Прохоровское побоище. Правда о "Величайшем танковом сражении" - Валерий Замулин

13.07.43 г.: «…только в результате принятых мною (А.С. Жадов. – В.З.) мер продвижение противника было приостановлено и положение на участке 9-й гв. вдд было почти полностью восстановлено.

Основными причинами отмеченного позорного случая явились:

1) невыполнение моих указаний командиром 9-й гв. вдд полковником тов. Сазоновым о порядке выдвижения дивизии на рубеж, а главное – в части немедленной организации тщательно продуманной противотанковой обороны, управления и связи,

2) отсутствие со стороны командира 33-го гв. ск генерал-майора Попова и командира 9-й гв. вдд полковника Сазонова конкретного руководства контроля и проверки отдаваемых распоряжений,

3) недостаточное умение вовремя ответить на действия противника хорошо продуманным контрманевром»[124].

Действительно, одной из главных причин того, что боевая группа «Лейбштандарт» за несколько часов рассекла оборону 33-го гв. ск на всю глубину и чуть не овладела Прохоровкой, были неумелые действия комкора И.И. Попова. Иосиф Иванович не был склонен к строевой службе, до сентября 1941 г. он преподавал тактику в одной из военных академий, это было по-настоящему его делом. Но в начале 1942 г., из-за дефицита командных кадров, многих старших офицеров из учебных заведений, тыловых учреждений и штабов направили на самостоятельную работу в действующую армию. В то тяжелое для страны и армии время было не до учета склонности каждого из офицеров. Полковник И.И. Попов был назначен командиром 135-й сд 41-й А. Хотя и с трудом, но он сумел быстро освоиться в этой должности и прослужил в дивизии с января по октябрь

1942 г. По оценке командования, за это время он зарекомендовал себя исполнительным и лично дисциплинированным офицером. Однако были случаи, когда в сложные моменты боя комдив терялся и потому требовал к себе постоянного внимания. Тем не менее в октябре 1942 г. его переводят заместителем командующего 41-й А. Должность хотя и высокая, но несамостоятельная и не давала практического опыта по управлению крупным соединением. Сделано это было, вероятно, с учетом перспективы развертывания корпусного звена. Образованных и имевших определенный боевой опыт генералов «обкатывали» на армейском уровне, чтобы потом перевести на корпус. Командиром 33-го гв. ск, который только формировался, генерал-майор И.И. Попов становится в мае 1943 г. Поэтому бой 11 июля под Прохоровкой для него был первым в новой должности. Причем действовать комкору пришлось в очень неблагоприятных условиях – с марша в бой. И не просто удерживать рубеж обороны, а отражать удар сильного вражеского бронетанкового соединения. После завершения Курской битвы генерал-лейтенант А.С. Жадов так оценил своего подчиненного:

«Тов. Попов культурный, достаточно грамотный в оперативно-тактическом отношении генерал. Его основной недостаток – отсутствие достаточного опыта в командовании таким большим соединением, как стрелковый корпус. Это положение привело к тому, что тов. Попов не всегда правильно принимал решения, не умел четко организовать взаимодействие, а главное, в сложной обстановке в тяжелые минуты боя иногда выпускал управление корпусом из своих рук, не проявляя достаточной твердости и воли.

Второй недостаток – неумение опираться на свой штаб, работа «в одиночку», сходу, без серьезной подготовки и продумывания каждого всплывающего в процессе боя вопроса.

Тов. Попов имеет опыт и склонность к преподавательской и научной работе. Партии Ленина – Сталина и социалистической Родине предан.

Вывод: должности командира стрелкового корпуса не соответствует. Целесообразно использовать на преподавательской и научной работе».

Прорыв «Лейбштандарт» к кирпичному заводу на карте штаба 9-й гв. вдд напоминал бутылочное горлышко. Он глубоко вклинился в оборону 33-й гв. ск, открыв оба фланга. В тоже время ее соседи не смогли заметно продвинуться вперед. На левом крыле в районе сел Васильевка и Андреевка его разведбатальон вел тяжелейшие бои с частями 6-го грп СС, а 1-й грп СС по-прежнему топтался на месте с полком «Дас Райх» в районе ур. Сторожевое, свх. «Сталинское отделение». Им так и не удалось сломить сопротивление русских танковых частей на правом фланге. Таким образом, при дальнейшем движении на восток угроза окружения ударного клина 2-го грп СС была вполне реальной. Поэтому штандартенфюрер Т. Виш был вынужден отдать приказ о приостановке наступления. В 19.00 в с. Лучки, где находился штаб дивизии, он лично доложил сложившееся положение командиру корпуса и отметил, что его войска смогут приступить к штурму станции лишь после того, как «Мертвая голова» прорвется через излучину Псёла и овладеет выс. 252.4. Именно с этого направления артиллерия русских ведет особенно сильный огонь.

Командир «Лейбштандарт» предложил сконцентрировать огонь всей имеющейся артиллерии: корпусной и его дивизии, перед фронтом боевой группы дивизии Приса, с тем чтобы дать ей возможность овладеть хотя бы выс. 226.6 и прилегающей к ней местностью. Это позволило бы в ночь на 12 июля перебросить на плацдарм бронетехнику, а утром нанести удар танковым клином вдоль поймы на восток. Лишь после этого «Лейбштандарт» будет готова совместно с другими соединениями корпуса перейти в наступление на Прохоровку.

П. Хауссер позвонил начальнику штаба корпуса В. Остендорфу, изложил ситуацию и поступившие предложения. После непродолжительного совещания план Т. Виша был одобрен.

В то время как шло совещание командования 2-го тк СС в Лучках, в штаб 5-й гв. ТА прибыл А.М. Василевский. Он намеревался оценить степень готовности армии к завтрашнему контрудару. Здесь его ждало неприятное сообщение. Обратимся к воспоминаниям П.А. Ротмистрова:

«Около 19 часов 11 июля на мой КП прибыл маршал А.М. Василевский. Я доложил ему о боевом построении армии и задачах, поставленных корпусам и приданной артиллерии. Он одобрил мое решение и сообщил, что у него состоялся разговор с Верховным Главнокомандующим И.В. Сталиным, который поручил ему неотлучно находиться в 5-й гвардейской танковой и 5-й гвардейской общевойсковой армиях, координировать их действия в ходе сражения и оказывать необходимую помощь. Командующему фронтом Н.Ф. Ватутину И.В. Сталин приказал оставаться на своем КП в Обояни. На корочанское направление выехал начальник штаба фронта генерал-лейтенант С.П. Иванов.

Осталось еще достаточно светлого времени, и маршал предложил осмотреть намеченные мною исходные районы 29-го и 18-го танковых корпусов.

Наш путь проходил через Прохоровку на Беленихино. Юркий «Виллис», подпрыгивая на ухабах, обгонял продвигавшиеся к фронту автомашины с боеприпасами и горючим. Навстречу медленно шли транспорты с ранеными. Кое-где на обочинах дороги стояли поврежденные грузовики и разбитые повозки.

Дорога протянулась через обширные поля пожелтевшей пшеницы. За ними начинался лес, примыкавший к селу Сторожевое.

– Там, на северной опушке леса, исходные позиции двадцать девятого корпуса. Правее будет наступать восемнадцатый танковый корпус, – пояснял я А.М. Василевскому.