Мир Налы - Дин Николсон

Временами было ну очень страшно. Просыпаясь в холодном поту, я видел уткнувшуюся в меня носом Налу, и мне становилось легче. Она тихонько мурчала, словно баюкая меня. В ту ночь Нала была моим маяком, на свет которого я раз за разом выплывал из очередного кошмара. Если на Санторини эмпатия Налы мне казалась приятной выдумкой, то теперь не было никаких сомнений в том, что она мой маленький пушистый ангел-хранитель. Я не знал, как и благодарить ее!

Казалось, этой ночи не будет ни конца ни края. Я то и дело подскакивал с кровати и засовывал голову под душ: приятного мало, но помогает! К утру стало чуть лучше. Я немного попил и даже пару раз откусил от куска хлеба. Определенно я шел на поправку.

Поведение Налы служило тому доказательством. Она уже не ластилась, а прыгала по комнате, намекая, что пора бы уже и в прятки поиграть.

– Не сейчас, – сказал я, накладывая ей завтрак. – Нам пора в путь.

К полудню мы кое-как выползли на дорогу и отправились в Баку. Ноги не слушались, дыхание перехватывало, но тем не менее я продвигался вперед. «Самая кошмарная ночка за все путешествие!» – подумал я и мысленно поблагодарил судьбу, что все еще могу крутить педали.

Болезнь, кажется, высосала из меня все силы. Весь следующий день я ехал в Баку сам не свой. Это был какой-то странный коктейль из чувств: я недомогал и к этому примешивалось глубокое разочарование – на столицу Азербайджана у меня оставались лишь сутки. Это противоречило всей сути моего путешествия. Из Данбара я отправлялся познавать мир, а что в итоге? В итоге я едва познакомлюсь с их культурой, стыд и позор. А ведь Баку – необыкновенный город! Город контрастов на побережье Каспийского моря. Тут тебе архитектура как современная, яркая, так и историческая, древняя!

Номер я забронировал в одной из высоченных башен, откуда открывалась захватывающая панорама Баку. К вечеру все небоскребы столицы вспыхнули разноцветными огнями. Все это напоминало какой-то фантастический фильм, что-то вроде «Бегущего по лезвию». Мы с Налой стояли на балконе и жадно пожирали глазами все это великолепие.

Я пребывал в замешательстве. С одной стороны, я был в тысячах километров от родного Данбара, на пороге ворот в Центральную Азию, Индию и Дальний Восток. С другой стороны, я не собирался перешагивать этот самый порог, потому что мои планы изменились.

Странное ощущение. Совершенно новая, неизведанная часть мира лежала у моих ног, но я не мог сделать шаг вперед. Надо-то было всего ничего: пробраться на борт какого-нибудь корабля, а на следующее утро, переправившись через Каспийское море, мы уже ступили бы на берег Туркменистана и… Без визы меня тотчас арестовали бы. А что сталось бы с Налой, даже и думать не хочется!

В порту стояли нефтетанкеры и газовозы, отправлявшиеся, вероятно, к северному побережью Ирана. Но и там, на юго-востоке, меня ожидало все то же самое, что и в Туркменистане. Даже если бы у меня в кармане лежала виза, то ничего бы не изменилось. В такой стране, как Иран, опасности подстерегают на каждом углу. Однажды я как-то читал про англичанина и австралийца, путешествовавших на велосипедах из Лондона в Сидней. Они записывали видеоролики и выкладывали их на «Ютьюбе». Закончили они в самой суровой тюрьме Тегерана. Стоило им только запустить дрон – совершенно безобидный поступок! – как их тут же повязали. Оказалось, что неподалеку находилась военная база. Без суда и следствия велосипедистов бросили за решетку – одному Богу известно, сколько их там еще продержат!

Надо было тщательно продумывать каждый свой следующий шаг. Десять дней уже на исходе. Щенок заждался меня в Тбилиси! Баку манил своими красотами, а времени было в обрез. Прибыв в город вечером, я галопом промчался по столице Азербайджана, а наутро как ошпаренный ворвался в клинику, чтобы привести в порядок документы Налы для Грузии. Нала, уже давно намотавшая на ус все тонкости этой процедуры, ни разу не мяукнув, дала себя осмотреть.

– Какая послушная девочка! – воскликнула очаровательная девушка-врач и проштамповала Нале паспорт.

На все про все ушло не более получаса. Не теряя времени даром, я рванул в старый город полюбоваться красотами Ичери-Шехера и набережной.

Ранним вечером мы с Налой уже были на современном, сверкавшем чистотой вокзале Баку. Поезд с пульмановскими вагонами поражал своим великолепием. Он прибыл сюда точно со страниц «Убийства в Восточном экспрессе». У вагона нас встречала проводница в униформе сливового цвета. Суровое лицо не предвещало ничего хорошего. Зыркая по сторонам, она будто выискивала нарушителей.

Я переживал, что у проводницы возникнут вопросы по поводу снаряжения – очень уж много всего! – но все ее внимание захватила Нала. Проводница, оживленно размахивая руками, что-то с жаром принялась мне доказывать на азербайджанском.

«Ну нет! – взмолился я. – Только не это! Своим ходом до Тбилиси я не доберусь вовремя!»

К счастью, к нам подоспели еще два контролера. Один из них, тот, что помоложе, сносно владел английским и быстро все уладил.

– Все нормально, – успокоив раскрасневшуюся женщину, наконец обратился он ко мне. – Просто она еще никогда не сажала на поезд путешествующих кошек! Но вы купили билет, поэтому имеете полное право везти свою кошку: проходите и располагайтесь.

– Спасибо, приятель! – Я похлопал его по плечу.

Проводник наклонился к моему уху и заговорщически прошептал:

– Но будь осторожен, она поедет в вашем вагоне. Не буди лихо и не разгуливай с кошкой по коридорам – это запрещено.

Несколько мгновений спустя мы с Налой уже обустраивались в уютном двухместном купе – нашем новом доме на ближайшие двенадцать часов. На закате поезд тронулся, покинул Баку, и вскоре монотонный перестук колес убаюкал Налу.

В сгущающихся сумерках я вглядывался в дорогу, бежавшую вдоль рельс. Подумать только, всего сутки назад я ехал этой дорогой в Баку! В другое время и при других обстоятельствах я бы терзался мыслью, что вынужден возвращаться обратно, но не теперь. Мое путешествие за последние месяцы коренным образом изменилось. На обыкновенную кругосветку оно уже не походило, хотя бы потому, что двигался я не проторенной дорожкой. Я путешествовал дорогами мира Налы, и другого, честно говоря, уже не желал. Мы присматривали друг за другом, и это было прекрасно.

Ко всему прочему не вернуться в Грузию я просто не мог. У меня был мощнейший стимул. От меня зависела судьба щенка, и я не мог его подвести. Я был при исполнении. Когда поезд набрал скорость, я еще раз глянул в кромешную тьму над высушенными просторами Азербайджана, и все сомнения отпали. Возвращаться сюда у меня не возникало никакого желания. Я двигался в единственно правильном направлении.

Часть третья. Перспективы
Грузия – Турция – Болгария – Сербия – Венгрия

19
Призрак

Вскоре после того, как мы сели в поезд, я получил сообщение от ветеринарной клиники: нас уже ждали. Наутро, прибыв на вокзал Тбилиси, я без промедления помчался в квартиру, арендованную в Старом городе.