поддержать Васильева, что отражало намерение Григоровича: «Создать талант невозможно, но уловить момент его первого проблеска, выйти к нему навстречу и быть всегда готовым поддерживать его в период его развития — вот цель, которую избрало себе Общество и которую постоянно будет преследовать».^[74]