Дочери войны - Дайна Джеффрис

Элиза поблагодарила мальчишку. Тот убежал, отсалютовав ей по-военному.

Этот жест ее развеселил. Она улыбнулась, открыла дверь и вышла. Переговорить с Элен или уйти, ничего не сказав сестре? Погода изменилась. После солнечного воскресенья небо затянули серые облака, предвещавшие угрюмый день. Ветер заставил ее вернуться за курткой. Элиза в нерешительности застыла у двери в прихожую. Наверху скрипели половицы: Элен ходила по комнате, собираясь на работу. Элиза решила ничего ей не говорить. Снова выйдя из дому, она увидела Флоранс копающейся в нижней части сада. Рано же она принялась сегодня за свои огородные дела.

– Я отлучусь ненадолго, – бросила ей Элиза, но не остановилась.

Совесть подсказывала, что нельзя так жестоко поступать с младшей сестрой, пережившей кошмарную ночь.

– Постой, ты куда? – окликнула ее Флоранс.

Элиза не ответила. Ей нельзя задерживаться. Элиза подхватила корзинку и зашагала к воротам, оставив сестру в недоумении. Вряд ли она надолго застрянет в кафе. Элен наверняка не уйдет раньше чем через полчаса, а потому Флоранс если и останется одна, то совсем ненадолго. Элиза понимала, что нарушает договоренность. Еще вчера они условились: Элен пойдет на работу, а Элиза останется дома. Но кто же знал, что она срочно понадобится Виктору? Флоранс прекрасно выдержит недолгое одиночество. Быть может, даже не заметит.

Элиза торопливо шла по деревне. Она махнула кузнецу, прошла мимо Анжелы, намывавшей окна кондитерской, где из-за отсутствия сахара прекратилась всякая торговля. Этой женщине всегда хотелось поговорить, но Элиза лишь улыбнулась ей и пошла дальше. Пройдя мимо дома доктора Уго и ратуши, Элиза подошла к кафе. Ставни заведения были плотно закрыты, не пропуская свет изнутри. Кафе выглядело пустым.

Но, войдя внутрь, Элиза увидела Виктора и еще одного партизана, которого знала только в лицо. При ее появлении они прервали свой разговор. Когда глаза привыкли к сумраку, Элиза заметила стоящую поодаль Виолетту, а также Сюзанну, жилистую блондинку, которая вместе со своим мужем Анри прислуживала немцам в отобранном у нее шато. Все собравшиеся стояли. Чувствовалось общее напряжение.

– Что случилось? – спросила Виктора Элиза. – Почему здесь Виолетта и Сюзанна?

Вопрос повис в воздухе. Затем Сюзанна, заручившись молчаливым разрешением Виктора, заговорила.

– У меня есть новости из замка, – угрюмо сообщила она.

– Понятно, – ответила Элиза, сознавая серьезность новостей и необходимость встречи в столь раннее время.

– Вчера нацисты захватили троих партизан. Те устроили засаду на немецкий снабженческий грузовик. Завязалась перестрелка. Одного немца убили.

Элиза поморщилась. Только этого еще не хватало. Вылазки партизан всегда были чреваты опасностью захвата в плен, а потому они действовали маленькими группами и знали только свою непосредственную задачу.

– Какой ужас! – прошептала Элиза, опуская корзину на пол.

– Конечно ужас. Но это еще не все.

– Что еще?

– Вскоре после нападения немцы стали прочесывать местность и наткнулись на два трупа. Трупы были искусно спрятаны, что не помешало лесному зверью их найти и частично обглодать. По форме опознали бойцов САБ.

Шок, охвативший Элизу, угрожал лишить ее самообладания. Она изо всех сил старалась сохранять бесстрастное лицо. Только Виктор и Джек знали, где спрятаны тела застреленных ею громил из САБ. Скорее всего, их-то и нашли немцы. Она украдкой посмотрела на Виктора. Тот едва заметно кивнул.

– Немцы обвинили пленных и в этом преступлении, – добавила Сюзанна. – Теперь их будут судить за тройное убийство.

Элизу замутило. Из-за нее пострадают трое ни в чем не повинных людей. Это чудовищно!

– Как понимаешь, мы должны помочь этим людям бежать, – сказал Виктор.

Он, конечно же, догадывался о ее чувствах и отчаянном желании участвовать в спасении пленных.

– Среди пленных есть женщина, – пояснила Сюзанна. – Одна из местных командиров в Доме. Сведения, которыми она обладает, ставят под смертельный удар еще нескольких командиров. Эсэсовцы ждут, когда приедет гестапо и начнет допрос, но, насколько мне удалось узнать, те приедут только завтра.

Сюзанна говорила спокойно, однако Элиза догадывалась, как тяжело дается ей это спокойствие. Все знали о жестоких методах гестаповцев.

– Значит, в нашем распоряжении только сегодняшний день?

– Вечер и ночь. На этом и строится наш план. Обе камеры охраняет всего один караульный. Немцы не опасаются проникновения, поскольку все подходы и территория вокруг замка и шато тщательно охраняются. Мы с Виктором встретимся на дне шахты, о которой немцы не знают. Оттуда есть вход в туннель. Я говорю о старинной шахте, а не о той, что пробили во время Первой мировой войны. Думаю, ты знаешь о ней.

– Напомни, – попросила Элиза.

– Это было еще до войны. Вход нашла моя собака, когда мы с тобой гуляли в окрестностях замка.

– Теперь вспоминаю.

– Надеюсь, ты не забыла, что сразу за замком начинается поросший лесом склон. Ты пошла туда и почти у самой вершины наткнулась на ветхую стену, частично обвитую плющом. Тебе пришлось перелезть через нее, а с другой стороны оказалась тяжелая круглая железная крышка, тоже обвитая плющом. Это и был вход в шахту. Вспомнила?

– Вспомнила, – ответила Элиза, живо представив себе то место.

– Нужно показать Виктору подход к шахте. Знаю, обычно ты в операциях не участвуешь, но больше некому.

– Кроме меня, – вздохнула Виолетта. – Прости, Элиза. Я тоже знаю о входе в ту шахту. Сюзанна просила меня, но я не могу оставить своего малыша.

Так вот почему Виолетта здесь. Элиза медленно выдохнула:

– Хорошо. Я пойду с Виктором.

– Я в это время буду отвлекать караульного, – продолжала Сюзанна. – Потом Виктор подойдет и вырубит его. И как только караульный окажется без сознания…

– Или мертв, – вставила Элиза.

– Да. Может быть и так. Словом, мы выпустим пленных и попытаемся незаметно пробраться в церковь. Это самая рискованная часть операции.

– Поэтому ты лишь покажешь мне дорогу и потом сразу уйдешь, – сказал Виктор.

– Выбраться из церкви несложно, – успокоила Сюзанна, продолжавшая излагать план. – Мы воспользуемся потайной каменной лестницей. Она ведет под землю, в потайную комнату в подвале шато.

– Не в ту ли, где водятся призраки? – спросила Элиза.

Ей вспомнилась история про некую Изабель, неверную жену, которую муж заключил в подвал и держал там, пока она не умерла от разрыва сердца.

– Нет, женский призрак появляется в одной из башен, – мрачно улыбнулась Сюзанна. – Освобожденные обождут в потайной комнате. Приедет гестапо, обнаружит, что пленные сбежали. К этому времени я благополучно вернусь в шато. Разумеется, немцы начнут поиски.