Весна и осень чехословацкого социализма. Чехословакия в 1938–1968 гг. Часть 1. Весна чехословацкого социализма. 1938–1948 гг. - Николай Платошкин

Пока два пехотных батальона бригады вели ожесточенные бои к югу от Белой Церкви, с севера на этот город в составе 74-й советской дивизии наступали танковый батальон и одна из батарей бригады. 3 января 1944 года бригаде был передан приказ, согласно которому она опять переводилась в резерв.

Всего в ожесточенных боях под Киевом бригада потеряла 66 человек убитыми, в том числе пять коммунистов, 270 ранеными, 75 пропавшими без вести, а также четыре танка, три автомобиля, четыре противотанковые пушки, одну гаубицу, четыре миномета, 16 противотанковых ружей, 11 тяжелых и 24 легких пулемета. Сама бригада уничтожила до 1050 немцев, пять САУ, 17 танков, три самолета, четыре батареи тяжелых орудий, 52 тяжелых и 63 легких пулемета, 67 автомобилей^[199].

Свобода вернулся в бригаду 1 февраля 1944 года в звании бригадного генерала. Вместе с ним приехала группа прибывших из Англии офицеров, 11 человек. Эмигрантское правительство в Лондоне всеми силами пыталось сохранить свое влияние в бригаде, которое таяло с каждым днем.

Несмотря на тяжелейшее положение на фронте, советское руководство и лично Сталин уже осенью 1943 года по просьбе Бенеша выразили готовность помогать в оснащении и вооружении чехословацкой армии не только во время войны, но и после нее.

14 октября 1943 года посланник в Москве Фирлингер писал Бенешу: «1. Как я уже докладывал в свое время, Советы решили предоставить нам максимальную поддержку при организации наших частей и, естественно, в случае возможной (боевой) акции дома и при строительстве нашей будущей армии. Они предоставят в наше распоряжение все необходимое снаряжение и вооружение и уже сегодня по предложению Пики дают нам запрашиваемое вооружение из трофейного материала. 2. Они с удовольствием предоставят нам униформы нашей армии и готовы уже сейчас предпринять для этого все меры, указывая на неблагоприятное впечатление дома, если бы наша армия пришла туда в чужой форме…»^[200]

Бенеш был искренне благодарен за эту помощь и писал в ответе Фирлингеру: «Прошу передать мою искреннюю благодарность за обещанную помощь… Это очень важно в настоящее время и с военной, и с политической точки зрения… Полностью согласны с предложением о предоставлении нашей формы… Нас приятно удивило желание разрешить нам носить нашу форму. Повторяю: спасибо»^[201].

Между тем, пока бригада Свободы активно сражалась на советско-германском фронте, «английская бригада» чехословацкой армии на Британских островах томилась от безделья. С 15 по 23 августа 1942 года она охраняла один участок английского побережья, на юге, потом другой – на востоке. С января 1943 года участок охраны опять сменили: теперь это было снова южное побережье, в районе Феликстоу-Уолтон^[202]. Но всем было понятно, что в то время, когда вермахт увяз под Сталинградом, никакой, даже демонстративной высадки немцев в Англии ожидать не приходилось.

Чехословаки развивали активные связи с местным населением, в том числе и с женщинами, для которых «чехи» были «экзотикой». Футбольная команда бригады баловала англичан товарищескими матчами, а бригадный хор – мелодичными чешскими песнями.

В августе 1943 года, как уже упоминалось, в Ливерпуль прибыла чехословацкая часть из Северной Африки. Она влилась в бригаду, и Ингр немедленно потребовал от англичан преобразовать ее в бронетанковую. Надо было во что бы то ни стало упредить в этом «русскую бригаду» Свободы и желательно еще и получить больше танков, чем у «русских» чехословаков.

1 сентября 1943-го была учреждена Чехословацкая самостоятельная бронетанковая бригада под командованием генерала Лишки. Правда, бригада все же не дотягивала по личному составу до штатов реальной бронетанковой бригады британской армии. А сколь-нибудь осязаемого притока пополнения не было.

В бригаду входили два танковых батальона, моторизованный батальон, артиллерийский полк, дивизион противотанковых средств, зенитная батарея и вспомогательные подразделения. На вооружение поступили устаревшие британские танки «Крусейдер», «Кромвель», затем американские танки «Шерман» и легкие разведывательные танки «Стюарт».

Бригаду переместили вглубь Англии севернее Нортхэмптона и начали обучать.

Что касается национального состава, то в офицерском корпусе преобладали чехи – 324 человека. Словаков было всего 19, немцев девять, венгров двое. Среди сержантов и солдат чехов было 2303, словаков – 721, немцев – 460, венгров – 117, украинцев – 39^[203]. 38,9 % военнослужащих были рабочими, много, особенно среди офицеров, было госслужащих (25,95), а также учителей и студентов (10,7 %).

В бригаде поначалу тяжело приходилось немцам и евреям. Над ними нередко издевались офицеры. Немцам, в частности, доставалось за то, что большинство из них очень плохо знали чешский язык. Бригадная организация коммунистов, опиравшаяся примерно на 400-500 бойцов, старалась бороться с национальными предрассудками, тем более что среди немцев и евреев коммунистов как раз было много.

Партийные ячейки коммунистов были в каждом подразделении бригады. Однако среди чехословацких летчиков преобладали офицеры с довоенным стажем, и тут позиции коммунистов были слабыми. Наземный же персонал в чехословацких эскадрильях был в основном британским.

Зато коммунисты численно доминировали в различных чехословацких общественных организациях, возникших в Великобритании, – Совете чехословацких женщин, Чехословацкой профсоюзной группе, Союзе чехословацких интербригадовцев, Обществе культурных и экономических связей с СССР. В 1942 году в Лондоне был основан Союз чехословацких военных усилий, который объединил практически все общественные организации. Союз активно собирал средства в пользу Красной армии. Например, 19 августа 1942 года советскому посольству было вручено 1800 фунтов стерлингов от Совета чехословацких женщин. Среди чехословацких рабочих на военных заводах Англии даже возникла «стахановская группа», перевыполнявшая нормы выработки.

Руководство КПЧ и посольство СССР в Лондоне были прекрасно осведомлены обо всем, что творится в правительстве Бенеша и в госсовете, так как многие министры считали своим долгом постоянно информировать КПЧ о важнейших событиях. Бенеш и Масарик говорили англичанам, что часто узнают о мнении госсовета позже, чем советское посольство в Лондоне.

В 1943 году, когда Бенеш активно пытался заключить договор с СССР, его популярность среди офицеров бригады сильно упала. Президента стали обвинять в том, что он «продался большевикам». В этих условиях именно коммунисты, как это ни парадоксально, стали опорой Бенеша в частях бригады, разъясняя смысл внешней политики президента.