Арктические конвои. Северные морские сражения во Второй мировой войне - Брайан Б. Шофилд

Находясь в своем штабе в Киле, Шнивинд время от времени получал сообщения о продвижении конвоя. В девять часов утра о его прохождении доложила «U-601», часом позже его заметил возвращавшийся на базу самолет. В полдень из Берлина еще не было никаких указаний, но на всякий случай он объявил кораблям часовую готовность. И только в 2.15 Шнивинд получил по радио сообщение: «Восточный фронт, 1700». Это было подтверждение Дёница на выход в море военных кораблей. Цифры означали время выхода группы. Позже его изменили на семь часов вечера, чтобы адмирал Бей и его офицеры успели перейти с «Тирпица» на «Шарнхорст». Судя по тому, что он не сделал это раньше, можно предположить, что он не ожидал приказа на выход в море. В 2.20 снова поступило сообщение от «U-601» о скорости и курсе конвоя, содержавшее также информацию о погоде: «Ветер южный силой 7 баллов (до 33 узлов), дождь, видимость 2 мили». По получении этой информации Шнивинд позвонил в Берлин и предложил отложить операцию, мотивируя это решение отсутствием воздушной разведки и неблагоприятной погодой. Он предложил атаковать конвой силами эсминцев, оставив «Шарнхорст» в качестве прикрытия, но Дёниц и слушать не хотел об изменении своего плана. Несмотря на полученный отпор, Шнивинд дал Бею достаточно широкие полномочия:

«1. Групповая атака на конвой будет произведена «Шарнхорстом» и 5 эсминцами на рассвете 26 декабря (примерно в 11.00).

2. Согласованная атака будет произведена только при благоприятных обстоятельствах (погода, видимость, точная информация о противнике).

3. Если условия будут неблагоприятными, эсминцы должны атаковать самостоятельно; «Шарнхорст» останется в стороне, а если будет сочтено целесообразным, то на выходе из фьорда».

У немцев не было самой важной составляющей успешной атаки – точной информации о противнике.

Немецкие корабли вышли в море в соответствии с приказом и взяли курс на север, поддерживая скорость 25 узлов. Тяжелый «Шарнхорст» шел хорошо, однако эсминцы трепало нещадно. Незадолго до полуночи Бей нарушил радиомолчание и доложил группе «Север», что вышел в район операции, но погодные условия ограничивают действия эсминцев, и он вынужден снизить скорость.

Шнивинд ответил, что, если эсминцы не могут действовать, Бею следует рассмотреть возможность линкорской акции «Шарнхорста». Термин «линкорская акция» обозначает тактические действия линкоров в океанской войне и вряд ли применим для нападения на хорошо защищенный конвой. Но право принять окончательное решение было предоставлено командиру группы. Примерно в это время Бей получил напутственное послание от Дёница, в котором ему предлагалось «использовать сложившуюся ситуацию, проявив опыт и мужество, не позволить загнать себя в ловушку, суметь при необходимости вовремя выйти из боя, немедленно уходить при встрече с превосходящими силами противника». Представляется странным, что Дёниц счел необходимым давать такие указания, учитывая, что он был совершенно уверен в Бее. (В своих мемуарах он называл Бея «превосходным офицером, обладающим значительным военным опытом, который прекрасно справлялся со своими обязанностями на всех занимаемых постах».) А приказ выходить из боя при встрече с превосходящими силами противника имел печальное сходство с тем, который связал по рукам и ногам Кумметца годом раньше.

