История тайных обществ, союзов и орденов. - Георг Шустер

Митра давал вечную жизнь душам посвященных, очистившихся посредством искуса, и той же цели надеялись достичь при помощи культа сил природы и подземных богов.

Уже древние эллины облекли в форму мистерий, исполнявшихся еще во времена царей, тайные учения о круговороте жизни, о смерти и воскресении, связывавшиеся с мифом о Деметре, Персефоне и Дионисе. Но выродившееся язычество не удовлетворилось поэтически и художественно обставленными элевсинскими празднествами; оно искало для себя прибежища в тайных культах, где крайности — внешняя обрядность, чувственные страсти и добровольные мучения — соединялись в отвратительном сочетании.

Таковы тавроболии великой Матери и Аттиса. Великая Мать — мать всей олимпийской семьи богов — в древней Греции играла лишь подчиненную роль. На Крите же, омываемом морскими волнами — этой классической родине древних мифов, легендарном месторождении Зевса — она пользовалась большим почетом. Образ греческой Матери богов слился скоро с образом азиатской Кибелы, в честь которой во многих местностях Малой Азии устраивались оргии: таким образом, она превратилась в мистическую богиню земли, великую жизнетворную богиню природы. Позднее, с представлением о ней слились образы других подобных ей богинь, а именно: Деметры и египетской Исиды.

Любимцем Кибелы и ее жрецом был Аттис, красивый юноша, родившийся от Наны, дочери бога реки Сангариоса, — символ рано увядающего цвета жизни.

Аттис погиб ужасной смертью, и мать богов с безумной скорбью оплакивала его гибель.

В честь его и Кибелы в начале весны устраивалось многодневное празднество, причем участники с дикими криками и при звуках оглушительной музыки подвергали себя ужаснейшим мучениям и предавались беспредельному экстазу наслаждений. Они увечили себя во имя высшей нравственности и в знак своей благоговейной веры. Религиозное безумие, полное отсутствие стыдливости и хаос чувств приводили к ужасающим оргиям.

В Риме оргии в честь Кибелы проникли в 204 г. до Р. X. В то время ни один свободнорожденный римлянин не имел права попасть в число ее жрецов. Но в эпоху Антонимов, когда жадно хватались за все, что могло внести приятное разнообразие в беспросветную монотонность и пустоту жизни, этот культ получил широкое распространение. Знатные римляне и римлянки посвящали себя порочному служению богине, в честь ее на празднествах устраивали фантастические процессии и неистовствовали, как бесноватые.

Умопомрачающие гнусности, совершавшиеся на почве этого азиатского культа природы, в ужасном виде изображены в саркастических рассказах — «греческого Вольтера» Лукиана (род. в 125 г. по Р. X.) и Апулея.

Тогда‑то в честь великой Матери возникли тавроболии. Они подражали христианскому обряду крещения, и им также приписывалась искупающая и очищающая сила «возрождения».

Желающий принять участие в таинстве должен был в полночь подвергнуться удивительной процедуре. Одетый в символические одежды, он становился в яму, которая была закрыта просверленными досками; он должен был стараться, чтобы вся стекавшая в отверстия кровь жертвенных животных, быка и барана, попадала ему на лицо, на волосы или на платье.

Остальные детали посвящения мало известны. Мы знаем только, что число членов братства — мужчин и женщин — было очень велико. В знак своей принадлежности к братству они должны были открыто носить одежды, пропитанные кровью.