Никола Тесла - Олег Арсенов

Из записей изобретателя видно, что сам он никогда не был полностью удовлетворен теорией паранормального действия эфира на сознание индивидуума. Вся жизнь его была заполнена чудесным начиная с того момента, когда на испытательном полигоне в Колорадо-Спрингс в пике электроэфирного резонанса перед ним распахнулась реальность иного мира. Тут надо признать, что до самой последней возможности Тесла боролся с эзотерической трактовкой своих иррациональных чувственных восприятий, настойчиво пытаясь объяснить их механически, сводя свою сверхъестественную интуицию к чисто квантово-механической нелокальности восприятия окружающей действительности в различных внешних обстоятельствах.

Между тем неведомое все настойчивее вторгалось не только в его загадочные опыты, но и в личную жизнь. Так, когда его сестра Анжелина смертельно заболела, Тесла отправил из Нью-Йорка телеграмму, в которой говорилось:

«Мне было видение, что с Анжелиной произошла беда, ее туманный образ то появляется, то исчезает в моем сознании. Я чувствую, что происходит или вскоре произойдет что-то ужасное».

Племянник Теслы, Савва Казанович, будучи назначенным пресс-атташе югославского посольства в Нью-Йорке, при каждом удобном случае старался нанести визиты своему дяде в отеле «Нью-Йоркер». Там он долго беседовал с престарелым ученым, записывал его воспоминания. Однажды изобретатель повел речь о своих тщательно скрываемых от окружающих предчувствиях, которые он так долго, вплоть до испытания своего «глобального эфирного резонатора», не принимал в расчет и не ценил. Он говорил, что после знаменитой рукотворной грозы над Лонг-Айлендом стал чувствительнейшим приемником эфирных сигналов, приходящих со всех сторон света, и принимающим эти внешние воздействия через болезненное нарушение внутреннего покоя, подобно тому, как если бы каждый человек был похож на автомат, реагирующий на внешние управляющие сигналы, приходящие из дали эфирного пространства.

В подтверждение своих слов Тесла как-то рассказал Казановичу об удивительном сверхъестественном случае, произошедшем с ним и компанией его приятелей на Манхэттене в конце 1890-х годов. В честь одного из юбилеев открытия принципа действия генератора переменного тока изобретатель давал большой званый вечер. Провожая группу гостей из Филадельфии на вокзал, он неожиданно упал в краткий обморок и в забывчивости отчетливо увидел крушение поезда, идущего в Филадельфию. Очнувшись, Никола тут же стал горячо убеждать своих гостей отложить отъезд, ссылаясь на свое «спиритическое мощное побуждение». В конечном счете изобретателю удалось задержать своих гостей — они взяли билеты на другой поезд, ну а предыдущий состав действительно сошел с рельсов, и в этой железнодорожной катастрофе пострадало много пассажиров.

Эфирные оболочки «холодного электричества».

После смерти матери Тесла болел несколько недель. Когда наконец-то смог вставать и двигаться, он навестил своих родственников в Белграде, где получил теплый прием благодаря своей мировой известности, а потом отправился в Загреб и Будапешт. Когда Тесла был ребенком, его приводила в восторг взаимосвязь молнии и дождя. Во время этой поездки, блуждая по своим родным горам, он пережил нечто, что глубоко повлияло на него как на ученого.

«Я искал укрытия от надвигающейся бури, — вспоминал он позднее, — небо покрылось темными тучами, но дождя все еще не было, совсем внезапно блеснула молния, и несколькими мгновениями позже хлынул ливень. Это наблюдение погрузило меня в размышления о том, что они были связаны как причина и следствие, и небольшое раздумье привело меня к заключению, что электрическая энергия, заключенная в выпадении воды, была незначительной, а функция молнии в большей степени соответствовала чувствительному пусковому механизму.

И в этом заключалась возможность достижения огромной важности. Если бы мы смогли получать грозы требуемой мощности, то вся планета и условия существования на ней изменились бы. Солнце поднимает воду морей и океанов, а ветры переносят ее в отдаленные районы, где она остается в состоянии очень тонкого равновесия. Если бы в нашей власти было пролить ее там и тогда, где и когда мы бы захотели, эта поддерживающая жизнь среда была бы под управлением нашей воли. Мы смогли бы орошать засушливые пустыни, создавать озера и реки и обеспечивать движущую силу, энергию в неограниченных количествах.

Если учесть открытую мною возможность воздействовать мозговым волновым излучением на эфирные тела, которые потом перевоплощаются в природные явления, то можно смело предречь, что когда-нибудь человек будущего сможет метать молнии и обрушивать потоки атмосферной влаги подобно олимпийским богам».

Разумеется, исследования резонансов электрического эфира и порождаемых ими сверхвысокочастотных токов, которые проводил великий изобретатель, далеко не ограничивались мистикой призрачных эфирных образований. В своих биографических заметках, вышедших сразу же после смерти гениального «волшебника электричества», О’Нил писал:

«На протяжении всей своей жизни Тесла был твердо убежден в терапевтической ценности того, что он называл „холодным огнем“, как для освежения ума, так и для очищения кожи. На самом деле кистевой разряд или коронарный от маломощного терапевтического оборудования, как казалось, действительно усиливал деятельность мышц, мог улучшить циркуляцию, а также производил озон, который мог оказывать мягкое стимулирующее действие при вдыхании его в небольших концентрациях. У изобретателя также были надежды на психосоматические эффекты и электроанестезию. Он предложил помещать провода высокого напряжения в классных комнатах под пол, чтобы стимулировать учеников. Для того чтобы артисты перед выходом на сцену могли настроиться, он организовал установку высоковольтной комнаты для переодевания в нью-йоркском театре».