Тамплиеры и другие тайные общества Средневековья - Томас Кейтли

В период памятного Крестового похода в Святую землю французского короля Филиппа и английского – Ричарда, который из-за их соперничества и взаимной неприязни оказался крайне безрезультатным, госпитальеры оказались на стороне английского короля, а тамплиеры, разумеется, стали ярыми сторонниками короля Франции. Тем не менее, когда Ричард возвращался в Европу, он обратился к магистру тамплиеров со словами, что ему известно о неприязненном отношении к себе со стороны очень многих, но, поскольку он подвергает жизнь большому риску, возвращаясь в свое королевство, то просит разрешить облачиться в одежду ордена и дать ему в сопровождение двух братьев. Магистр охотно удовлетворил просьбу столь сильного монарха, и король поднялся на борт судна под видом тамплиера. Вероятно, именно из-за широко известной враждебности ордена по отношению к нему король Ричард пошел на эту уловку, считая, что никто не заподозрит его находящимся среди тамплиеров. Его брат Джон, стоит здесь отметить, был, напротив, большим поклонником ордена, которому он отдал остров Ланди в устье Бристольского залива. В течение своего правления этот одиозный монарх был тесно связан с тамплиерами как верными слугами его хозяина – папы римского и полагался на их помощь в борьбе со знатными лордами, которые не желали расстаться со своими свободами, возложив их к ногам неверующего тирана. Теперь стало широко распространенной практикой среди монархов отдавать свои сокровища на хранение в замки тамплиеров, и в 1213 году, например, король Джон передал 20 тысяч марок на хранение тамплиерам. Со стороны рыцарей ордена примеров нарушения своих обещаний отмечено не было.

Тамплиеры ничем не отличались от церковников в плане фальсификации чудес, и угрызения совести не останавливали их от того, чтобы приумножать свое богатство путем обмана, рассчитанного на невежественность и рвение мирян. В 1204 году прошел слух, что икона Божьей Матери в монастыре под Дамаском обрела плоть и что из ее груди источается некий сок или жидкость чудотворного действия, избавляющего от грехов набожных пилигримов. Поскольку место было удаленным, а дорога сопряжена с опасностями, тамплиеры взяли на себя обязанность доставить чудесную жидкость в ту часть побережья, которая еще удерживалась романцами, и снабдить ею пилигримов. Сундуки ордена были существенно пополнены этим религиозным рвением.

Хотя, как и все прочие землевладельцы в Святой земле, орден тамплиеров многое потерял в результате ее захвата Саладином, их владения на Западе были столь обширны, что они едва ли почувствовали утрату. В это самое время количество их владений самого разного типа в Европе составляло 7050, главным образом расположенных во Франции и в Англии. Их надменность и развращенность росли соразмерно их богатству. И хотя писатели XII века, включая даже трубадуров – сатириков той эпохи, всегда отзывались о тамплиерах с уважением, скрытая неприязнь к ним начала укрепляться, особенно среди духовенства, вследствие огромных привилегий, предоставленных им буллой Omne Datum Optimum, и той наглостью, с которой эти привилегии использовались.

В 1208 году можно обнаружить, что великий Иннокентий III, наиболее амбициозный из римских пап и один из наиболее преданных сторонников ордена, был вынужден издать первое публичное порицание в отношении их и попытаться своей властью наложить ограничения на проявление ими излишеств. В связи с этим в своем послании к магистру святой отец пишет, что тамплиеры злоупотребили привилегией служения мессы в местах, находящихся под интердиктом, открывая повсюду свои церкви и ежедневно служа мессы, громко звоня в колокола, нося на груди Христов крест, но не удосуживаясь следовать Его наставлениям, запрещающим обижать любых из Его верующих детей. Далее он продолжает, утверждая, что они, следуя учениям демонов, надевали на грудь крест своего ордена (то есть принимали в члены) самых разных негодяев, полагая, что любой, уплачивая два или три пенса в год и становясь членом их общины, не может быть лишен права на христианское погребение, даже если на это был наложен церковный запрет. Поэтому известные прелюбодеи, ростовщики и прочие, подверженные интердикту, с почетом погребались на их кладбищах. «Тем самым они сами, будучи одержимы дьяволом, не прекращали порабощать души праведников, стараясь оживить тех, кто был для них уже мертв». Понтифик сокрушается также, что вместо того, чтобы, как религиозные люди, использовать жизнь для службы Господу, они использовали религиозный характер ордена для того, чтобы потворствовать мирским утехам. И хотя из-за этих и прочих злоупотреблений они заслужили лишения всех привилегий, предоставленных им, святой отец не намерен идти на крайности, полагаясь на использование магистром своего авторитета для проведения реформации.

