Рыцари. Полная иллюстрированная энциклопедия - Сергей Жарков

Оружие и защитное снаряжение тяжеловооруженного монгольского воина XIV в.

В целом, обобщив все вышеизложенное, можно сказать, что вооружение и защитное снаряжение монголов было одним из главных составляющих их феноменальных успехов на поле битвы. Еще одним важным элементом, благодаря которому хорошо вооруженные воины превращались в сплоченную, грозную силу на поле боя, была железная дисциплина, установленная самим Чингисханом. Смертной казнью карались такие проступки, как бегство с поля боя, причем за бегство одного казнили весь его десяток, а за бегство десятка воинов казнили всю сотню; преждевременный захват добычи (до окончания боя); сон на посту и т. п. Более мелкие проступки карались штрафами.

Другим существенным элементом, благодаря которому монголы превосходили в стратегическом искусстве многих своих врагов, была разведка. Агентура монголов (в основном это были купцы из нейтральных стран или страны будущего противника) занималась сбором сведений, вербовкой агентов во властных структурах, распространением ложных и панических слухов, интригами для возбуждения внутриполитической борьбы и выведением сил, способных оказать наиболее серьезное сопротивление. Для осуществления разведки боем обычно посылалась военная экспедиция с ограниченным числом воинов (10–20 тыс.), которым была поставлена задача – максимально глубоко прощупать военный, политический и экономический потенциал противника.

Традиционным стратегическим преимуществом монголов (как и всех воинов-кочевников) была высокая скорость передвижения их армии. У каждого монгольского воина было не менее двух запасных лошадей (воин во время езды пересаживался с усталой лошади на свежую, полную сил). Помимо этого, для ускорения продвижения, войско монголов делилось на части, каждая из которых легче двигалась, снабжалась и могла самостоятельно решать локальные военные задачи. При этом, благодаря хорошо налаженной разведке, опасность разгрома по частям была сведена к минимуму. Когда был выбран нужный момент для атаки, все разрозненные части монгольского войска собирались в единый кулак, который всей своей мощью обрушивался на врага.

Именно такой тактики придерживалось монгольское войско во время русской кампании 1237 года. Тогда разрозненные части монгольского войска хана Бату, действовавшие против разных княжеств, точно собрались и разгромили самое крупное русское войско великого князя владимирского Юрия на реке Сить.

Точно так же монгольское войско вело себя и во время европейского похода 1241 года. Тогда, как уже говорилось, целью монголов было завоевание Венгрии. План вторжения, составленный монгольским полководцем Субэдэ, выглядел следующим образом. Три тумэна оставались в резерве на территории Руси (заодно следили за порядком). Два тумэна под предводительством Байдара и Кадана отправлялись на территорию Польши для проведения там разведки боем, отвлечения неприятеля и прощупывания его обороны. Выполнив основную задачу, двум тумэнам необходимо было немедленно присоединиться к основным силам на юге. Один тумэн направлялся в сторону Карпатских гор с целью попасть в Венгрию с севера. Четыре тумэна, под предводительством хана Бату, отправлялись в горы Трансильвании, для того чтобы напасть на Венгрию с востока. Сам полководец Субэдэ с оставшимися воинами должен был выступить к берегам Дуная, чтобы напасть на Венгрию с юга.

Перед вторжением хан Бату отправил королю Венгрии Беле IV (1206–1270) и императору Священной Римской империи Фридриху II Штауфену послания, в которых в довольно резкой форме предлагалось покориться и платить дань. Император, занятый борьбой с папой римским и своими итальянскими подданными, попросту не воспринял всерьез данный документ, посчитав его каким-то вздором «варварского вождя». В отличие от Фридриха II, его вассал Бела IV, уже наслышанный от перебежчиков-половцев о жестокости и непобедимости монголов, отнесся серьезно к угрозе нашествия грозного врага и стал потихоньку готовиться к войне. Для начала король Венгрии выслал вперед разведчиков, чтобы вовремя узнать о приближении неприятеля, после чего приказал основательно укрепить карпатские перевалы. Обезопасив себя таким образом (как ему казалось), Бела IV начал набирать войско. В феврале у короля Венгрии уже было собрано большое войско. Правда, в отличие от монгольского войска, в армии Белы не было единства, царили смута и раздор. Видимо, хорошо поработала агентура монголов, так как помимо того, что большинство венгерских вельмож перессорились между собой, они еще и возненавидели половцев, которых пригрел король Венгрии.

Итак, пока войско Белы раздирали конфликты, монголы, добившись благоприятной для атаки ситуации, двинулись ускоренным маршем на врага. Перевалив через горы, в середине марта монголы атаковали венгерские крепости и города, предавая их огню и мечу. К концу марта враг был уже у самых ворот Пешта. Монголы не стали атаковать противника, укрытого стенами, а попытались выманить его наружу, изображая мнимый отход. Король Венгрии Бела во главе большого войска (около 100 тыс. воинов) решил выступить на врага. Враг во всеоружии поджидал Белу и его воинов возле реки Шайо в районе Моги. Именно там встала лагерем ненадежная армия Белы IV. Венгры огородили свой лагерь повозками, связанными между собой цепями, не зная, что через некоторое время такая импровизированная стена станет для них ловушкой.

Хан Бату и полководец Субэдэ, следуя привычной для монголов тактике, соединили свои части армии в одно целое. Монголы в этом сражении использовали не только живую силу (воинов), но и метательные машины, с помощью которых метали в укрепленный повозками лагерь противника различные огненные снаряды (с помощью метательных машин монголы также разрушили мост через реку). Венгры, зажатые в своем лагере, находясь под постоянным обстрелом вражеской артиллерии, состоящей из метательных машин различной мощности, а также конных лучников, посылавших тучи стрел, гибли сотнями. У монголов самым страшным был массированный и одновременно прицельный обстрел из луков. Именно этим отличались атаки монгольских лучников, именно они настолько поразили современников, что почти во всех европейских хрониках тяжеловооруженная конница монголов, вооруженная копьями, описывается эпизодически, а конные лучники подробно. Так, например, Марко Поло писал о лучниках монголов: «У каждого монгольского воина было с собой 60 стрел, половина из которых была с маленькими легкими наконечниками для стрельбы издали, а другая половина – с крупными тяжелыми наконечниками для прицельного обстрела с близкого расстояния. Причем точность их стрельбы была такой, что стрелы то и дело поражали лица и руки воинов противника и даже перерезали тетивы их луков». Лишь после того, как враг был окончательно измотан постоянными наскоками, монголы пошли в решительную атаку, окончательно сломив сопротивление венгров. Так большая армия короля Белы была полностью разбита. Венгерскому королю с небольшим отрядом воинов удалось бежать (он бежал в Далмацию). Поражение короля привело к тому, что в Венгрии на целых четыре года воцарился хаос.

В Польше вторжение монголов Байдара и Кадана для самих поляков, занятых борьбой со своими соседями, было полной неожиданностью. В феврале, в то время как король Венгрии Бела IV еще собирал войско, Байдар и Кадан, действуя в соответствии с планом монгольского полководца Субэдэ, продвигались по Польше, грабя и сжигая крепости и города поляков. Так были преданы огню города и поселения, находящиеся по пути в Варшаву. Сгорел Люблин и все поселения вокруг него, после чего практически без боя был взят Сандомир. Беженцы из разоренных городов и поселений, которым чудом удалось избежать смерти или монгольского плена, своими (часто преувеличенными) рассказами о страшном враге сеяли панику среди оставшегося населения. Свою лепту в нагнетание страха внесла и монгольская агентура.