Дипломатия России. Опыт Первой мировой войны - Станислав Чернявский

Трудно сказать, насколько объективной была подобная самооценка, поскольку российский посланник в Греции Елим (Элим) Павлович Демидов не отличался большим усердием в работе.

Он происходил из знаменитого рода купцов и промышленников Демидовых. Увлекался шахматами и активно поддерживал международное шахматное движение.

Попытка родственников приобщить его к семейному делу не удалась. Демидов трижды бывал в Нижнем Тагиле, но в заводские дела не вникал, приходя в ужас от пыли, жара и шума. Семья выбрала для него службу в Министерстве иностранных дел, к которой он относился весьма легкомысленно. Службу начал с того, что четыре дня пропадал на охоте. Тем не менее, в 1894 г. получил назначение в посольство в Лондоне, а в 1897 г. стал вторым секретарем посольства, продвигаясь в придворных чинах от надворного советника до камер-юнкера. В 1901 г. являлся егермейстером императорского двора в Санкт-Петербурге, но в 1902 г. вернулся в МИД, получив назначение на должность первого секретаря посольства в Мадриде, а в 1903 г. – первого секретаря посольства в Копенгагене. С 1905 по 1908 гг. служил первым секретарем посольства в Вене.

В 1911 г. получил назначение на должность советника посольства в Париже, а с 1912 г. командирован посланником в Грецию в чине действительного статского советника¹⁴¹.

Длительное время для русских дипломатов все в Греции, включая политическую и дипломатическую жизнь, «вертелось» вокруг греческого двора. Король Греции, Георг I (1845–1913), по происхождению датский принц, брат русской императрицы Марии Федоровны и английской королевы, посаженный на трон в 1863 г., ловкий и циничный правитель, уверенно лавировал между политическими течениями и международными силами. Он относился к своему королевству весьма легкомысленно и каждый год уезжал на отдых во Францию, предаваясь там приятному времяпрепровождению.

Королевой Греции являлась великая княгиня Ольга Константиновна (1851–1926) – не менее яркая и колоритная личность, чем супруг. Дочь генерал-адмирала и великого князя Константина Николаевича (1827–1892), она продолжала и после замужества считать себя русской великой княгиней. По натуре добрая и религиозная женщина, она бесцеремонно, «по-матерински», вмешивалась в жизнь многочисленной русской колонии и русской дипломатической миссии. Особым ее вниманием пользовалась русская Средиземноморская эскадра, постоянно зимовавшая в Пирее. Королева чуть ли не ежедневно появлялась на кораблях и часто устраивала там многочисленные приемы и обеды. Более того, она считала себя вправе давать «ценные указания» адмиралу А. А. Бирюлёву, как командовать флотом, и невероятно баловала русских матросов.

Приглашала их, например, во дворец на чаепитие, что вызывало неудовольствие короля-супруга и адмирала Бирюлёва, считавшего, что все эти заигрывания серьезно подрывают дисциплину в эскадре. Повышенное внимание греческой королевы к своим соотечественникам оскорбляло национальное чувство греков и мало способствовало поднятию русского престижа в Греции.

Не менее сложными у нее были отношения и с русскими посланниками. Ольга Константиновна считала русскую миссию филиалом своего двора и еще более бесцеремонным образом, нежели в дела флота, вторгалась в прерогативы русских дипломатов, диктуя им свою волю. Недаром предшественник Демидова на посту посланника в Афинах барон Р.Р. Розен называл русскую миссию «придворной конторой» королевы Греции. Греческий и петербургский дворы связывали многочисленные браки: кроме королевы Ольги, в Афинах появились великая княгиня Елена Владимировна, вышедшая замуж за королевича Николая, а греческая принцесса Мария вышла замуж за великого князя Георгия Михайловича. Оба двора вели между собой оживленную переписку – чаще всего через головы своих дипломатов, так что фактически между Афинами и Петербургом велась двойная дипломатия, причем официальная нередко уступала.

Многие беженцы, прибывавшие в Грецию, имели при себе деньги или аккредитивные письма. Тем не менее, ввиду прекращения размена рублей, они все же обращались к содействию представителей миссии. Во избежание лишнего проезда в Афины и опасения опоздать к пароходу прибывавших русских направляли к российскому генеральному консулу, находившемуся в портовом городе Пирее (расстояние от Пирея до Афин 11 км).

В последующие месяцы заботу об оказании помощи беженцам переложили на генерального консула в Салониках, куда направился основной поток русских, прибывавших из южных итальянских портов. В общей сложности миссия и консульские учреждения в Греции за четыре месяца 1914 г. оказали помощь не менее 12 тыс. беженцев.

Несмотря на военные действия, развернувшиеся между Австро-Венгрией и Сербией¹⁴², некоторые, «особо храбрые» русские беженцы стремились из Западной Европы проехать в Россию через сербскую территорию. Не будучи в силах предоставить им даже элементарные удобства, сербские власти решили перевозить русских бесплатно по железной дороге от греческой до болгарской границы. Администрация железных дорог, по просьбе российской миссии, предоставляла им прямые поезда для следования по всей Сербии без пересадки, от греческой границы (пограничный пункт Гевгели) до болгарской (Цариброд).

Этим воспользовались несколько тысяч человек.

Миссия выдавала особо нуждающимся лицам денежные пособия на питание в пути и покупку железнодорожных билетов в Болгарию. С учетом полного отсутствия свободных жилых помещений в городе Нише, в котором русские делали краткую остановку, консульские работники стремились обеспечить им хотя бы минимальные удобства.

Коллектив российской миссии в Сербии оказался в сложной ситуации, связанной не только с военными действиями, но и с трагическими внутренними событиями, произошедшими в канун войны. 10 июля 1914 г. во время визита к австрийскому посланнику в Белграде барону фон Гизлю глава русской миссии Николай Генрихович Гартвиг скончался от инфаркта. Сербская пресса немедленно обвинила персонал австрийской миссии в преднамеренном отравлении русского посланника. По просьбе сербского правительства Гартвига похоронили в Белграде. На его похоронах присутствовали многие высшие должностные лица страны, включая премьер-министра Н. Пашича.

Чрезвычайный Посланник и Полномочный Министр Н.Г. Гартвиг родился в 1857 г. в грузинском Гори в небогатой дворянской семье военного врача, обрусевшего немца. В 1875 г. поступил на службу в Азиатский департамент МИДа. Продолжительное пребывание на посту директора Азиатского департамента, ведавшего, в том числе, подбором кандидатов из балканских славян на получение российских стипендий, сформировало в славянских землях огромный круг его «воспитанников», сторонников, почитателей и друзей.

Заграничная работа Гартвига также началась на Балканах – первая командировка в столицу Черногории Цетинью, а затем служба консулом в болгарском Бургасе. Все это повлияло на формирование его политических взглядов.

Несмотря на существующие у дипломатов ограничения, Гартвиг регулярно выступал со статьями в нацио-налистически-славянофильской газете «Новое Время». В них он критиковал политику России в отношении стран Ближнего Востока и балканских государств как «маловыразительную и мягкотелую», призывая к жесткости в отношении Турции и Австро-Венгрии.