В этом послании можно встретить все обвинения, которые, как выяснится позже, всегда можно справедливо выдвинуть против ордена, чье разложение шло обычным свойственным человеческой природе путем и никак иначе: привилегии и исключительные права порождали высокомерие и заносчивость, а богатство развращало и разъедало моральные устои. Изобильная щедрость римских пап, монархов и знати – вот что стало причиной крушения тамплиеров.

На тамплиеров легла значительная часть похода в Египет и осады Дамиетты в 1219 году, поскольку главнокомандующим этой экспедицией был папский легат, приказам которого, в проявление покорности, они неукоснительно следовали. Но когда в 1228 году император Фридрих II, тогда еще осужденный церковью, предпринял обещанный Крестовый поход, он не встретил ничего, кроме противодействия и предательства со стороны этих верных папских поборников. Принимая во внимание дух того времени, их, возможно, не следует обвинять за враждебность, но ничто не оправдает то, что они написали султану Египта, проинформировав его о планах императора. Великодушные мусульмане, вместо того чтобы воспользоваться этим предательством, послали письмо Фридриху, к огромному разочарованию авторов. Фридрих не дал поначалу волю своему негодованию, но, вернувшись в Европу, рассчитался с теми, кто был больше всего виновен, и конфисковал собственность ордена на Сицилии и его владения в Италии. Хотя он вновь был отлучен за это от церкви, Фридрих сохранил свою враждебность и к тамплиерам, и к госпитальерам. Хотя, возможно, религиозные предрассудки и нетерпимость можно было бы приписать практически любому человеку того времени, он не счел ниже своего достоинства выдвинуть в качестве серьезного обвинения против них дружеские связи с мусульманами. «Заносчивая религиозность тамплиеров, – пишет он, – взращенная на щедротах местных богатеев, развращающих все больше… Из надежных источников известно, что султаны и их караваны принимаются пышно и расторопно за воротами тамплиеров, которые позволяют им отправлять свои вековые ритуалы и служить свои языческие службы, посвященные Мухаммеду».

Враждебность между тамплиерами и госпитальерами продолжалась даже с учетом того, что власть христиан теперь ограничивалась стенами Акры. Тамплиеры состояли в союзе с правителем Дамаска, поскольку госпитальеры дружили с султаном Египта. Свою враждебность к императору тамплиеры распространили и на рыцарей Тевтонского ордена, у которых они отобрали их владения в Сирии. Появление нового врага тем не менее на некоторое время привнесло согласие между ними. Турки из Хауризма, восточного побережья Каспия, изгонялись ордами монголов, и 20 тысяч их всадников вторглись в Святую землю. Они захватили и разграбили Иерусалим, который был неукрепленным и легкодоступным, а после этого объединились с египетской армией. Христиане обратились за помощью к правителю Дамаска, который незамедлительно выслал необходимые войска, и объединенные силы выдвинулись навстречу врагу. В сражении тамплиеры и ополченцы занимали центральные позиции, госпитальеры разместились на левом фланге, а легкая кавалерия – на правом. Битва продолжалась два дня и закончилась полным поражением христиан, причину которого, возможно и несправедливо, приписывают предательству Дамаска. Магистр тамплиеров и весь его отряд, общей численностью 300 человек, включая рыцарей, были убиты. Лишь четыре рыцаря и 14 оруженосцев спаслись.