Крымский гамбит. Трагедия и слава Черноморского флота - Олег Грейгъ

Пожалуй, не смогли оговорить его только два человека: Маршал Советского Союза, пониженный до полковника за катастрофу Крыма Григорий Иванович Кулик, расстрелянный в 1947 году и армейский комиссар 1-го ранга, пониженный до бригадного комиссара Лев Захарович Мехлис, умерший в 1953 году.

Сложилось так, что после войны все военачальники Крымфронта, наказанные Сталиным, лизоблюдничая перед новым Первым секретарем ЦК КПСС Хрущевым, всячески ухищрялись в разоблачении культа личности Сталина на XX съезде КПСС. Затем, после свержения Хрущева, они не менее успешно холуйничали во времена брежневщины. А вот Гордей Иванович, не умея обливать товарищей грязью, как-то остался на обочине. Этим и воспользовались продажные генералы, повесив ответственность за Крымскую кампанию 1941–1942 годов на него.

Гордей Иванович Левченко был откомандирован на Балтийский флот, где плодотворно работал командиром военно-морских баз. Впоследствии нарком ВМФ подал на имя Сталина рапорт о восстановлении Левченко в звании и в должности. Последовательно он стал контр-адмиралом, затем вице-адмиралом и в 1944 — адмиралом. Послевоенные годы он занимал должность заместителя командующего Военно-Морским флотом по боевой подготовке. В 1958 году его освободили от занимаемой должности; в 1960-м уволили в отставку.

То же можно сказать и о генералах. С годами они были восстановлены в звании, занимали ответственные посты в Советской армии; особо высокую должность впоследствии достиг генерал армии Павел Иванович Батов, став начальником штаба Объединенных вооруженных сил государств — участников Варшавского договора.

На краткий ответ о советских военачальниках генерал-фельдмаршал отреагировал странным вопросом: «Удивительно, почему Сталин за такое поражение в Крыму не расстрелял их?».

— Об этом, наверное, следует спросить у Сталина.

Манштейн улыбнулся и сказал:

— Вы, наверное, достаточно хорошо осведомлены о моем дальнейшем служебном пути в годы войны. Война, конечно, тяжелое дело, хотя мне грех жаловаться. Но всю чудовищность и трагедию войны я осознал тогда, когда мне довелось похоронить своего собственного сына. Моему Гере Эриху, лейтенанту 51-го танкового гренадерского полка было 20 лет. Не буду от вас скрывать, что до вас я знал одного представителя, который обещал, что его могила на берегу озера Ильмень будет ухожена…

После этого он умолк, мы выпили поданный служанкой кофе. И все-таки я спросил, почему он не перевез останки сына в Германию еще тогда, ведь ему позволяла его должность, к тому же он имел и личный самолет[5].

Манштейн тяжело вздохнул, а потом сказал: «Вы непонятливый или только притворяетесь? Да, я мог это сделать. Но кто перевезет других павших, таких же мальчишек-лейтенантов?»

…Манштейн долго рассказывал о боях, в которых ему приходилось участвовать. Была ли в этом потребность выговориться или он чувствовал себя обязанным делать это? Его речь была спокойной, и держался он с достоинством. Иногда в его рассказе проскальзывали нотки разочарования. Он вспомнил время командования группой армий «Дон», как ему было поручено спасение окруженной 6-й армии генерал-фельдмаршала Паулюса в районе Сталинграда… Вот он в подробностях припоминает как восстанавливал положение на Южном секторе Восточного фронта. То был сложный период в его жизни. Еще до середины ноября 1942 года Манштейн сообщал начальнику генштаба сухопутных войск Цейтцлеру, что 6-й армии следует разрешить начать прорыв из окружения, но Гитлер запретил об этом даже говорить. А генерал-фельдмаршалу в результате предстояло решить три нелегких задачи:

— восстановить линию фронта, от которой практически ничего не осталось;

— не допустить русских к Ростову и тем самым не дать им отрезать находившуюся на Кавказе группу армий «А»;

— спасти от гибели 6-ю армию генерал-фельдмаршала Паулюса.

Выполнить подобное было слишком сложно; Манштейн располагал 17-м корпусом у реки Чир, остатками 48-го танкового корпуса, ослабленной 4-й танковой армией.

…На 1 января 1943 года боевой порядок группы армий «Дон» под командованием генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна представлял собой следующую схему.

6-я армия:

— находится в окружении в районе Сталинграда.

Армейские объединения и соединения генерала Гота:

— 4-я танковая армия, в которую входил 57-й танковый корпус, состоящий из 17-й танковой дивизии, 23-й танковой дивизии, 16-й моторизованной дивизии, 5-й танковой дивизии СС.

В резерве:

— 16-я моторизованная дивизия, (которая уже была уничтожена на две трети), 15-я полевая дивизия люфтваффе, 4-я румынская армия, в составе которой были остатки шести румынских дивизий.

Армейское объединение генерала Холлиута:

— корпус, состоящий из 336-й пехотной дивизии, 7-й полевой дивизии люфтваффе;

— 17-й корпус, состоящий из 22-й танковой дивизии, 294– й пехотной дивизии, 8-й полевой дивизии люфтваффе;

— 18-й танковый корпус, состоящий из 6-й танковой дивизии и остатков 306-й пехотной дивизии;

— 29-й корпус, состоящий из остатков 62-й пехотной дивизии, из остатков 298-й пехотной дивизии и остатки восьми итальянских и румынских дивизий.

В резерве у генерал-фельдмаршала были:

— 11-я танковая дивизия и остатки 306-й пехотной дивизии. А также тыловые части 403-й дивизии сил безопасности, потерявших более 50 % личного состава. И еще одна танковая дивизия в пути.

Группе армий «Дон» противостояли десять советских армий, одна танковая, четыре воздушных, а также ряд отдельных кавалерийских, танковых и механизированных корпусов, более ста отдельных артиллерийских, танковых, противотанковых, саперных соединений и иных частей тыла!

Однако генерал-фельдмаршал Манштейн великолепно осуществил операцию. Он оставил свои позиция вдоль реки Чира, когда ему ничего иного не оставалось и сумел в критической ситуации сохранить вышеперечисленные силы, а затем бросил вместе с ними в бой свои последние резервы и… остановил войска Красной армии у Ростова. Он дошел на расстояние 40 км к Сталинграду. Но Паулюс отказался осуществить прорыв, а Гитлер не отдал ему соответствующего приказа. 6-я армия, в составе которой было 22 дивизии, прекратила свое существование…

Советские войска ее блокировали, генерал-фельдмаршал Паулюс был пленен вместе со своими генералами.

А фон Манштейн еще долго удерживал путь к отступлению открытым. Пока в этот коридор не пошла 4-я танковая армия генерала Гота.