Джон Рокфеллер. Промышленник и филантроп - Аллан Невинс

В требовании quo warranto процесса Союз нефтепромышленников изложил свои обиды губернатору Хартранфту, на которого описание огромной власти «Стандард ойл» произвело столь сильное впечатление, что он спросил: «Как это могло произойти?» По его предложению представители Регионов составили меморандум, который отображал изменчивую историю нефтяной промышленности с 1872 года. Одновременно они потребовали созыва внеочередной сессии Законодательного собрания – это был не более чем жест. Министр юстиции санкционировал выдачу судебных повесток на quo warranto процесс против «Юнайтед». Судья Чарльз Э. Тейлор выдал их, и вскоре начались судебные слушания. В их ходе представители Регионов далеко не продвинулись. Они столкнулись с процессуальными отводами и бесконечными отлагательствами.

Поэтому известные нефтепромышленники в письме на имя министра внутренних дел Уильяма Маккэндлисса официально обвинили железнодорожные компании и «Стандард ойл» в установлении дискриминационных тарифов на фрахт. Последовал ряд судебных слушаний, в ходе которых прозвучали многочисленные негодующие заявления свидетелей. Однако после их изучения 14 октября 1878 года министр заявил, что эти обвинения «не обоснованы должным образом, чтобы принимать меры». Это заявление вызвало в Регионах новый прилив ярости. В разных городах демонстранты несли макеты с изображением повешенного Маккэндлисса.

Взрыв возмущения в Регионах отозвался эхом по всей стране. Министр юстиции представил в суд справедливости законопроекты в отношении «Пенсильвании», «Атлантик энд Грейт-Уэстерн», «Лейк шор» и «Юнайтед пайп лайнс», обвинявшие их в незаконном объединении с целью контроля над нефтяной промышленностью и в отказе предоставлять справедливые транспортные услуги. Он требовал соответствующих санкций.

Публичные слушания по этим искам начались в начале 1879 года с участием главного дознавателя Дж. Б. Швейцера и прошли, с точки зрения производителей нефти, успешно. Наружу вышла вся история специальных тарифов, практиковавшихся до и сразу же после ликвидации «Эмпайр». Она произвела на публику глубокое впечатление. Откровения относительно размеров корпорации «Стандард ойл», о ее функциях, приобретенных в качестве «пользователя» железных дорог, о больших возвратных пошлинах, скидках и особых уступках со стороны железнодорожных компаний вызвали в обществе изумление и негодование.

Тревожный набат звучал между тем и в других штатах. Законопроект о свободных трубопроводах пробился в Законодательное собрание Нью-Джерси, но его рассмотрение было отложено, видимо под предлогом неконституционности законопроекта. Законодатели Западной Виргинии, настроенные более серьезно, решили провести расследование по вопросу о железнодорожных тарифах, которое начиналось с учреждения в 1877 году объединенной комиссии по расследованию тарифов на турпоездки и транспортировку грузов.

К марту 1879 года расследование железнодорожных тарифов началось в Огайо. Пэйн, взявший на себя защиту интересов «Стандард ойл», был встревожен. Он обнаружил, что обсуждение этого вопроса переместилось из комиссии по железным дорогам, где у него имелись доброжелатели, в комиссию по корпорациям – «весьма недружественную». В результате его маневров дознавание было возвращено в первую комиссию. «Это передаст расследование в руки друзей и, вероятно, не нанесет нам большого вреда», – писал он 5 марта Рокфеллеру. И был прав. Дело обошлось малыми издержками. «Стандард ойл» удалось обеспечить поддержку таких независимых членов комиссии, как Джеймс Корригэн. Во избежание вызова в суд в Нью-Йорке Рокфеллер ответил на вопросы, касающиеся его бизнеса, но ответы на них передал в письменном виде.

Однако Флэглер ездил в начале мая в Колумбус давать показания. «Меня допрашивали в присутствии восьми из девяти членов комиссии, и полагаю, что каждый из них был полностью удовлетворен ответом, что, какие бы услуги железнодорожные компании ни оказывали другим, у нашей компании не было контракта, предусматривавшего дискриминацию или скидки в перевозке грузов». Поразительное заявление. Оно, несомненно, отражало теорию, которую теперь развивал Флэглер. Она заключалась в том, что преимущества, приобретенные «Стандард ойл», были, по существу, «комиссионными» за услуги корпорации в качестве «пользователя» или за стабилизацию транспортировки нефти по железным дорогам.

Наиболее примечательное из первых дознаний законодателей, «большое расследование Хепберна», было проведено по возвращении Флэглера из Колумбуса после продолжительных возмущений; результатом его стал меморандум, составленный рядом компаний в Нью-Йорке и поддержанный мэром города Эдвардом Купером, попросившим ассамблею штата расследовать практику железнодорожных тарифов. Комиссию девяти, назначенную ассамблеей, возглавил энергичный и проницательный молодой законодатель Алонсо Бартон Хепберн.

Первые шаги в расследовании были предприняты комиссией Хепберна в феврале 1879 года. Реальные слушания начались 12 июля в Нью-Йорке с участием в качестве первого свидетеля главного менеджера по фрахту компании «Нью-Йорк централ». Слушания произвели огромное впечатление на общество, поскольку показания давали многочисленные независимые производители нефтепродуктов и посредники, а также потому, что комиссия вызвала давать показания за трибуной Джюитта, Вандербильта, Виласа (из «Эри»), Пратта, Арчболда, Роджерса, Боствика и Флэглера. Как для железнодорожных компаний, так и для «Стандард ойл» слушания имели катастрофический исход – по крайней мере, в части влияния на общественное мнение.

Пока в штатах Нью-Йорк и Пенсильвания рассматривали законопроекты о свободных трубопроводах, корпорация наняла в Олбани платного адвоката А.Н. Коула. Это было ужасно словоохотливое, хвастливое и малопригодное существо, но весьма старательное. Флэглер оплачивал деньгами «издержки» борьбы с законопроектами. В штате Нью-Йорк он послал 10 000 долларов Бланшару из «Эри» и предлагал еще 5000 долларов. В другом штате он выдал кредит «Пенсильвании», чтобы «дать ей возможность расплатиться за некоторые дела в Харрисбурге». Через полтора года Уорден писал в некоторой растерянности Рокфеллеру об одном политике из Пенсильвании, который нуждался в 15 000 долларов. Уорден «одолжил» ему треть этой суммы и не знал, одалживать дальше или нет. «Мне кажется, что господин Квэй мог бы принести нам большую пользу в этом штате, – жаловался Уорден, – но он ужасно дорого стоит».

Согласно тогдашнему обыкновению, «Стандард ойл» не брала на себя в политических делах обязанностей больше тех, что можно было бы определить как осмотрительную роль. Железнодорожные компании были гораздо активнее. Но Рокфеллер и его партнеры, когда подвергались нападению, ни в коей мере не вели себя как застенчивые непротивленцы.

Расследования в Пенсильвании и работа комиссии Хепберна вслед за попытками принять законы о свободных трубопроводах и жесткой пропагандой сторонников Регионов произвели обширный эффект. Общественность была возбуждена. Вдумчивые наблюдатели не упустили возможности заметить, что «Стандард ойл» взыскивала возвратные пошлины как с посторонних грузоотправителей, так и своих. Они мрачно констатировали, что однажды удерживалась пошлина за транспортировку 30 000 баррелей нефти в течение двух месяцев. Такая практика выглядела как возрождение схемы ненавистной «Саут импрувмент компани». Требования введения эффективного законодательства в отношении железных дорог резко усилились.