Вместе с флотом. Неизвестные мемуары адмирала - Гордей Левченко

Чувствовалось, что его ум больше всего занимает в данное время одна задача – спасение Севастополя от нападения с суши. Уезжая, вице-адмирал заявил, что в данное время оперативная группа остается, но очевидно, в ближайшее время целесообразнее будет передать ее войска командующему Приморской армией.

Конечно, такое решение было бы самым верным». (П.И. Батов «В походах и боях». Воениздат, М., 1966 г., изд. 2-е, стр.125–126).

Насколько трудно было в боях за Ишунь П.И. Батов пишет:

«Еще 25 октября мы лишились одного из самых ревностных и активных участников обороны Ишуньских позиций. Майор Баранов получил предписание явиться в штаб армии для получения нового назначения.

Ему предстояло принять в командование бронепоезд (речь шла о выделении мною для 51 армии бронепоезда из состава Черноморского флота).

Это еще лишний раз говорило о том, что вице-адмирал Г.И. Левченко деятельно готовится к обороне Севастополя пока мы на севере еще сдерживаем врага. (Там же, стр.130–131).

В связи с тем, что командующий Черноморским флотом адмирал Октябрьский убыл 28 октября на эсминце в Поти, мне пришлось все вопросы, связанные с обороной Севастополя решать с начальником штаба флота контр-адмиралом Елисеевым Иваном Дмитриевичем.

С ним было работать очень хорошо. Почти всю свою флотскую службу он провел на Черном море. Командовал кораблем, был отличным штурманом. В должность начальника штаба флота вступил с начала войны. И.Д. Елисеев прекрасно знал театр военных действий, отлично разбирался в оперативных и тактических вопросах, хорошо знал командиров соединений, кораблей и частей. Точный, исполнительный И.Д. Елисеев был прирожденным штабистом. Его высокие личные качества были хорошо известны адмиралам и офицерам Черноморского флота, Иван Дмитриевич пользовался заслуженным авторитетом также среди генералов и офицеров армии.

Еще в период боев под Симферополем произошла интересная встреча на участке боевых действий 7-й бригады морской пехоты. О ней рассказывал командир этой бригады Е.И. Жидилов в своей книге «Мы отстаивали Севастополь».

«На полпути нам встречается штабная «эмка», из нее выходит высокий худой генерал в пенсне.

– Вы полковник Жидилов?

– Так точно, – отвечаю, недоумевая, откуда он меня знает.

– Что с вами? – спрашивает генерал, заметив, что я запачкан кровью и весь в пыли. Рассказываю ему о своей встрече с немцами. – У вас есть карта?

Достаю из полевой сумки карту. Генерал предлагает подробно изложить обстановку. Выслушав меня, он прямо на моей карте пишет приказ: «Командиру 7-й БМП полковнику Жидилову.

Вверенной вам бригаде к утру 31 октября занять рубеж: Княжевичи, Стары Лезы, перехватывая дороги, идущие от Саки. 510-й и 565-й артполки к утру 31 октября выйдут на рубеж Софиевки.

Генерал-майор Петров. 16 час.45 мин.»

– Вы теперь переходите в мое распоряжение. Артполки, которые я указал, будут поддерживать вашу бригаду». (Е.И. Жидилов «Мы отстаивали Севастополь». Воениздат, 1960 г., стр. 50–51).

Командный пункт 7 бригады морской пехоты был размещен на склоне кургана, в четырех километрах от деревни Тобо-Чограк.

На КП бригады я прибыл вместе с начальником Политуправления Черноморского флота Бондаренко. Нас встретил Е.И. Жидилов и комиссар бригады Яхлаков.

Вот что рассказал об этой встрече в своей книге Е.И. Жидилов:

«Солнце уже клонилось к закату, когда нас навестил вице-адмирал Гордей Иванович Левченко, Главнокомандующий войсками Крыма:

– Как воюем, Евгений Иванович? Докладываю ему о важнейших событиях за день:

– Сейчас выполняем приказ генерала Петрова, прикрываем дорогу на Симферополь.

– Он и у вас побывал? Вот вездесущий!

Левченко читает приказ, написанный Петровым на моей карте, одобрительно кивает головой. Просит меня показать где и как закрепились батальоны.

– Да не по карте, – морщится он, – в натуре хочу посмотреть.

Вместе объезжаем передний край нашей обороны. Адмирал то и дело останавливает машину: советует: – Вот это место, пожалуй, самое опасное, сосредоточьте здесь побольше артиллеристов, а тут, учтите, противник возможно будет скапливаться для атаки, пристреляйте сюда минометы.

Прощаясь, адмирал предупреждает:

– Держитесь, моряки, не забывайте: на главное направление вы поставлены». (Там же, стр. 54).

Этой же ночью 31 октября в глинобитном сарае на окраине Сарабуза на КП Приморской армии генерал И.Е. Петров в узком составе Военного Совета армии принял решение отходить на Севастополь. Он говорил – в Керчи нам делать нечего, наш тыл – Севастополь.

1 ноября на совещании командиров дивизий в Экибаше штаб Приморской армии подготовил боевой приказ, подписанный после совещания командармом И.Е. Петровым, Приморская армия должна была выйти на р. Альма.

На этой реке, несущей свои воды с холмов Бахчисарайского плато почти прямо на запад, в 1854 году во время Крымской войны произошло сражение, ставшее хорошо известным в истории России.

Но Приморская армия не успела занять позиции на р. Альма, вражеские войска прорвались в междуречье Альмы и Качи.

В сложившейся обстановке командарм принял новое решение – направить дивизии на юго-восток от Симферополя. Обойдя предгорьями противника, который прорвался на юг, и выйти на Качу.

Со мною генерал Петров связался, когда дивизии были на марше, двигаясь по южнобережному маршруту. Мой заместитель П.И. Батов в 11 час. 25 мин. 1 ноября 1941 года подписал боевое распоряжение «Начните отход на Симферополь, в горы, закройте горы на Севастополь».

Необходимо отметить, что решение генерала И.Е. Петрова, принятое на совещании в Экибаше, полностью совпало с приказом командования войсками Крыма. Это еще одно доказательство единства мышления, которое складывалось еще в период совместных боевых действий в Одессе.

Вот, что вспоминает Маршал Советского Союза Н.И. Крылова:

«Находясь на марше в Севастополь командарм Петров И.Е. отлично понимая, что на его плечи ляжет организация сухопутной обороны Севастополя, переживал – как ему быть. Отправиться ли ему немедленно в Севастополь с полевым управлением, чтобы к подходу основных сил армии быть в Севастополе или двигаться вместе с главными силами Приморской армии?»

Н.И. Крылов писал:

«Вопрос этот трудный для командарма, поскольку речь шла об его отрыве от главных сил армии, был решен после того, как И.Е. Петров встретился в Алуште с командующим войсками Крыма вице-адмиралом Г.И. Левченко.

Гордей Иванович, старый моряк, жил в те дни судьбой Севастополя. Он был убежден, что теперь и его место там.

А Петрову приказал ехать туда немедленно, поторопиться. «У вас есть генералы, которые доведут войска, – сказал Левченко Ивану Ефимовичу, – а вам надо сейчас быть в Севастополе и вместе с командованием флота создавать надежную оборону». Эти подробности их алуштинской беседы я узнал от Петрова, впрочем, уже потом…