Бей уже совершил первую ошибку, нарушив радиомолчание. Как было упомянуто ранее, он послал сообщение о прибытии в заданный район, которое, собственно говоря, ему ничего не дало. Зато его засекли англичане и сделали вывод, что «Шарнхорст» вышел в море. Эту информацию сразу же передали адмиралу Фрейзеру, который получил ее рано утром 26 декабря. По состоянию на 4.00 этого переломного дня в районе действия сложилась следующая ситуация:

а) конвой RA-55A находился в 220 милях к западу от острова Медвежий и двигался в западном направлении со скоростью 8 узлов. О его местонахождении противник не знал;

б) конвой JW-55B находился в 50 милях к югу от острова Медвежий и двигался в направлении восток-северо-восток со скоростью 8 узлов. За ним шла подводная лодка «U-601»;

в) крейсеры вице-адмирала Бурнетта находились в 150 милях к востоку от конвоя JW-55B. Корабли шли на юго-восток со скоростью 18 узлов;

г) корабли прикрытия адмирала Фрейзера находились в 220 милях к юго-западу от конвоя JW-55B и шли на восток со скоростью 24 узла. Скорость была увеличена немедленно после получения информации о «Шарнхорсте»;

д) в 100 милях к юго-востоку от конвоя находился «Шарнхорст» и эсминцы «Z-29, -30, -33, -34, и -38». Немецкие корабли шли в северном направлении со скоростью 25 узлов.

В 4.01 адмирал Фрейзер снова нарушил радиомолчание. Он передал приказ адмиралу Бурнет-ту и старшему офицеру эскорта конвоя JW-55B доложить о своем местоположении и сообщил им ориентировочные координаты своих кораблей. В условиях плохой видимости было исключительно важно, чтобы офицеры каждой группы кораблей знали, где находятся остальные. Конечно, при этом был риск выдать свое местонахождение противнику, но с ним приходилось мириться. Судя по всему, немцы не перехватили это сообщение. В 6.28 адмирал Фрейзер снова вышел в эфир. Он приказал конвою следовать северо-восточным курсом, чтобы затруднить «Шарнхорсту» процесс поиска, а крейсерам – идти на сближение с конвоем.

В течение ночи Бей получил несколько запоздавших донесений о перемещениях конвоя. Из одного из них, переданного накануне в 15.10, он узнал, что радарный поиск не обнаружил кораблей противника в радиусе 50 миль от конвоя. Из поступившей в его распоряжение информации Бей рассчитал, что к 6.30 его корабли будут находиться примерно в 30 милях от цели. Поэтому в семь часов, полагаясь на собственные неверные расчеты или не точные сообщения с подводных лодок, он повернул корабли на юго-запад, после чего приказал эсминцам выдвинуться вперед на 10 миль, рассредоточиться и приступить к поискам конвоя. Поскольку шторм разошелся не на шутку, корабли снизили скорость до 10 узлов. Конвою повезло: немцы разыскивали его не там, где он находился в действительности.

В 8.40 радар флагманского корабля Бурнетта «Белфаст» засек «Шарнхорст» на расстоянии 17,5 мили. Он оказался между крейсерами и конвоем в 30 милях к востоку от конвоя. По неизвестной причине в 8.20 Бей внезапно повернул «Шарнхорст» на север, резко увеличив скорость. Командиров эсминцев он не поставил в известность о своих планах. Теперь «Шарнхорст» шел навстречу британским крейсерам, причем расстояние между ними быстро сокращалось. В 9.21 на «Шеффилде» увидели противника на расстоянии 6,5 мили, спустя три минуты было выпущено несколько осветительных снарядов, а в 9.29 корабли Бурнетта открыли огонь и пошли на сближение. При этом секторы обстрела двух ведущих кораблей оказались временно перекрыты, и на передовую выдвинулся «Норфолк». Его второй и третий залпы попали в цель, причем один из снарядов уничтожил носовую радарную установку. Нападение явилось для Бея полной неожиданностью, но уже через несколько секунд он начал принимать меры по спасению. «Шарнхорст» резко увеличил скорость и стал уходить на юго-восток. Оторвавшись от врага, линкор вернулся на северо-восточный, а потом на северный курс. Очевидно, Бей хотел обойти вражеские крейсеры и снова вернуться к конвою. Это предвидел Бурнетт. Сперва он проследовал за противником на юго-восток, но понял, что при таких погодных условиях тяжелый «Шарнхорст» имеет большое преимущество перед легкими британскими крейсерами, поэтому приказал прекратить преследование и возвращаться к конвою, рассчитав курс так, чтобы подойти к нему с юго-востока.