Легендарная подлодка U-977. Воспоминания командира немецкой субмарины. 1939–1945 - Хайнц Шаффер

Однако, будучи способным все объяснить к их очевидному удовлетворению, я все-таки умудрился выжить и наконец нашел себя снова одетым в штатское и свободным – если можно говорить о свободе в оккупированной стране.

Теперь я прокладывал свой курс через целое море развалин, бедности, общей беды в послевоенной Германии. Это было таким же испытанием, как и прокладывать курс через Атлантику в Аргентину. Вот на этом этапе, как я уже объяснил, на улицах Дюссельдорфа я снова столкнулся с той же самой историей. Очевидно, автор книги был гораздо умнее, чем все офицеры союзных разведок, вместе взятые. Откровенные замечания сеньора Ладислава Жабо потрясли меня как совершенно смехотворные. Большинство новых сообщений содержали только разрозненные цитаты, зато в весьма сенсационном стиле. Несмотря на все это, я все-таки хотел прочитать эту книгу, и спустя некоторое время мой друг из Аргентины прислал мне ее. Она называлась «Гитлер жив».

Открыв ее, я был совершенно подавлен подзаголовком, типичным для всей книги в целом: «Новый Берхтесгаден в Антарктике». Затем шло посвящение английскому поэту Честертону. Потом следовало предисловие некоего Клементе Симорра, объявлявшего, что аргументы Жабо производят сильное впечатление и влекут справедливый вывод, что «птица с дурным знаком», Гитлер, теперь раскинула крылья над четырнадцатью миллионами километров антарктических снегов. Далее шло открытое письмо Маршаллу, Молотову, Бевину и Бидо, информировавшее их, что 16 июля 1945 года газета Буэнос-Айреса «Критика» опубликовала подробный расчет перелета Гитлера и точное расположение его укрытия. С тех пор история обрастала новыми подробностями. Наконец, Жабо призвал четыре державы преследовать немецкого диктатора до его логова, захватить его, чтобы предотвратить возрождение нацизма в Германии.

Открытое письмо, написанное в марте 1947 года, было составлено гораздо позже того, как закончились допросы Отто Вермута и меня. Однако первая глава называется «Тайна субмарины» и касается сдачи U-530 в порту Ла-Плата. Автор продолжает делать заключения, от которых, как можно вообразить, Эдгар Валласе позеленел бы от зависти.

Следующая глава связана с моим собственным кораблем, U-977, и, естественно, особенно меня заинтересовала. К сожалению, она много потеряла во впечатлении, производимом ею, потому что автор, очевидно, знает о подлодках столько же, сколько эскимос о Центральной Африке. Несколько выдержек покажут вам, что я имею в виду. Например, автор считает очень подозрительным тот факт, что на обеих подлодках был большой запас сигарет, хотя курение на подлодках строго запрещалось. Те, кто читал книгу, оценят этот факт. Дело в том, что курение запрещалось только при плавании под водой, а не в обычных условиях. Обе эти подлодки прошли под водой не только значительное расстояние, но и гораздо большее, чем кто-либо ожидал, поэтому, естественно, они вошли в гавань с большим запасом нетронутых сигарет. Наш «Шерлок Холмс» просчитался.

О численности команды Жабо пишет, что подлодки этого типа имеют команду максимум 16–18 человек. «Поэтому было также подозрительным, что мы прибыли в Аргентину с командой в 32 человека».

Остальное на том же уровне. Он пишет, что нам запрещалось пользоваться радио, чтобы не выдать своего расположения, и далее беспечно замечает, что именно по радио мы узнали о прибытии Вермута в Ла-Плату. Если первая часть книги сообщает, что или Вермут, или я везли Гитлера на борту своей подлодки, то уже во второй части звучит совсем другая нота. Теперь мы узнаем, что был, очевидно, «призрачный конвой», предположительно сопровождаемый нами, хотя мы и не осознавали задачу, которую должны выполнять. Жюль Верн просто бы восхищался таким поворотом.

Вся книга щедро иллюстрирована фотографиями Гитлера и Евы Браун, а также девушки, по-видимому дежурившей при двух мальчиках, очень похожих на Гитлера. Были снимки наших подлодок, людей, одетых в арктическую одежду, и руин рейхсканцелярии в Берлине с американскими солдатами, ищущими убежище фюрера. Имелись там и цитаты из речей Эдды Чиано, и разные другие газетные материалы, все хитро перемешанные вместе с удивительными тезисами о нашем плавании. Кроме того, там упоминалось и об экспедиции в Антарктику в 1938 году. Здесь автор достиг кульминации. «В 1938 году, – пишет он, – по приказу адмирала Деница Швабенланд заложил новый Берхтесгаден… где-то в Антарктике…» Именно туда отправился Гитлер с женой и детьми в 1945 году, а подлодки 530 и 977 должны были его сопровождать, но предпочли повернуть на север, в Аргентину. Наконец, женщина-репортер газеты из Буэнос-Айреса заявила, что брала интервью у Гитлера в Патагонии.

Гораздо серьезнее, чем эта книга, показалось мне мое открытие, что в самой Германии широко распространилось что-то вроде таинственного предчувствия, что однажды Гитлер вернется. Люди отказывались верить, что фюрер мертв, и тайком ждали, когда он вернется со своей неизвестной Эльбы. По-настоящему тревожной стороной всех этих сенсационных историй, появлявшихся из Буэнос-Айреса или Монтевидео, было то, что их авторы, пусть ненамеренно, хотели создать опасный миф, который послужил бы немцам предлогом, чтобы просто сидеть и ждать. Я не мог представить себе чего-либо более вредного для Германии, да и для всей Европы, чем подобные смутные размышления о желаемом. Бог помогает тем, кто сам себе помогает, а не тем, кто ждет, что призрак вернется из могилы, чтобы выполнить их работу.

Это основная причина, побудившая меня опубликовать правду о путешествии моего корабля, U-977. Есть и еще одна причина. Только несколько месяцев назад мы читали в мировой прессе, что субмарина «Пикерел» из США, снабженная немецким шноркелем, поставила абсолютный рекорд, находясь под водой в течение 21 дня. Если в этой связи говорить о рекордах, пусть не будет забыт подводный поход U-977, команде которой принадлежала честь выполнения одного из первых подводных путешествий на дальние расстояния в истории моря.

Что до меня, то с того самого дня, когда впервые встретился с аргентинцами, я решил, что лучше всего обосноваться в Аргентине и бежать от мира, который потерял всякое чувство порядочности. Ничто не ценится побежденным выше, чем уважительное отношение к нему победителя.

Теперь я живу в Аргентине. Под ее флагом я нашел мир и спокойствие, так нужные, чтобы написать книгу. Под южными звездами снова оживают мои воспоминания о службе на подлодках, обо всех тяжелых сражениях и о 66-дневном плавании под водой. И в Аргентину я взял с собой самое значительное, что оставила мне Вторая мировая война, – непоколебимую веру в немецкий народ.